Время твари. Том 1 - Антон Корнилов

Последнее время они довольно плотно общались — Дужан и Аррат. Маг так органично влился в жизнь рыцарей Серых Камней, столько сделал нужного и важного в войне против посланников Константина, что это уже никому не казалось странным. А Эрл часто думал: как сложилась бы судьба Аррата, если бы тот при первом разговоре с рыцарями не использовал магию, чтобы расположить к себе сурового герцога? И как сложилась бы в таком случае судьба Серых Камней? Повлиять на сознание рыцарей магией было, по мнению Эрла, нечестно и неправильно. Но необходимо.

Дужан сказал несколько слов на ухо Аррату. Тот направился к своему месту в обход стола и на мгновение остановился рядом с Эрлом. Что-то шепнул ему, и юноша немедленно покраснел. Но согласно кивнул, с небольшим, правда, усилием. Аррат кликнул слугу и отдал ему какое-то приказание, которое не услышал никто.

Когда Гавэн закончил трапезу, слуга мага внес в зал округлый белый камень, похожий на большое яйцо. Аррат, сопровождаемый внимательными взглядами Дужана и Эрла и непонимающими взглядами всех остальных, со стуком поставил камень перед Гавэном.

— Положите сюда правую руку, господин первый министр, — мягко попросил маг.

Гавэн тронул себя за грудь.

— Вы не доверяете моим словам? — тут же догадался он, что ему предстоит сделать. — Аррат, ты же знаешь меня, и знаешь давно.

— Именно поэтому я и прошу вас об этом, — спокойно сказал тот.

Гавэн усмехнулся. И положил ладонь на поверхность белого камня. Маг закрыл глаза и медленно, длинно выдохнул, шевеля губами, точно беззвучно что-то говоря. Или о чем-то спрашивая.

— Да, — непонятно к чему произнес Гавэн.

Аррат открыл глаза.

— Поднимите руку, господин Гавэн, — сказал он.

Первый министр поднял ладонь. На поверхности камня не оказалось никакого следа.

— Этот человек говорил правду, — громко объявил маг. — Константин идет на Серые Камни. И войско его так же сильно, как мы услышали.

Слуга унес камень. Присутствующие заговорили между собой громче. Должно быть, каждый из них надеялся, что слова пришельца окажутся ложью.

— Я задал господину Гавэну вопрос, верно ли он известил нас о намерениях и мощи узурпатора, — объяснил маг. — Если бы он лгал, камень бы показал это.

— Зачем Константин взял тебя с собой? — задал вдруг Эрл вопрос, который давно вертелся у него на языке. — Ведь ты не воин и твое место во дворце?

— Я и сам удивлялся — зачем? — вздохнул Гавэн. — А понял это… понял это, только оказавшись здесь. Это ведь один из Серых помог мне бежать. Сам бы я вряд ли справился с чтением заклинания. В обмен на услугу я передал ему свою печать. А вместе с печатью — право на обладание всем моим имуществом. Я считал, что магом двигала страсть к наживе, а теперь… знаю точно: он действовал по приказу своего господина.

Раздалось несколько недоуменных и грозных возгласов.

— Объяснись, сэр Гавэн! — повысил голос Дужан.

— Константин часто говорит, что страх ранит сильнее меча, копья и зубастой пасти, — сказал первый министр. — И… я вижу, что он прав. Глядя на ваши лица…

Если бы не зычный окрик герцога, возможно, кто-то из находящихся в зале сгоряча зарубил бы Гавэна. Не в привычках рыцарей Серых Камней выслушивать такое. Гавэн сжался на скамье и снова стиснул свой меховой плащ с левой стороны груди.

— Тише, доблестные сэры! — крикнул снова Дужан. — Не след обнажать оружие против того, кто не умеет им владеть. А тебе, сэр Гавэн, я скажу. Вовсе не за свои жизни опасаются рыцари Серых Камней. А за жизни своих людей.

Гавэн забормотал что-то невнятное. Дужан позвал ратников, стоявших за дверью зала.

— Сопроводите господина министра в его покои, — приказал одному, а второго задержал. — Не спускайте с него глаз, — сказал он, когда Гавэн и один из ратников покинули зал. — А когда уснет, обыщите его одежду. Прости меня, юный рыцарь, — обратился герцог к Эрлу, — но мне не очень понравился твой дядюшка. Если он неожиданно прибыл, не может ли он так же неожиданно и вернуться?..

Эрл почувствовал, как его щеки снова вспыхнули. Но… что тут было возразить?

— А теперь послушайте меня, — сказал хозяин Железного Грифона, и сразу наступила тишина. — Константин идет на нас — это истинная правда. И правда в том, что мы не сможем противостоять ему. Мы погибнем все до одного, но… не сможем…

Герцог замолчал. И заговорил барон Трагган:

— Есть один выход, — барон говорил как бы через силу. — Мы соберем войско, большое войско… В которое войдут и крестьяне с топорами и вилами… И уйдем из Серых Камней.

У нас есть время, чтобы надежно укрыться. А потом, когда угроза минует…

Его голос заглушили возмущенные выкрики рыцарей.

— Тише, — проговорил Дужан. — Это… неглупый ход. Таким образом мы сохраним силы для предстоящей войны. Но мы потеряем наши дома и наших людей, потому что всех взять с собой не сможем. Дети и женщины — что с ними будет? Нам попросту не хватит провианта.

— Я никуда не собираюсь бежать! — ворчливо заявил один из пришлых феодалов. — Это наша земля. Я здесь родился, меня здесь и похоронят!

— А что в том пользы для Гаэлона, сэр Атун, хозяин замка Поющая Форель? — поинтересовался Дужан.

Сэр Атун замолчал.

— Если мы останемся и будем сражаться, — подал голос Боргард, — неужели не осилим этого ублюдка?

— Несколько десятков магов Константина перевернули Серые Камни вверх дном, — сказал Трагган. — Что будет, когда сюда придет несколько сотен магов? И демоны… Мы обречены.

Рыцари говорили еще и еще. Но никто не мог предложить что-то новое, кроме того, что было уже предложено.

Эрл не участвовал в споре. Ему почему-то вспомнилась вдруг Лития — такая, какой она была, когда над Гаэлоном не разразилась еще кровавая гроза. И странная мысль пришла в голову юному рыцарю: «А что, если принцесса сейчас не со мной, а с братом Каем не из-за того, что так сложились события? А потому что брат Кай… сильнее? Как я ни стараюсь доказать себе самому, что ни в чем не уступаю ему, все равно у меня это не получается…»

Он погасил эту мысль усилием воли. И попытался снова вызвать то сладостное воспоминание: легкие качели в зеленом, залитом солнцем, точно сиропом, королевском парке… Взлетающие золотые волосы принцессы и ее смех… Но ничего не получалось.

«Наверное, потому что этого больше никогда не повторится», — решил Эрл.

Он провел рукой по лицу и поднялся. Мало-помалу разговоры смолкли. Все смотрели на юного рыцаря.

— Есть лучший выход из положения, — сказал Эрл, — я знаю, как спасти Серые Камни. Константину нужен я. Заполучив мою жизнь, он не будет тратить силы на то, чтобы воевать в этих горах. Я выеду ему навстречу и… постараюсь подороже продать свою жизнь.