Мой хозяин мира - Лера Зима

— Что-то я не заметила, что нравится тебе это.

— Ну Тиночка, все меняется.

— Паша, не верится, и не хочу я об этом. У нас сегодня дружеская встреча. Так что ни на что не рассчитывай.

— Ну хорошо, милая, видно будет.

— Паша, давай просто пойдем уже в кино и все?

— Как скажешь, Тиночка.

В кинотеатре.

— Ну, какое кино смотреть-то будем? — спрашиваю.

— Комедия недавно вышла. Купим попкорна.

— Давай без попкорна. — Говорю.

— Разве? Ну, давай.

— А еще давай, Павлик, я сама выберу фильм. Не хочу на твою комедию.

Паша согласился. «Надо же, он всегда такой упрямый был. Вот что значит, не хочет такую женщину терять. Ах, хорошо!»

Подходим к кассе.

— Какой фильм лучше? — спрашиваю у кассирши.

— Ну, девушка, все хорошие.

— А какой порекомендуете все же?

Билетерша что-то мнется, ничего посоветовать не может.

— Посмотри, какая афиша, — показывает Павлик на ряд мониторов над кассой.

— Какая? — не могу понять.

— Вон та, с девушкой.

На картинке — полуобнаженная девушка в окружении экзотических цветов.

— А это что за фильм? — спрашиваю у кассирши.

— Романтическое фэнтези.

«Да, думаю, неплохо Павлик выбрал».

— Нам два билета на этот фильм.

— Выбирайте места.

Тыкнула на оба места на мониторе.

— Плати, — говорю Павлику.

И побежали в зал, фильм вот-вот начнется.

Сидим. Десять минут до фильма. Ждем, в ожидании чуда.

— А ты, — говорит Павлик, — любишь игрушки?

Кино еще не идет, тихо, и я смотрю, а многие обратили внимание на нас.

— А ты уверен, что здесь можно это обсуждать?

— А чего не обсудить? По телефону ты не очень любишь общаться, а дома тоже тебе некогда, поэтому давай здесь. — говорит, словно и не замечая повышенное внимание. — Так какие ты любишь игрушки?

— Ну мне как-то неудобно говорить здесь о таких вещах. А ты к чему спрашиваешь-то?

— Да вот подарить тебе хочу, какие-нибудь игрушки.

Окружающие смотрят на нас с еще большим интересом. А Павлику хоть бы что.

— А о каких игрушках идет речь? — стараюсь говорить тихо. Но шепот только отчетливее разносится по сидящему в тишине залу.

— Ну, знаешь, они такие… большие, длинные. Ну так какие ты больше всего любишь игрушки?

— Я ему еще тише, почти на ухо. — Знаешь, я, вообще-то, опыт еще не имела никогда с этими игрушками.

— Ну так не поздно начать, — говорит он громко, ничуть не смущаясь, — как раз и подарю к делу.

Смотрю, люди уже обсуждают что-то.

— А что я с ними буду делать?

— Ну спать.

— А что, с ними еще и спать можно?

— А чего не спать? Тепло, хорошо, мягко.

— О каких игрушках идет речь, поточнее все-таки?

— Ну я о мягких говорю. Кошечки, собачки, медведи. Говорю же, выбери. А ты что-то не хочешь.

— Ах вот ты о чем! Ну ты интриган. А я все равно не люблю с ними спать.

— А почему?

— Ну они такие жаркие...

— Хах, да, они такие... жаркие ребята. Тиночка, а о каких ты игрушках подумала сначала?

— Паш, и так всем вокруг уже и фильм не нужен. Нас наслушались.

— Тиночка, я понял тебя, ты маленькая шалунья. И снова попытался поцеловать. Я отвернулась.

И тут начался фильм.