Очень драконий отбор - Алиса Чернышова

— Всё отлично, — сказала ей. — Он упадёт.

— Да? — она заморгала. — А должен же встать?!

Я мысленно простонала. 

— Дора, это была фигура речи…

— А если я ему не понравлюсь?!

Вот что за напасть, а?

— Открывайте ворота! — рявкнул прямо за окном маг. — А то ведь я постучу… а потом свекровь будущая постучит… это ж хуже будет!

Учитывая опыт Йиа во взятии крепостей, я в этом вот ни на секунду не сомневалась.Так что пришлось, бросив последний грозный взгляд на счастливую невесту (чтобы ничего лишнего себе не думала, да-да), идти встречать сватов. 

— И кто это тут к нам пришёл? — уточнила я ехидно. — Вкусненькое что-нибудь принесли? А то у нас невеста — сладкоежка, без вкусненького никак! 

— Куда ж без вкусненького? — лукаво прищурился бородач. — Всё, чтоб невесту уважить! Несите!

Я сдавленно фыркнула, увидев огромный, в пол человеческого роста, торт в виде дракона. Это как же обидно такую красоту есть будет, а? Но Рий хорош, отдаю должное; эдак сладкие драконы имеют все шансы стать символом совместной жизни Рия и Доры. 

Я даже невольно задумалась: а что могло бы быть символом нашей с Кио пары? Кинжал? Матерные частушки? Звучит не особенно романтично. Но, в конечном итоге, очень даже про нас.         

— И вот это вот всё? — спросила я возмущённо. — Я вам за одного сладкого дракона свою воспитанницу должна отдать?

— А с чего бы таки и нет? — оскалился маг. — Не солить же её тебе! Застоится ж девка!

— Нет уж , — хмыкнула я. — Я — сида, просто так своё сокровище не отдам. Не затем я ей крылы… кхм… не затем я её растила! 

— Во какая! — упёр руки в бока маг.  — А чего хочешь?

— Песню хочу, — невинно захлопала глазами я. 

— Ха! — оскалился маг.

— Извините, — встряла Йиа, — но не стоит ли нам сразу перейти к материальной цене вопроса? Просто скажите, сколько, и…

— Э нет, мать, — ухмыльнулся боевик. — Не порть нам чисто человеческое веселье! Ща будет им песенка. Даже несколько!

И была песня. Целых три. Причём боевик явно решил обратиться к походному творчеству, написанному солдатами с характерным юмором и хроническим спермотоксикозом. 

Я с ухмылкой послушала шедевры под названием “А у Дженни из трактира вот такие буфера” и “Ой, я сижу на берегу, дёргаю второго”. Под третью, лирическую (“Как мы прятались в лесу от её папаши”) я даже сплясала, вызвав слегка недовольный взгляд Кио и восторженные — остальных присутствующих.

“Тебе станцую лично, — пообещала своему дракону-собственнику. — В приватной обстановке. Тебе понравится.”

“Не сомневаюсь,” — Кио слегка оттаял.

Я же, широко улыбаясь, встала напротив мага и упёрла руки в бока.

— Ну ты же не думал, что песнями отделаешься, а?

Будущий свёкр довольно осклабился:

— Ещё бы! А что, сможешь придумать ещё что-то интересное?

Я прищурилась. Это был вызов! И вообще следовало признать: во всей этой народной свадебной традиции присутствовало некоторое очарование. По крайней мере, мне понравилось наблюдать танец в исполнении родителей жениха, а потом и сражение дракона с рыцарем, разыгранное ими же (тут надо сказать, что на фразе “Сдавайся, злобный дракон!.. А, дорогая, у тебя уже закончились эти дни?” — все присутствующие полегли, как озимые; я полегла тоже, хотя и задумалась о том, бывают ли у дракониц красные дни и, если да, то насколько часто имеют место). 

В общем, мы веселились, как могли.

Сундук, явно предварительно приготовленный для меня, стоял в сторонке и скромно посверкивал драгоценностями. Я и не смотрела в его сторону: твёрдо решила для себя, что за Дорлину не возьму ничего. Вон Кио с Рием договорились о чём-то там? Вот пускай это всё и варится в их песочнице. А я, конечно, понимаю, что крёстная фея — это почти что бордельная маман… Но всё же, не совсем ведь!

Сказать по правде, у меня и так вызывали внутреннюю брезгливость всякие свадебные традиции с “продажей” невест или женихов. Понятно, что это во многих случаях всего лишь символ; но, если разобраться, не на пустом месте возникли такие символы. 

Так что, приобщив драконов к художественной самодеятельности и заставив в финале их сесть за вышивку (не всё же девчонкам на Отборе мучиться, правда?), я решила, что причудливые человеческие обычаи на этом вполне соблюдены, и, улыбнувшись, сказала:

— Ну всё! Если уж жених так хорош, что ради него стоит всё это сделать — то, так и быть, отдам вам невесту!

Я распахнула дверь. Над садом повисла тишина. Мысленно помянув недобрым словом всех невест на белом свете, я с улыбкой муркнула: “Минуточку!” — и скользнула обратно в беседку.

— Ну?

— Госпожа сидит и дрожит, — отрапортовала одна из секретарш. — Может быть, нужно позвать лекаря?

Выглядела при этом девчонка действительно взволнованной.

— Не стоит, — усмехнулась я. — Тут можно обойтись без лекарского вмешательства… Дора? Там тебя ждут вообще-то.

— Ага, — она нервно покосилась на меня. — Но я это… мне страшно.

Меня так и подмывало напомнить, кто именно всю эту идиотскую канитель со свадьбой в конечном итоге заварил. Но вместо этого я просто вздохнула и присела рядом с ней. 

— Это бывает, — сказала я. — Перемены всегда пугают. Но ведь Рию тоже страшно, правда?

— Ему-то?

— А, думаешь, нет? — я покачала головой с насмешливой улыбкой. — В культуре людей считается, что женщины боятся, а мужчины — нет. В культуре сидхе всё ровным счётом наоборот. Но знаешь что? Херня это всё. Потому что боятся все одинаково. И чувствуют все одинаково. Это ни разу не зависит от того, что там между ног у кого болтается. Так что твой дракон сейчас боится тоже. И, если я хоть немного понимаю смысл этого вашего брака, то идея в том, чтобы дальше бояться вместе. Так ведь? 

Она тихо вздохнула:

— Так... 

— Отлично! А теперь, если ты разрешишь, я отведу тебя к твоему жениху, чтобы дальше с тобой нянчился он. Как звучит?

— Я не против...

— Вот и хорошо.

В итоге мне пришлось практически тащить ведьмочку на себе — прямо дежавю какое-то, серьёзно. Впрочем, стоило ей увидеть Рия, как всё сопротивление сошло на нет: они потянулись друг к другу, как цветы за светом. Мне осталось только отойти в сторонку. И наблюдать. 

— Моя госпожа, — дракон, ошеломительно красивый в своём сложном парадном одеянии, шагнул к ней, но застыл в паре шагов, глядя с восхищением и теплом. Он пару мгновений просто рассматривал свою невесту, но потом опомнился и чуть склонил голову, приветствуя её. — Ты прекрасна, как, впрочем, и всегда. Я долго думал, что могу подарить тебе, но ничего не мог решить. Драгоценности? Сокровища? Но всё моё будет вскоре твоим. И тогда я решил… это не вполне подарок, но всё же… думаю, важно то, кто именно тебе его вручит.