Черная татуировка - Сэм Энтховен

— Смерть! Смерть! Смерть! Смерть! Смерть! — произносили они.

Номер Двенадцатый уставился на свои руки и нахмурился. Белесое вещество, покрывавшее его с головы до ног, вдруг начало розоветь, а потом стало красным.

Джек вытаращил глаза.

«Нет», — подумал он.

О господи! Да! Все так и было!

Неожиданно Номер Двенадцатый вдруг начал растворяться.

Его руки, казалось, таяли на глазах — они сморщились и тут же превратились в дождь красных капель, упавших на поверхность густой белой жидкости, заполнявшей озеро. Все его тело начало быстро исчезать. Растаяла кожа на голове, обнажился череп. Джек смотрел вниз, не в силах отвести глаза от жуткого зрелища. Номер Двенадцатый беспомощно смотрел на Номера Второго.

Его безгубый рот раскрылся, но крикнуть он не успел — растворился.

Скандирование хора чинджей сменилось лихорадочным кашлем и радостным визгом. От Номера Двенадцатого осталось только расплывающееся по поверхности озера розоватое пятно. В следующее мгновение пропало и оно. Чиндж-старейшина поднял лапку, прося тишины.

Джек охнул.

— Видишь? — обратился чиндж к Номеру Второму. — Видишь, кого ты оскорбил?

— Что ты сделал с моим парнем? — пролепетал Номер Второй.

— Вы угодили в утробу зверя, — сказал верховный чиндж. — Впервые в своей жалкой, мерзкой жизни вы принесете пользу. Вы будете уничтожены! — объявил он, возбужденно переступая с одной трехпалой лапки на другую. — Вы будете растворены в священных соках Дракона! Ваши тела будут одними из первых, которые станут топливом для пробуждения. И хочу добавить: это безмерная честь для таких, как вы! Итак… приготовься, супосос! — закончил свою гневную речь чиндж-старейшина, обнажив беззубые челюсти. — Ты следующий!

Эскадрилья чинджей уже облепила Номера Второго. Он почти исчез под ковром кожистых черных крыльев, но его крик прозвучал вполне отчетливо.

— Подождите! — взвизгнул Номер Второй. — Господи! Нет! Ради Христа, пожалуйста, подождите!

Скалясь во весь свой беззубый рот, старый чиндж небрежно махнул морщинистой лапкой. Стая мгновенно взлетела.

— Это не… — начал Номер Второй и запнулся. — Это несправедливо!

По пещере пронеслась волна серебристого, но, несомненно, злобного смеха.

— «Несправедливо»? — переспросил чиндж-старейшина, вытаращив глаза, словно он не поверил услышанному. — Это вы пробрались в наши священные покои или нет?

— Но мы ничего не знали ни про какие священные покои! — взвыл Номер Второй. — Мы не сами решили прийти сюда! Не мы это придумали!

«О, заткнись!» — в отчаянии подумал Джек.

— Вот как? — хмыкнул чиндж-старейшина. — А кто же, да позволено мне будет осведомиться?

— Номер Второй, — прошипел Джек, — замолчите!

— Нас сюда привели! — крикнул Номер Второй в полном отчаянии. — Нас сюда привел чиндж!

Последнее слово эхом облетело пещеру. Существа, похожие на маленьких летучих мышей, ошеломленно переглядывались друг с другом. Ошеломление сменилось возмущением. В следующее мгновение миллион крошечных глоток издал дружный вопль.

— Кто? — наконец хрипло крикнул чиндж-старейшина, у которого от праведного гнева затряслись лапки. — Кто это сделал?

— Я, — отозвался голос из глубины пещеры. — Я сделал это, — сказал чиндж Джека.

Вдруг стало очень тихо.

Чиндж-старейшина обернулся. Взгляд его зрячего глаза стал острым и пронзительным — ни дать ни взять, луч лазера, готовый расплавить даже рослого демона. Однако чиндж Джека не дрогнул и встретил взгляд своего повелителя смело и почтительно одновременно.

— Куда ты приписан, юный чиндж?

Чиндж Джека вытянулся по стойке «смирно».

— Вторая дивизия, третий полк, рядовой Б тридцать семь дробь шесть! Сэр! — выкрикнул чиндж и низко поклонился.

— Чиндж Б тридцать семь дробь шесть, — сказал чиндж-старейшина, ответив на поклон отрывистым кивком, — ты обвиняешься в том, что привел этих существ в наши священные покои. Это является государственной изменой — самым страшным и подлым из тех преступлений, которые только могут совершить представители нашего народа. Я спрошу тебя еще раз и хочу, чтобы ты хорошенько подумал, прежде чем ответить. Это ты привел их сюда?

Тишина и напряжение достигли такой силы, что ощущались почти физически: ими наполнился воздух, а может, это просто был запах, оставшийся от Номера Двенадцатого. Джеку не хотелось гадать, из-за чего он так чувствовал себя.

— Это правда, — ответил его чиндж. — Это я привел их сюда.

Вся стая дружно ахнула.

— Я хочу сказать вам почему, — добавил чиндж.

Чиндж-старейшина обвел взглядом пещеру. Аханье сменилось бормотанием и перешло в сдавленный шепот.

— Продолжай, — распорядился верховный чиндж.

— Я сделал это, — сказал чиндж Джека. — Я нарушил самый главный закон нашего народа, ибо решил, что так будет правильно. — Он немного помолчал. — Каждый присутствующий здесь чиндж знает, о чем я говорю. Вы, все до одного, давным-давно знаете это.

— Ближе к делу, юный чиндж, — предупредил его старейшина. — Наше терпение вот-вот иссякнет.

— Очень скоро Дракон проснется, — сказал чиндж Джека.

Стая снова негромко забормотала, но Джеку в этот момент трудно было судить, какие чувства вызвали эти слова.

— Как ты сам сказал, — осторожно произнес старейшина, — нам это известно. К чему ты клонишь?

— Я клоню к тому, сир, — пояснил чиндж Джека, — что этого нельзя допустить.

Ропот сменился осуждающим гомоном. Чинджу Джека пришлось повысить голос, чтобы его услышали.

— Я привел этих людей сюда, ибо считаю, что они могут помешать пробуждению! Мы должны помочь им, а не убивать их!

Его последние слова потонули в визге и хлопанье крыльев.

— Тишина! — крикнул верховный чиндж. — Я требую тишины!

Он принялся стучать тростью по камню и стучал до тех пор, пока шум немного не утих.

— Ты поражаешь меня, юный чиндж, — сказал старейшина. — Похоже, ты забываешь: мы — это Дракон. Он живет благодаря нам. Его пробуждение и окончательный триумф должны быть нашей конечной целью! Я хочу сказать… — старейшина обвел стаю недоверчивым взглядом, — разве все вы не хотите, чтобы Дракон проснулся?

И тут Джек вдруг начал догадываться, из-за чего разгорелся весь этот сыр-бор. Некоторые чинджи явно поддерживали своего старейшину, но примерно столько же было тех, кто сомневался. По всей пещере тут и там вспыхнули споры, воздух наполнился взволнованным писком.

— Послушайте меня! — крикнул чиндж Джека. — Если Дракон проснется, это будет означать конец всему. Конец демонов! Конец Вселенной. Конец для нас!