Дракон цвета смерти - Галина Дмитриевна Гончарова

Юсуф и шел, когда к нему бросилась бешеная девица.

— Так… вот это у вас что? А почем? Идите сюда…

Майя бесцеремонно дернула санторинца к подруге. Ярина смотрела без интереса, ровно до того момента, как…

Ну, не зря Хасан на подручных ругался.

У Каэтаны маленькая сумочка-клатч выпала. Юсуф ее подобрал — подручным-то не до того было, они ковер с девушкой несли, он тяжелый. Сам Хасан тоже нести не будет — не положено. А вот Юсуф…

И подобрал, и под одежду сунул… и сейчас она просто выпала наружу.

Ярина изменилась в лице.

Сумочку Каэтаны она могла узнать из тысячи! Из трех тысяч!

Ладно-ладно, она не завидовала. Но… ей тоже хотелось. Вот именно такую, из серого атласа, с новомодной застежечкой, с серебряной цепочкой (подарок раэна Мора, то есть — образец). А пришлось уезжать из столицы, не купив. Мама обещала прислать, но это ж когда еще будет?

И сейчас вот эта сумочка валяется под ногами у какого-то санторинца?

Ярина и раздумывать не стала, кинулась пантерой, смела Юсуфа и затолкала в проем между двумя палатками. Майя едва успела подхватить падающий на землю поднос со сладостями.

— Яри!

— Сумку подбери, — рыкнула кузина так, что пара бродячих собак из прохода аж вылетела. Быстрее любых драконов.

Майя подхватила и сумку. И уставилась на нее, только начиная соображать.

— Каэтана?

— Именно, — гадюкой прошипела Ярина. — А ну говори, сволочь!!!

Конечно, в первую секунду Юсуф растерялся. А потом…

А что эти две бабы могут ему сделать?

Вот просто — что⁉ Это ж женщина, существо по определению слабое и хрупкое. Слабее мужчины… наверное.

При виде разъяренной Ярины как-то о слабости не думалось. Зато коленки дрожали, мелко, но отчетливо. Женщина так сверкала глазами, что страшно становилось.

— Где Каэтана? Почему у тебя ее сумочка?

Если бы Юсуф сообразил, что он не в Санторине, если бы начал кричать, мол, обижают честного лотошника, причитать, взывать к народной справедливости… время бы он выиграл, и неплохо так, но он же мужчина!

Санторинец!

А потому…

— Убери руки, женщина! Как ты смеешь повышать голос рядом с мужчиной⁈

Подобных заявлений Ярина и рядом терпеть не собиралась. Никогда.

Бац!

Пинок вышел просто идеальный. Целилась бы — не попала б лучше. Юсуф упал в пыль, как подкошенный — больно же, когда со всей дури, да по ноге, да по косточке носком сапога. А сапожки у Ярины жесткие, из толстой надежной кожи.

— Аууууу!

Вот этот вой и привлек внимание…

— что тут происходит? Эсса Лонго?

— Эс Хавьер! — Ярина так обрадовалась преподавателю, как и мешку золота не обрадовалась бы. — помогите! У него сумочка Каэтаны!

Эс Хавьер на ярмарке оказался не случайно. Ему нужно было прикупить кое-что в дом.

Конечно, столоваться он может в столовой. Одежда у него есть. Сбрую и прочее для дракона предоставляет Академия. Но…

Надо было прикупить несколько кувшинов дорогого вина — отдариться и Чавезу, и Ледесма. Это как минимум.

Надо было найти что-то для Каэтаны. Понятно, она не за подарок старалась, помогала ему, да и нет таких подарков, чтобы выразить всю благодарность. Это ведь она не дала ему сорваться в пропасть, в боль и вину, в тоску и печаль. Это она была рядом и поддерживала.

Если бы не она…

Как часто, когда человек сильный, мы проходим мимо? Да он же сильный! Он справится!

Только вот поддержка нужна даже самым сильным людям. А закаленный металл после какого-то момента попросту ломается. Мог бы сломаться эс Хавьер?

Мог.

Он и сам это отлично знал, и сломаться, и запить… ладно, Сварт не дал бы, но есть занозы, которое годами сидят в сердце, укорачивают жизнь, ломают и выворачивают душу.

Есть.

Каэтана позаботилась, чтобы он такими не обзавелся. И Хавьер был искренне благодарен.

Только вот что подарить-то?

Золото?

Она не примет. Золото дарится только внутри семьи, это понятно. Серебро эссе носить не по чину, если купить какие-нибудь нити из камней? Можно попробовать.

Одна нить, с драгоценными переливающимися опалами, ему даже понравилась. Хавьер приценился, купил ее и убрал в карман. Но… может, и что-то другое стоит посмотреть?

Как же это сложно — дарить девушкам подарки! Сколько лет он ничем таким не занимался?

Продажным женщинам хватало денег, а если он оказывался с кем-то в постели по своему желанию — там и цветов с пирожными за глаза. Тебе хорошо, мне хорошо, зачем еще что-то?

А тут вот…

Что подарить девушке, молодой, незамужней, красивой (красивой, и глупец тот, кто не видит звезд, сияющих в серых глазах!), подарить так, чтобы она поняла — Хавьер ей благодарен. И…

Не может он себе позволить никакого «и».

Права не имеет.

Но подарить что-то такое, чтобы лет через двадцать она взяла подарок в руки, и улыбнулась, и сказала: вы знаете, в моей жизни был такой человек…

Так — можно?

Хоть так остаться в ее жизни, если больше никак нельзя?

Да и домой возвращаться не хотелось. С подачи той же Каэтаны (Орландо сознался, она настояла и объяснила, что так лучше будет) все вещи Магали собрали, и о жене ничего не напоминало. А боль все равно царапала коготками.

Покусывала изнутри, свербела где-то под ложечкой.

Не хотелось ему домой возвращаться. А самое страшное, что Хавьер знал — почему.

Дом — это где тебя ждут, любят, где родные люди, где хоть одно сердце бьется от тревоги за тебя, где