Трон Знания. Книга 3 - Такаббир Эль Кебади

— Я три дня молился в надежде услышать голос Всевышнего. И я услышал. «Веруй, — сказал он мне. — Веруй! И мёртвые восстанут!» — Вскинув голову, проповедник обвёл толпу взглядом. — А веруете ли вы?

Над площадью пронеслось:

— Веруем!

Глава секты распростёр над покойником руки:

— Я, Праведный Отец, посланник божий. Моими глазами смотрит Бог, и говорит моими устами. Я взываю к тебе, Тобо! Я приказываю: восстань из гроба! Встань и живи!

После паузы вновь устремил взгляд на людей:

— Вы веруете?

— Веруем! — прогромыхала толпа.

— Восстань из мёртвых и живи! — проговорил Отец и снова обратился к народу: — Вы веруете?

Толпа взорвалась:

— Веруем!

— Услышь меня, Тобо! — закричал проповедник. Руки, вытянутые над гробом, задрожали от напряжения. Пальцы свело судорогой. — Восстань и живи! Восстань и живи! Восстань и живи!

Покойник сел. С изумлённым видом посмотрел вокруг себя:

— Где я?

Толпа ахнула и онемела. Вдова на четвереньках вскарабкалась по ступеням, обхватила колени Отца и заголосила во всё горло.

Проповедник воздел дрожащие руки к небесам:

— Мой Бог! Благодарю тебя!

Братья помогли бывшему покойнику выбраться из гроба. Тот упал перед Отцом и принялся целовать ему сапоги. Люди запели молитвы.

Глядя себе под ноги, Адэр елозил пальцем по замку на ошейнике и никак не мог решиться расстегнуть его. Сейчас глава секты произнесет заключительные слова и с победоносным видом исчезнет. Потрясённая толпа разойдётся. Ошеломлённые паломники разъедутся по стране с рассказами о божественной силе Отца. И пастырь поведёт за собой паству дальше. Поведёт как стадо безмолвных и покорных овец.

Адэр запрокинул голову. Тебе нужны овцы? Нет, не нужны. Тебе нужны волки с зубами и когтями. Нужны воины — мыслящие, с убеждениями, — которые не побоятся взять в руки меч и направить его против зла.

Раздался щелчок. Ошейник упал на землю. Адэр схватил Парня за шкуру на холке и притянул к себе.

Несколько секунд ничего не происходило. Покачиваясь, люди распевали молитвы. Отец ждал, когда с лестницы сойдёт воскресший мертвец с несостоявшейся вдовой и с помоста уберут гроб и табуреты.

Адэр первым услышал вой собак и кошек — к их безумию он был готов. Он не знал, как поведут себя матёрые и очень опасные звери. Вой нарастал, блеющие голоса верующих затихали. С площади донеслись крики. Не дожидаясь конца проповеди, люди начали расходиться. Взирая поверх толпы, Отец медленно подошёл к краю помоста.

— Это собаки, — сказал он. — Успокойтесь! Это всего лишь собаки.

Волки вытянулись, словно перед забегом. Как по команде пригнули шеи и вдруг рванули вперёд, волоча за собой Избранных. Люди с безумными криками бросились врассыпную. Образовалась сумасшедшая давка.

Силясь удержать хищников, Братья путались в долгополых плащах, падали. Кто-то выпускал цепи. Кого-то звери волочили по брусчатке, кому-то клыками вспарывали руки, пытаясь освободиться.

Борясь с нестерпимым желанием заткнуть уши, Адэр смотрел на вождя шальных и беззащитных овец, а тот смотрел, будто спрашивал: «Это всё ты?» Адэр кивнул. Взбежав на помост, Братья взяли своего идола в кольцо и увели в обитель.

Когда за спиной всё затихло, и шум доносился уже издалека, Адэр поднял ошейник и, скрепя сердце, обернулся. Среди рваной одежды и потерянных башмаков, в лужах крови лежали несколько человек, детей среди них не было. Но бедняг растерзали не волки — их затоптали единоверцы. Несколько женщин и мужчин, стеная и рыдая, пытались подняться; ноги подгибались, и люди вновь валились на землю.

По прилегающим к площади улицам рыскали белые хищники. Где-то ревела домашняя скотина, ржали кони, кудахтали куры — для оголодавших зверей не существовало ни стен, ни замков.

Поглаживая пальцами рубины на ошейнике, Адэр повернулся к воротам — со сторожевых вышек на него пялились караульные. Интересно, о чём они думали, наблюдая, как гибнут люди? Их сердца обливались слезами? Они страдали, как страдал он? Вряд ли. Они смотрели сверху и радовались, что находятся в безопасности. Их не волновали Братья и Праведный Отец. Никто не выбежал из обители с ножом в руке, никто не бросил вызов стае, которая денно и нощно мечтала о воле.

Адэр взошёл на помост. Парень встал рядом с ним и, подняв мощную морду к солнцу, завыл. На протяжный вой, похожий на стон, ответили волки из вольеров.

Это продолжалось час или два, а может, целую вечность. Оглохший от горького рыдания матёрых хищников, Адэр потерялся во времени. Как только из ворот выйдет Эйра, всё прекратится. Неужели Отец не понимает?

В воротах приоткрылась калитка. Или это ему показалось? Адэр приложил ко лбу руку козырьком — вечернее солнце слепило глаза. Из калитки вылетели белоснежные мохнатые шары и понеслись через площадь. Отец выпустил две с половиной сотни волков в город!

Адэр посмотрел на ошейник. Недолго думая, затолкал его в карман штанов. Жителям Аврааса предстоит пережить кошмарную ночь, слушая рёв скотины и плач детей. Так решил пастух стада.

Солнце спряталось за частоколом. Терзаемые хищниками улицы погрузились в сумерки. Адэр сел на ступени. Хлебнул воды из фляжки, уронил голову на грудь. Теперь вся надежда на Драго. Если после того, что он сделает, народ не поднимется и не придёт к стенам обители с требованием освободить Праведную Мать, Адэр признает своё поражение и отправит Крикса к Великому.

Тихонько рыкнув, Парень спрыгнул с помоста и побежал к размытым в полумраке силуэтам двух человек. Через минуту вернулся с Эшем и Криксом. Спрятав кинжалы в чехлы, страж и защитник поприветствовали правителя.

— А у вас тут, смотрю, весело, — промолвил Эш, заложив руки за спину и широко расставив ноги.

— Быстро же ты, — сказал Адэр.

— Повезло. Даже в Лайдару не пришлось идти.

— Неужели привёл?

— Привёл. Триста человек.

— Негусто.

Эш хмыкнул:

— Мой правитель, вы забыли, кто такие ветоны.

— Где они?

— За городом. В роще. — Эш поднялся на помост, посмотрел на неосвещённые сторожевые вышки. — Будем придерживаться вашего плана или захватим обитель сейчас?

— С захватом подождём до завтра, — сказал Адэр. — Сейчас найдите Драго и помогите ему. И осторожно, не забывайте о волках.

— В ветонском лесу водятся волки пострашнее этих. Как-то справляемся.

— Идите в гостиницу, мой правитель — произнёс Крикс. — Я подежурю.

— Парень с тобой не останется, а ты мне нужен живым. Лучше принеси нам что-нибудь поесть.

Эш поклонился:

— Спокойной ночи, мой правитель.