Семена войны - Жуан Сильва

В спешке он стал подниматься по лестнице, Сольви следовала за ним. Добравшись до самого верха, он вытер со лба пот. Здесь было невыносимо даже зимой.

– О Всевышний, – поклонился ему капитан корабля. – Я отдал приказ отправить часть наших войск. Солдаты из нашего поселения, оставшиеся в живых, мобилизованы. Каким будет твое следующее приказание?

Орберезис окинул взглядом поле боя, а затем посмотрел на капитана. Рядом, у сундука с ракетами, неподвижными статуями замерли трое помощников.

– Это сигнальные ракеты?

Капитан кивнул.

– Одна означает отправку еще одного батальона. Желтый флаг означает, что войск больше нет. Несколько ракет – означает отправку большего количества батальонов. А черный флаг – это приказ стрелять из пушек, хотя единственный корабль, оснащенный ими, – «Буреруб». Не беспокойся о ракетах, Всевышний, они, конечно, громко гремят, но пламени не дают.

Орберезис кивнул, осмысливая эту информацию, а затем взглянул на остальные корабли Флота Плавучего города. Всего несколько лет назад он был бы счастлив, если бы ему позволили просто мыть палубу на любом из них, а теперь он был верховным главнокомандующим огромного судна. Находясь в выгодной позиции, он мог видеть сигнальные огни, зажженные на каждом корабле. Их капитаны были готовы и ждали его инструкций. А еще отсюда были прекрасно видны дикари, разместившиеся на небольшой горе за пляжем и болотами, недалеко от поселения. Они явно находились не на ведущей высоте.

– Всевышний? Каков приказ? – спросил капитан.

Орберезис посмотрел на ракеты, и, казалось, капитан, прочитал его мысли.

– Еще батальоны, Всевышний? Я полагаю, что тех, что мы послали, достаточно, чтобы позаботиться об этих бедных дураках. Возможно, сейчас самое время пустить в ход пушки. Чтобы убедиться, что мы уничтожим их поселение и выжившим некуда будет вернуться. Если мы будем ждать слишком долго и наши солдаты окажутся в поселении, мы можем потерять шанс использовать пушки.

– Пушки оставим на потом. Отправьте все подразделения, которые у нас есть. Нам нужно подавить их и взять в плен. Они должны рассказать нам все об эликсире.

– Берите этот гребаный эликсир! – скомандовала Гимлор. Солдаты принялись доставать флаконы с эликсиром мохоспинов из подсумков и пить их содержимое. – Они гребут сюда на лодках. Лучники!

Несколько десятков лучников обмакнули стрелы в масло листоколокола, вскинули луки и прицелились, ожидая приказа пустить стрелы в полет. Самодельные луки смотрелись довольно пестро и по большей части таковыми и были. Хорошо стрелять из них умели немногие, но этого должно было хватить.

– Стреляем! – рявкнула Гимлор, и лучники выстрелили. Летящие стрелы вспыхнули от масла листоколокола и превратились в пламя, со свистом рассекающее воздух. Многие даже не долетели до воды и вонзились прямо в песок. Другие попали в воду и затухли.

– Проклятие! Снова! Стреляем!

Лучники прицелились и выпустили еще больше горящих стрел. На этот раз они попали в несколько лодок, но это не замедлило продвижение врага.

– Этого недостаточно! Стреляем! – вновь закричала она. Лучники подчинились приказу. Стрелы взвились в воздух, и несколько солдат упали вводу.

– Больше, нам нужно больше! – рявкнула она, и четвертый залп стрел поразил еще нескольких солдат, одновременно запалив одежду на стоящих рядом. Но они уже были слишком близко к берегу. Этого было явно недостаточно. Погибло всего около дюжины врагов, а к земле гребли сотни. Они были сильнее, их оружие – лучше, но все же они были не столь сообразительны, как она.

– Лучники! Продолжаем стрелять! – заорала она. Крестьяне все так же целились в сторону берега и мелководья, по которому уже плыло большинство лодок. – Пращи! К бою!

Человек пятьдесят заняли позиции и принялись доставать из деревянных ведер камни для пращи, размером меньше кулака. Уложили снаряды на кожаную тряпицу, подхватили веревки, к которым они были привязаны. Теперь нужно раскрутить над головой, чтоб камни набрали импульс – и снаряды полетели вперед, к берегу, врезаясь в наступающих солдат с невероятной силой и скоростью. Одной только силы ударов этих камней хватило, чтобы вывести из строя нескольких врагов, но этого все равно было недостаточно. Их было слишком много: и вскоре они подплывут к берегу и выйдут на песок.

– Снова, снова!

Фермеры не были солдатами и не были столь метки, как настоящие стрелки, но каждый убитый ими враг уже был победой. И они все вращали пращами, надеясь поразить новых и новых врагов, выходящих на песок.

Лодки уже причалили к берегу, и солдаты, одетые в черное и красное, высаживались на берег, и вскоре пески уже кишели ими, и большинство из них уворачивались от стрел и камней из пращей.

– Приготовить мушкеты!

Норк повторил ее команду, и лучники, и пращники прицелились в сторону пляжа, где лежали тела врагов. Пляж превратился в настоящее море из горящих стрел и кровоточащих тел – волны ласкали их, а камни терзали. Потерь с ее стороны не было, но это был лишь вопрос времени.

– Осталось немного. – Она ждала этого момента. Момента, когда должна была сработать первая из ловушек. – Они вот-вот отведают яда Гадюки, мальчики.

Норк и Нозема ухмыльнулись и, дружно кивнув, поспешили выполнять задание.

Поле битвы пьянило, как вино.

Запах смерти и гари – это совсем не то, к чему следовало стремиться, но стоило первым вражеским солдатам шагнуть на рыхлый песок – и им хватило одного неверного шага. Солдаты привели в действие спрятанную на пляже растяжку, а это, в свою очередь, заставило сработать одну из закопанных жирных бомб. Мощный взрыв красной смерти осветил небо – тела вражеских солдат отправились прямиком в подземный мир.

Ошеломленные взрывом воины рванулись вперед по рыхлому песку и начали один за другим попадаться в ее ловушки. Ноги их запутывались в веревках, а жирные бомбы, спрятанные в песке, все взрывались и взрывались.

За Эдмира.

Она помнила, как он был счастлив, когда они шагнули на земли Аларкана.

«Ты уже придумала название для этого места, босс?»

Она поклялась превратить это захолустное болото в место, подобное приюту мадам Маци. Она решила, что оставит позади все смерти. Все убийства. Она помогала нуждающимся. Ибо только это она и могла предложить.

«Девичий Чертог», – сказала она.

Но новые убийства омрачили ее мечты. И новые смерти.

– Как вам мои Семена войны, ублюдки? – прошептала Гимлор.

Новые взрывы, масляные бомбы вгрызались в песок, и тот расцветал карнавалом огня и жара, настигая вражеских солдат, пробирающихся к Гелеронде. Те, кто не погиб от взрывов, замерли, оглушенные и отброшенные на землю. У них наверняка все звенело в ушах. А самые храбрые и