Год Крысы. Видунья - Ольга Громыко

Если крыса надолго покинет стаю, то по возвращении ее могут не принять обратно и даже загрызть.

Там же

Толком проснуться удалось лишь после полудня, когда облачная пелена раскрошилась на отдельные облачка, белые и пушистые, словно давно не стриженные овечки. Больше всего их было впереди, у горизонта — на макушках леса паслось целое стадо. На севере дожди шли чаще, и это уже начинало чувствоваться: трава выше и гуще, деревья толще и раскидистее, особенно дубы и ели.

— Слушай, Жар… — Рыска, закусив губу, уставилась на друга с таким смущенным и отчаянным видом, что парень аж испугался. — А ты когда-нибудь у вдов воровал?

— Чего? — растерялся тот. — Откуда мне знать, вдова она или нет? Они ж в трауре только полгода ходят, а потом почище девиц веселятся…

— А у сирот?

— Я сам сирота, — огрызнулся Жар. — У бедняков я не краду, если ты об этом.

— Конечно — чего с них взят-то, — поддакнул Альк с Рыскиного плеча.

— И вообще, — повысил голос парень, — я давно уже только по домам работаю. В некоторые как залезешь — сразу вспоминаешь Хольгину заповедь, что делиться надо.

— То есть работа у тебя нужная и богоугодная?

— А раньше ты бы меня обокрал? — продолжала допытываться подруга. — Ну, если б мы незнакомы были?

Жар сердито засопел. Вот привязалась! Вообще-то обокрал бы, наверное. Одета хорошо, вон даже в башмаках новых, при корове, личико свеженькое, наивное. Такую грех не пощипать.

— На себя погляди, путничек. — Отвечать Альку было проще, у него самого рыльце в пушку. Даже в шерсти. — Ты ж тоже ничего не создаешь, только делишь в пользу тех, кто больше заплатит. Вон один такой перевел тучи на нашу веску, а соседняя сгорела.

— Купцы тоже наживаются на перепродаже товара, но без них никак. А вот без воров — запросто.

— Без путников тоже! — запальчиво возразил Жар. — Ну подумаешь, шло бы все своим чередом. Мольцы только рады были бы.

— У нашего дара полно иных применений. Можно стать умелым воином. Можно — успешным торгашом. Можно — проницательным советником. Можно — удачливым скотоводом.

— Чего мелочиться-то? Иди уж сразу в великие тсари! — предложил Жар, плохо скрывая досаду.

— Надорвусь, — спокойно возразил Альк. — Слишком много судеб на кону, такое только Хольге ворочать. А что еще умеешь ты?

Рыска уже жалела, что затеяла этот разговор. Надо было поговорить с другом спокойно, наедине, потому что крыс его сейчас только разозлит и все опять переругаются. Ведь девушке придется принять чью-то сторону, а Жар друг, но Альк прав. Девушка вспомнила, как Фесся стыдила задирающихся батраков, и выпалила:

— Вы еще отойдите и померяйтесь!

Спорщики так на нее глянули, что у Рыски возникло страшное подозрение, будто служанка имела в виду вовсе не кулачный бой. Хотя батраки иногда действительно отходили, возвращаясь разукрашенные синяками.

— Он все равно проиграет.

— Ты же сейчас крыса, — презрительно смерил его взглядом Жар.

— Я это учел.

— Ой, смотрите! — На этот раз девушка не пыталась отвлечь внимание, воскликнула искренне. — Озеро!

Впереди и чуть справа из земли на горизонте словно выломали кусок, и на его место затекло небо. Обман выдавали только камышовые островки, о которые сминались отражения облаков. Над ними снежинками кружились белые птицы с черными кончиками крыльев, кричавшие пронзительнее ворон и тоскливей такки.

— Река, — поправил Альк.

— Такая большая? — Рыска привыкла, что через русло Камышовой Змеи можно запросто перебросить камень. А тут разве что с островка на островок. — Это что, уже Рыбка?!

— Нет. Рыбка в двух кинтах к северу от Шахт, а там мы будем только завтра вечером. Наверное, один из ее притоков. — Крыс жадно принюхивался, так подавшись вперед, что каждый коровий шаг заставлял его опасно балансировать.

— Ух ты! — Рыска представила, какова же тогда сама граничная река. Как только войска через нее переправляются — на лодках? Или по длиннющему мосту?

— На самом деле она не намного шире, — разочаровал ее Альк. — Большая часть воды остается в Плотинном озере.

— Это которое еще древние выкопали? — щегольнул знаниями Жар.

— Не выкопали, а запрудили Рыбку в среднем течении, где река проходила через долину. Вот ее и затопило до краев. Там берегов вообще не видно, будто на море.