В тени дракона: Господин Теней - Марк Геннадьевич Кузьмин

- Именно поэтому я хочу попросить тебя… - он тяжело вздохнул. – Ты можешь приглядывать за ними?

- Что?!

- Я не прошу многого, просто проследи, чтобы они не слишком пересекались… Это опасно для них обоих. Учитывая, что Сохатик умудрилась втянуть брата даже в приключение с долбанным василиском, ей может показаться хорошей идеей иметь его при себе… Но это НЕ хорошая идея. Совсем.

- Но… почему не объяснить все Генни?

- Ну, ты же знаешь ее, - Сириус как-то грустно усмехнулся. – Эта девочка не умеет сдаваться. Сейчас, может, брат не слишком ее интересует, но, если мы скажем ей, что он в смертельной опасности, это лишь подтолкнет ее к нему. Кто знает, как далеко она зайдет в попытках его спасти? А магия, что связана с подобным, очень, очень темна и совсем не для неподготовленных умов. Я бы и сам не хотел с ней связываться…

- И что будет с Гарри?

- Если не попадется на глаза Воландеморту? Я не знаю. Никто не знает, ибо такого в истории магии еще не было. Возможно, Гарри сумеет выжить. Возможно, умрет даже без него.

Тон Сириуса звучал как-то неискреннее, но она не обращала на это внимания. Не хотела обращать.

- Гермиона, - он посмотрел на нее. – Пожалуйста, защити Сохатика. Она и Гарри не должны быть вместе. До тех пор, пока мы не найдем способ снять проклятье. Потом я сам все ей объясню, но пока…

- Хо… хорошо…

- Он действительно не просил много. Так, раз в месяц спрашивал, все ли в порядке. Видимо, ему самому было неловко просить подругу Генни чуть ли не шпионить за ней… - рассказывала она дрожащим тоном. – Так продолжалось до четвертого курса… Но тогда… что я должна была сделать? Отгонять от Генни чуть ли не единственного человека, кроме меня, что готов был ее поддержать?

Она закусила губу и некоторое время собиралась с силами.

- Сириус сильно волновался. Даже просил меня найти способ если не поссорить вас, то хотя бы чуть-чуть отдалить… Я не знала, что мне делать, я не могла сомневаться в мистере Блэке и согласилась сделать это… - дрожащим голосом произнесла она. – Почти…

- Почти?

Она закусила губу и некоторое время собиралась с силами.

- Я – такая лицемерка, - с трудом заговорила она. – Я не хотела видеть тебя с Генни… Порознь… Но все равно хотела знать, что сделала для вашей безопасности все… что могла…

Гарри удивленно посмотрел на нее.

- Когда я узнала от Генни о записке, это показалось мне шансом… - говорила девушка. – Мол, я не буду просто сидеть, я действительно что-нибудь сделаю… Поставлю все на судьбу… Если ничего не получится, останется только принять результат… Ничего не должно было получиться!

Грейнджер затряслась от страха, а внутри нее все сжалось.

Перед глазами возникли те события.

Она знала, что они могут поссориться, но не думала, что все будет так…

Они говорили друг другу эти вещи, они с такой злостью и ненавистью произносили каждое слово…

- Слушай сюда, жалкий неудачник! – зарычала Генни. – Я - Герой! Я - Избранная! И у меня есть долг, который я должна исполнить! Если ты, трусливое ничтожество, посмеешь мешать этому, то я просто отброшу тебя как мешающий элемент!

- Ради своего мерзкого «долга» ты просто предала меня! - подскочил Гарри. – Ты просто эгоистка, которая только и думает о себе!

- «Нет! Нет! Нет! НЕТ! НЕТ! НЕ ГОВОРИТЕ ЭТО!»

- Я разрушила ваши жизни, я сломала вас, из-за меня вы возненавидели друг друга и оба страдали столько времени! – говорила Гермиона. – Я так испугалась этого, что уже не могла заставить себя признаться и… и… и… Уа-а-а-а-а-а-а-а-а-А-А-а—а-а-а-а-а-а-А-А-Ха-а-а-а-а-а-а-а!

Гермиона заревела.

Горькие крупные слезы стекали по ее щекам и падали на пол. Вся та боль, что годами копилась в ней, весь тот страх разоблачения и того, что от нее отвернутся и она снова будет одна, осознание своих ошибок и подлости. Все это захватило разум девушки и вылилось в разрывающий душу крик.

Она понимала, что не заслуживает прощения, что недостойна таких друзей и не имеет права извиняться, а лишь…

- Все хорошо, - произнес Гарри и обнял ее. – Все хорошо…

Он повторял это, гладя по ее голове и крепко держа, а Гермиона вцепилась пальцами в него и громко плакалась, изливая всю ту боль, что кипела внутри.

- Прости…

***