Эталон зла - Алексей Фомичев

Префект постарался сохранить невозмутимое выражение лица, но выдал себя излишне ровным голосом:

— Во всяком случае, жалоб от факторума мне не поступало.

— А они никогда и не жалуются. Факторум вообще старается как можно меньше иметь дело с властями. Что не мешает нам вполне мирно сосуществовать, даже несмотря на официальную религию. Храмы Огалтэ — одно, а традиции — другое. И они вполне мирно сосуществовали. Пока не появился этот граф.

Тон посланца имперского двора стал неподобающе жестким, и префект после рассчитанной паузы холодно осведомился:

— Вы в чем-то обвиняете меня, легат?

Пананр приложил руку к сердцу и слегка склонил голову.

— Да что вы, префект! Уверяю в совершенном уважении к вам! И прошу извинить меня, если в моих словах прозвучала хоть капля упрека! Я просто доношу вам беспокойство двора. Понимаю, вам здесь, на месте, виднее. К тому же трудно обвинять человека, который вот-вот станет вашим родственником.

«Ах ты паршивец! — с внезапно вспыхнувшей злостью подумал префект. — Маленький болтливый ублюдок! Ты еще попадешься мне под руку!»

Столь неподобающие мысли были адресованы юному Рандору, этому неудачливому соискателю руки Эбевы.

Молодой шпаненок из знатного рода, ослепленный ненавистью к графу Теладору и ревностью к Эбеве, превратился в шпиона и доносчика. Даже легату успел наплести невесть что. Понятно, Пананр с удовольствием выслушал донос и теперь дает понять, что тайные причины столь терпеливого отношения префекта к графу ему известны.

Хороший же материал повезет легат в столицу. А старая лиса Согнер, советник императора, не преминет преподнести это в нужном свете Ракансору. И как посмотрит император на действия префекта? Не пошлют ли вслед за легатом в Коршу преторианцев? И какие приказы получат командиры когорт?

Позиции Шелегера при дворе были достаточно сильны. Древняя знатная семья, родство со многими влиятельными персонами. Богатство и власть… Но если император вдруг решит, что Шелегер больше ненадежен?

— Слухи о скором союзе моей дочери и графа Теладора несколько преувеличены, — глядя прямо в глаза легату, произнес префект. — Граф только выразил намерение поближе узнать Эбеву и… не встретил отказа. В свою очередь, я не считаю брак дочери с самым сильным из кордонных дворян чем-то предосудительным!

— Это, безусловно, верно! — Легат понял, что слегка перегнул, и теперь спешно отыгрывал назад, едва ли не демонстративно выказывая почтение хозяину дома. — Но кордонный дворянин и дочь знатнейшего рода!..

— Думаю, такой союз более чем угоден императору! Он неустанно заботится о сближении старой имперской знати и молодого дворянства. Его заботами прежняя неприязнь сходит на нет.

Легат поспешно кивнул: деяния императора всегда выше законов и правил.

— Хвала Огалтэ, наш император мудр и бесконечно добр!

Префект будто бы не услышал последних слов, задумчиво добавил:

— В любом случае последнее слово за моей дочерью. Как известно, женское сердце следует своим законам! Что до меня, я приму любое ее решение.

И опять легат кивнул. Хотя мог сказать, что вряд ли префект допустит в семью человека, не угодного ему лично, как бы там ни захотела взбалмошная девчонка.

Шелегер довольно улыбнулся. Он ловко поставил приезжего нахала на место и в то же время дал понять, что по-прежнему верен императору и его интересам.

Эта мысль согрела его не хуже вина, и префект уже хотел было отпустить какую-нибудь шутку, дабы разрядить обстановку и вернуть разговор в мирное русло, когда легат, вроде бы нелогично ломая нить беседы, вдруг сказал:

— А за Теладором стоит присмотреть получше. Пока он сгоняет под свою руку баронов — не страшно. Насторожить вас должен момент, когда он попросит передать ему хотя бы одну когорту. Под видом укрепления границы. И это станет началом… чего-то более значимого, чем простое укрепление власти.

…Эти слова и вспомнил теперь префект. И был вынужден признать, что легат оказался прав. А значит, владел обстановкой лучше, чем он сам. И знал больше. Или это при дворе сумели просчитать как Теладора, так и самого префекта? Тогда плохи дела, коль он упустил из рук нити управления провинцией. Очень плохи.

— Я нахожу интересными ваши предложения, граф, — довольно холодно заметил префект, — но армейские части подчинены мне, и я не вижу смысла в изменении их подчиненности. Если вы заметили, когорты и так перекрывают основные дороги в глубь империи. И могут усилить друг друга в случае необходимости.

Теладор склонил голову.

— Вы мудро и умело руководите не только хозяйственными делами, мэор префект. Но осмелюсь заметить, когорты, обеспечивая безопасность путей в метрополию, все же не способны быстро прийти на помощь нам. Если варвары приведут хотя бы полуторатысячное войско, мы будем отброшены к замкам. И если варвары не дураки, а они, несмотря на столь пренебрежительное к ним обращение, таковыми не являются, то просто оставят возле замков отряды прикрытия, а основные силы бросят дальше. Что будет с провинцией в этом случае?

Шелегер как-то некстати и с некоей долей зависти подумал, что граф непонятно где и когда обучился сложному и изысканному искусству риторики. И ведет разговор так гладко, что можно слушать и слушать, соглашаясь буквально со всем. Даже не вникая в смысл сказанного. Ох, не прост этот кордонный дворянин! Ведь большинство из этих… кордонных еще полсотни лет назад были либо отпрысками давно обедневших благородных семейств, либо предводителями вольных отрядов и даже потомками осевших здесь варваров, что перешли под руку империи.

Какая риторика, если главным и едва ли не единственным делом новоявленных дворян было махание мечом, охрана дорог, мостов, поселений! А этот вот умеет, умеет, прохвост, и слово сказать, и дело сделать! Нет, легат, конечно, сволочь еще та, но в одном прав: надо бы выяснить, кто он и откуда приехал! И даже проклятый Рандор, чтоб его чума забрала, пригодится. Да и своих людей отрядить следует.

Но поздно! Да и не до того теперь. Граф-то прав, времена пришли тяжелые. Варвары в любой момент хлынут через Крояр-таг и Гемерат Тан. А с ними и эльфы. И прочая мерзость. А большая часть Веш-Амского легиона в соседней провинции. И Шестой легион далековато.

Вот и думай, как быть! С одной стороны, от предостережений легата нельзя отмахнуться, с другой — слова графа не пустой звук.

— С командирами второй и пятой когорт вы, граф, знакомы, не так ли? — сменил тему префект.

Теладор кивнул:

— Мы несколько раз встречались. Обсуждали военные вопросы, рассматривали возможности противника.

— Это хорошо. Как мне докладывали, Бретор и Ламмар вам благоволят. Вы их приглашали на охоту в свои земли.

— Это так, мэор префект. Они, как и я, — охотники.

Префект искал во взгляде графа смущение или опасение, но тот смотрел открыто, прямо.