Призыв - Бентли Литтл

Анжелина зашла в трейлер, взяла нож из ящика в кухне, бечевку, которую она купила днем, и пошла к сараю. Осторожно, не говоря ни слова, отперла дверь и чуть-чуть приоткрыла ее. Как она и ожидала, Нил подбежал к двери, толкнул ее и попытался убежать, но его мать просунула в щель нож и попала мальчику в щеку. Он закричал и упал, прижав руки к лицу.

Анжелина схватила Дэйвида за руку, вытащила его из сарая и снова заперла дверь.

Дэйвид попытался вырваться, но она ударила его ножом по бедру. Лезвие легко отсекло тонкий кусок кожи и мышцы, и мальчик обмяк у нее в руках. Из раны сильно текла кровь, но Анжелина, не обращая на это внимания, потащила сына в маленький задний дворик. Там она привязала его нагое, истекающее кровью тельце к столбу в благоговейной позе распятия; для верности обмотала несколько раз бельевой веревкой его яички и тоже привязала к столбу. Точно так же мать привязала к другому столбу Нила. Потом она зашла в трейлер, приняла душ, надела пижаму и легла в постель смотреть по телевизору повтор комедийного шоу Боба Ньюхарта.

Снаружи Дэйвид молчал, а Нил долго плакал и кричал от боли.

Анжелина выключила телевизор и мирно заснула под благостную музыку криков мальчика. Ей снился Иисус.

К утру обоих ее сыновей не стало.

Эмили глядела то на Роберта, то на Вудса.

– Элвис убил мою дочь.

– Твои слова записываются на диктофон. Расскажи нам подробно, что произошло.

Роберт сочувственно улыбнулся женщине и протянул ей пластиковую чашку с кофе. Давным-давно он встречался с Эмили. В те дни, еще до их свадьбы с Джули, даже думал, что они с Эмили поженятся, хотя ему трудно было теперь представить себя мужем женщины, сидевшей перед ним. Много раз за последние годы Роберт думал о ней, о том недолгом времени, когда они были вместе, и ему хотелось бы знать, помнит ли и она те прежние дни, или время, проведенное с ним, было для нее просто коротким эпизодом в туманном и трудноразличимом ныне прошлом. Он подумал о том, что было бы, если бы они поженились. Выглядел бы он сейчас старше? Выглядела бы она моложе?

Что он больше всего ненавидел в жизни в маленьком городке, так это то, что прошлое постоянно вторгается в настоящее. Ты никогда не можешь начать с чистого листа, если твоя прошлая история – часть твоего настоящего.

Эмили отпила кофе и посмотрела на него. Ее голос был удивительно спокойным; ужасало то, что он был лишен всяких эмоций.

– Элвис Пресли убил Пэм. Мы шли домой после урока музыки и увидели его, стоящего под фонарем на углу улиц Окотилло и Индиана Хилл. Пэм первая узнала его. Потом он побежал к нам, и я думала, что он собьет с ног нас обеих, но я просто почувствовала… дуновение ветра, и оба они пропали.

– Элвис и Пэм?

– Да. – Эмили наклонилась вперед, и на шее у нее Роберт увидел золотую цепочку с зеленым квадратиком. Нефритовый кулон.

– Можно мне на это посмотреть? – спросил Роберт.

Она нахмурилась и нервно прикоснулась к цепочке.

– Это? Зачем? Пэм подарила мне ее на прошлое Рождество.

– Просто посмотреть.

Эмили расстегнула цепочку и протянула ее Роберту.

– Как выглядел Элвис? – спросил Вудс. – Как мертвец? Как призрак? Как вы думаете, это мог быть кто-то, выдающий себя за Элвиса, кто-то одевшийся как он?

– Это был Элвис. Он был мертв и выглядел как в тот день, когда умер.

Роберт рассматривал ее нефрит. Это был простой квадратик с чем-то похожим на китайский иероглиф, вырезанным на нем. Он вернул цепочку Эмили и сказал:

– Мы обыскали тот район города; мои люди прочесывают остальные районы Рио-Верди и показывают фотографию Пэм. Мы также обыщем прилегающие районы пустыни, если потребуется, но нам нужна вся информация, которую ты можешь нам дать.

– Я уже все рассказала. Все, что знаю.

– Давай вспомним шаг за шагом все с того момента, как ты вышла из дома, чтобы отвести Пэм на урок.

Через час все они вымотались. Эмили плакала, но у них так и не прибавилось новой информации. Роберт отпустил женщину, поблагодарив ее и пообещав, что они будут ее информировать, и поручил Теду отвезти ее домой.

Роберт вздохнул, вынул кассету из диктофона и отдал ее Ли-Анне.

– Расшифруй ее и пошли факсом Росситеру, ладно?

Она утвердительно кивнула.

Вошел, хромая, Стю.

– Что с тобой случилось?

– Ничего. – Он прошел за барьер и сел за свой стол; его лицо исказилось от боли, когда он выпрямил правую ногу.

– Это судороги.

– Замечательно. Люди умирают, Элвис воскрес из мертвых, а мои офицеры выбывают из строя из-за судорог.

– Я не выбыл из строя. – Стю нахмурился. – Элвис?

Роберт устало махнул рукой.

– Пусть Ли-Анна тебе все объяснит, пока она печатает протокол. У нас пропал человек. В следующей смене ты будешь участвовать в поисках.

Роберт вернулся в свой кабинет. Вудс сидел за его столом с перекошенным лицом.

– У меня во рту такой вкус, будто я полоскал горло стоками из канализации.

– Действительно? Это приятно. Выметайтесь из моего кресла.

Коронер встал.

– Синдром Медузы, – сказал он. – Готов спорить на деньги, что это он. Она видела, как вампир убил ее дочь или похитил ее, и шок оказался слишком сильным. Теперь она считает, будто видела Элвиса.

– Вы ничего не слышали о синдроме Медузы еще месяц назад. А теперь вы эксперт?

– Давайте позвоним Джекобсону, пусть он осмотрит ее.

– Он еще с Виджилом не закончил.

Вудс вынул из кармана сигарету и посмотрел на нее.

– Единственная вещь, которой я не могу понять, почему вампир не убил и ее тоже. Почему только ее дочь?

– Нефрит.

– А какая с ним связь? Я еще подумал, почему вы захотели посмотреть на ее цепочку…

– Китайцы считают, что нефрит отпугивает вампиров. Действует, как должен был бы действовать крест.

– Так у нас здесь китайский вампир?

Роберт пожал плечами.

– Я не знаю. Может быть.

Вудс вставил в рот незажженную сигарету.

– Клиффорда и лошадей в понедельник кремировали. Они не вернутся.

– Хорошо.

Оба они на несколько секунд замолчали.

– Я думаю, люди пропадают, – наконец сказал Вудс.

Роберт ответил не сразу. Он топнул ногой по полу, пытаясь избавиться от небольшого камешка, застрявшего в подошве его ботинка.

– Какие люди?

– Я не знаю. Просто мне кажется, что в городе стало меньше людей, чем должно быть. Я вчера зашел в аптеку, и хотя она никогда не была самым людным местом в городе, сейчас там абсолютно пусто. Даже на парковке у торгового центра «Башас» мало машин.