Звездный лабиринт - Константин Мзареулов

С утра она заехала в гостиницу «Рэдиссон-Славянская», где находился супермодный магазин «Даната». Оставив здесь пару тысяч «зеленых», Диана приобрела два сногсшибательных костюма и ботиночки на платформе.

Телепортировав покупки на Станцию, она освежила прическу в салоне «Нефертити» и вскоре оказалась на распродаже коллекции прославленного французского кутюрье.

Отхватив вечернее платье, деловой костюм и еще кое-какие мелочи, Диана переправила эту роскошь в Лабиринт, после чего задумалась: чем бы заняться?

В этот момент перед ней возник смуглый темноволосый супермен с черными глазами и белоснежными зубами. Лицо мужчины показалось смутно знакомым, к тому же и сам он поспешил напомнить о встрече на чьей-то свадьбе с полгода назад.

Георгий («Зовите меня просто Жорж») тараторил без умолку, увлекая Диану к своему «мерсу», и девушка не без удивления обнаружила, что эта болтовня доставляет ей удовольствие. Она даже выслушала, приняв как должное, массу комплиментов, что случалось с ней нечасто. Жорж поведал, что еще в ту давнюю встречу был совершенно очарован, поскольку впервые увидел уникальное сочетание — женщину не только красивую, но и умную, чего, как принято считать, не бывает в принципе.

Потом был обед в ресторане, потом — презентация супербоевика с участием самого Сталлоне. На этом шоу к Жоржу подвалили друзья — люди явно богатые, но одновременно, как ни странно, очень интеллигентные и обаятельные. Как это обычно с ней случалось и прежде, Диана потеряла голову внезапно. Девушке начало казаться, что о встрече с этим мужчиной она мечтала всю жизнь. Подобные иллюзии не раз посещали ее в прошлом и неизбежно кончались тяжелейшим разочарованием, но сейчас Диана считала недостойным вспоминать о своих ошибках. Так она незаметно для самой себя оказалась в незнакомой квартире фешенебельного дома в конце Кутузовского проспекта. Уже слегка навеселе девушка сидела в удобном до одурения кресле, держа в руке большой бокал умело смешанного коктейля. Играла тихая музыка, а новые друзья сновали вокруг с озабоченным видом, словно врачи перед ответственной операцией…

… Часом раньше Алексей помог Владиславу Кутукову выбраться из саркофага.

Капитан с ошалелым видом вертел головой, разглядывая роботов и прочую нечеловеческую технику, загромоздившую зал медицинского отсека. Потом осторожно спросил:

— Вы прилетели на Землю с другой планеты?

— Быстро соображаешь, я бы так не смог. — Алексей немного ревновал этого типа к Диане, поэтому на первых порах тон его был не слишком дружелюбным. — Нет, мы — земляне. Просто нашли наследство пришельцев.

— Тогда понятно. Вы — «Призраки», которые убили Аввакума.

— И Верхового тоже. Но при чем тут призраки?

— Это условное название группы, которая умеет внезапно появляться в неожиданных местах, а потом бесследно исчезать. Предполагается, что «Призраки» обчистили несколько арсеналов по всему миру, а потом принялись отстреливать главарей мафии… Вероятно, вы владеете телепортацией?

— А ты из «Красных Стрел»?

Славик вдруг захохотал и, хлопнув Лешку по плечу, сказал с обезоруживающей улыбкой:

— Так не пойдет. Мы оба задаем вопросы, но не желаем отвечать. Да, я из «Красных Стрел». Мы вычислили существование группы, которую назвали «Призраками». Потом один из вас помог мне, когда я попался на воровской сходке. И еще вы меня вылечили, использовав технику инопланетян. Правильно?

— Правильно. — Определенно, капитан был неплохим парнем, и Леха уже не испытывал к нему неприязни. — Поехали на Станцию… — Уже в машине он добавил:

— У нас полная конспирация, и мы пока не решили, что с тобой делать. Поскучаешь денек-другой на хорошем курорте. Попытаешься сбежать — роботы остановят.

— Бежать с этого поля чудес? Никогда! А к конспирации мне не привыкать.

Кутуков хватал информацию буквально на лету и в дополнительных объяснениях почти не нуждался. Пока они добирались на Станцию Земля, капитан уже понял принцип организации Лабиринта и даже дал несколько полезных советов насчет использования всей этой техники на пользу себе и остальному человечеству. К стыду своему, Алексей вынужден был признать, что никому из Посвященных не пришло в голову обратить услуги Лабиринта на общественно-полезные, что называется, цели…