Время тьмы - Евгений Клец

– Нет, – честно признался маг. – Только слышал о нем очень много.

– С виду это обычные деревья, покрытые бурой листвой, которая не опадает круглый год, хотя горе тому, кого обманет их внешний вид. Я думаю, если бы за их образованием стоял хаос, то вряд ли они бы выглядели столь одинаково. Порядок и хаос вещи несовместимые.

– А что если мы видим только то, что позволяет видеть наше сознание? Вдруг то, что мы зовем лесом, таковым не является, и мы сами придумали этот образ? Ведь людей, побывавших в нем и вернувшихся назад, не так много, если вообще есть.

Лэрат удивленно посмотрел на мага.

– Хм… О такой возможности я как-то не подумал, – признал он. – А ведь, возможно, в этом что-то есть.

Он погрузился в размышления. Похоже, предположение Солерайна пошатнуло четкую концепцию, что тот выстроил для себя по отношению к сгинувшей Миране и всему, что с ней связано.

– Лэрат, – прервал его думы маг, – ты никогда не слышал о странной парочке, по виду брат и сестра, называют себя Верон и Релона? Слишком уж часто они оказывались у нас на пути сюда.

– Конечно, слышал, – очнулся Лэрат. – Мы здесь тоже с ними сталкивались. Они представители королевского рода Мираны и мертвы с тех пор, как она была уничтожена. По крайней мере, как люди.

– То, что они уже не принадлежат к роду человеческому, я понял и сам, – отозвался Солерайн. – Меня больше волнует вопрос: кем или чем они являются сейчас?

Лэрат усмехнулся.

– Мы возвращаемся к тому, с чего начали. Что представляет собой Мглистый лес? Мирана в теперешнем ее виде? Сами близнецы? Этого не знает никто, одни предположения.

– И каковы они по части этой парочки?

– Они не люди, это факт. Возможно, та сила, что скрывается за Черными холмами, просто, как ты недавно сам выразился, использует их образы. Почему именно их, я не берусь сказать.

– Странно, – произнес Солерайн. – Выглядят и мыслят они вполне нормально, по крайней мере внешне. Совсем не похоже, что близнецы являются носителями чужого разума и воли. Слишком уж по человечески, что ли, они себя вели.

– Они пытались вас убить?

– И да и нет. Они все время действовали какими-то странными обходными маневрами. Думаю, сначала они только искали носителя дара, причем нужен он им был живым. Зачем – это другой вопрос. Мы тоже воспринимались сначала как возможные кандидаты на эту роль, но затем, когда все прояснилось, лишь как досадная помеха.

– Значит, теперь они осведомлены, кто из вас обладает особыми способностями?

– Да, и уже довольно давно, – признался Солерайн. – Мы пытались их уничтожить, но сделать это оказалось неимоверно трудно. Даже Драконий огонь не смог помочь.

– Возможно, пока существует Мирана, сделать это вообще нереально.

– Почему?

– Потому что их уже пытались убить, и не раз. Но они возвращаются вновь, возрождаясь где-то в глубине Мглистого леса. Их смерть всегда лишь небольшая передышка для победителя.

Солерайн вздохнул.

– Да, никто не говорил, что будет легко.

– Ничего, судя по всему, твой друг вполне может с ними справиться. Со своей стороны могу предложить кой-какие полезные вещицы, которые могут вам понадобиться в пути.

Лэрат встал и, подойдя к ширме, отодвинул ее в сторону. Кроме того, что уже видел Солерайн, за ней оказалась дверь, ведущая в глубину башни.

– Продолжим разговор в моей лаборатории, – пригласил он. – Мне найдется что вам предложить, кроме напутственных слов.

– С радостью приму любую помощь, – с благодарностью отозвался маг.

Во всем облике Нурана угадывался старый рубака. Стальной оценивающий взгляд, мягкие кошачьи движения, ощущение скрытой силы, исходящие от него, выдавали человека, много повидавшего в жизни. Левая его рука, лишенная кисти, покоилась на подлокотнике кресла, в правой он держал письмо Коерса. Читая его, он изредка посматривал на сидевших напротив Дивса с Вересой умным, пронзительным взглядом.

Наконец, отложив листок в сторону, он обратил свое узкое лицо, обрамленное темными с проседью волосами к Дивсу.

– Не буду скрывать, вы возбудили мое любопытство. Нечасто кто-то по собственной воле отправляется к Черным холмам.

Он сделал паузу, словно давая время на возможные объяснения, но Дивс и Вереса молчали.

– Ладно, – махнул он культей. – Коерс не станет просить просто так. Раз едете, значит, на то есть веская причина. Что я могу для вас сделать?

Дивс вежливо склонил голову.

– Спасибо, что не отказываете в помощи. Какой бы она ни была, мы примем ее с благодарностью. Итак, первое, о чем хочу попросить, так это позаботиться о нашем друге. Он был опасно ранен и не сможет продолжать путь, поэтому хотелось бы, чтобы ему обеспечили достойный уход.

Нуран кивнул.

– Насколько я осведомлен, ваш друг является членом нашего братства, а мы своих людей в беде не бросаем. Ручаюсь вам, что будет сделано все возможное, чтобы он как можно скорее встал на ноги.

– Если это возможно, Вереса останется с ним, – продолжил Дивс.

Девушка с тоской посмотрела на него, но ничего не сказала.

– Это ее право, ведь она тоже принадлежит к братству. Наш дом – ее дом.

– Спасибо, Нуран, – поблагодарил Дивс.

– За это и благодарить не стоит, – отмахнулся тот. – Я слышал, с вами был маг. С ним все в порядке?

– Да, хвала богам, – ответил Дивс. – У него возникло дело к главе магической гильдии, и поэтому он не смог прийти.

– Рад, что все хорошо. Насколько я понимаю, дальнейший путь вы намеренны продолжить вдвоем?

– К сожалению, да.

– И как скоро намеренны отправляться?

– Завтра. По некоторым причинам мы не можем долго злоупотреблять вашим гостеприимством.

– Может, дать вам воинов? Хотя бы до дальних застав?

– Благодарю за предложение, но сейчас привлекать лишнее внимание нам тоже ни к чему.

– Хорошо, – сдался Нуран. – Но я все же распоряжусь выдать вам охранные грамоты для наших патрулей. Слишком много различного отрепья шатается вокруг, а так вам всегда окажут, если понадобится, поддержку. Хотя лихие люди, надо признать, не самое страшное, что встречается у нас здесь. Гораздо большие беды приносит нечисть, отрыгиваемая Мглистым лесом. Хорошо еще, что река пока хоть как-то сдерживает его.

– Мы справимся.

– Надеюсь. Если понадобится провиант либо оружие, обращайтесь к Арли, моему помощнику. Я распоряжусь, чтоб вам ни в чем не отказывали. Думаю, это все, что смогу для вас сделать.

– Этого более чем достаточно.