Коготь серебристого ястреба - Раймонд Фейст

Уже совсем отчаявшись, Ког вдруг всего в нескольких ярдах от себя заметил лук и колчан. Не теряя времени, он пополз туда, где они лежали, и поднял с земли лук. Вытянув стрелу из колчана, он насадил ее и приготовился стрелять. Учел все — и направление ветра, и расстояние — и только тогда выпустил стрелу.

Он знал, что это будет первый и последний выстрел.

Ворон не услышал, как летит стрела. Он ехал вперед, слегка склонившись над загривком коня.

И тут стрела настигла цель. Она вонзилась в спину Ворона между лопаток, пробив кожаные доспехи.

Ког увидел, как враг его обмяк и свалился с лошади. Он ударился о землю с глухим стуком, так что Ког понял: можно не проверять, Ворон наконец мертв.

Ноги у него подкосились. Силы и воля мгновенно покинули его. Лошадь по-прежнему беззаботно щипала траву в сотне ярдов. Через минуту он попытается добраться до нее. Но сначала нужно немного отдохнуть. Просто присесть и отдышаться. Потом он займется ранами.

Последнее, о чем он подумал перед тем, как потерял сознание, — это был его лучший выстрел за всю жизнь.

Он очнулся, почувствовав запах еды. Оказалось, что он лежит под одеялами рядом с фургоном. Плечо и нога были перебинтованы. Стояла ночь.

— Хочешь кофе?

Ког повернул голову и увидел сидящего у костра Джона Крида, а в нескольких ярдах дальше, у другого костра, — с полдюжины воинов из его отряда.

Ког приподнялся на здоровой руке и привалился спиной к колесу фургона.

— Спасибо, — сказал он.

Крид вручил ему глиняную кружку со словами:

— Хорошо, что мы подоспели вовремя. Ты чуть не загнулся от потери крови.

— Как вы меня нашли?

— Это было нетрудно, — рассмеялся Крид и подал Когу все еще теплый кусок мяса, завернутый в лепешку. Только сейчас юноша понял, как сильно проголодался. Он набросился на еду, а Крид продолжил: — Ты усыпал свой путь трупами. Мы покинули деревню на рассвете, часов через семь после того, как ты отправился на поиски Ворона. — Он поскреб подбородок. — По правде говоря, я тебя самого уже считал мертвым. Когда мы наткнулись на первое тело, то я и еще двое парней рванули вперед, чтобы посмотреть, не нужна ли тебе помощь. Оказалось, что не нужна. — Он снова хмыкнул. — Ты сам отлично справился. Жаль, ты не видел выражения на лице Ворона. Он умер очень удивленным. — Крид похихикал. — Твоя стрела прошла насквозь, а он только и успел опустить голову, словно разглядывал, что это там выскочило у него из груди. Этому ублюдку всегда не хватало чувства юмора, если хочешь знать мое мнение. — Он поднялся и указал куда-то вдаль. — Мы нашли тебя вон там, и ты был совсем плох. Я кое-как перевязал твои раны, а через два часа подоспел фургон с остальными ребятами. Ты можешь ехать в фургоне, пока мы не доберемся до Прибрежного Поста. Рана на ноге паршивая, но если не будет заражения, то оклемаешься.

Ког дожевал последний кусок и поинтересовался:

— А где второй фургон?

— Я оставил его в деревне. Два фургона нам не нужны, и я подумал, ты не станешь возражать, если я подарю один ородонцам.

— Не стану.

— Они поют в твою честь песни вокруг костров, Ког. Ты стал для них кем-то вроде героя или бога.

Ког не знал, что сказать. Он подумал о своем народе и постарался представить, как бы сложилась его собственная жизнь, если бы в его родную деревню Кулаам заехал отряд таких вот воинов дней за десять до нападения банды Ворона. Юноша прикрыл глаза.

— Никакой я не герой. Просто мне нужно было закончить одно дельце.

— Что ж, это тебе удалось, — сказал Крид.

— Спасибо, что позаботился обо мне, Джон.

— У тебя задатки отличного командира, Ког. Если понадобится, ты легко соберешь отряд. Ты справедлив, обо всем заботишься и платишь лучше других.

— Если мне когда-нибудь понадобится сильный и верный помощник, Джон Крид, то я обращусь к тебе первому. — Ког отставил кружку и снова прилег. Его начало клонить в сон, а он знал, что для восстановления сил нужен отдых.

— Если позовешь, я приду, — ухмыльнулся наемник, а потом, глянув в ночь, спросил: — Что дальше?

Ког уставился на звезды над головой.

— Отдохну немного. Потом займусь другим делом.

— Что ж, — сказал Крид, — дело подождет по крайней мере несколько дней. Я всегда говорю, отдыхай, пока можешь.

Ког завернулся в одеяло, чувствуя, как сон одолевает его. Но он успел еще подумать о своей семье: наверное, теперь им стало спокойнее.

А еще он вспомнил о герцоге Оласко и его капитане, Квентине Хавревулене. Эти двое должны присоединиться к Ворону, только тогда семья Когтя обретет истинный вечный покой. С этими тягостными мыслями Коготь Серебристого Ястреба погрузился в глубокий сон.