Доказательства вины - Анастасия Сычёва

— Впрочем… могу предложить вам… кое-что посущественнее, — через силу продолжал он и с трудом махнул рукой в сторону своего упавшего меча. — Там кровь… вашего предателя…

Адриан подцепил меч и поднес его поближе. На лезвии были отчетливо видны подсыхающие красные следы.

— Не упустите… его… Лэнгстон…

Он не договорил. Мы отвлеклись от меча и посмотрели на темного эльфа. И сразу за этим я прижала ладони ко рту, а Адриан шумно выдохнул. Грейсон продолжал сидеть у стены и равнодушно смотреть куда-то вдаль, его взгляд остекленел и дыхание пропало.

Несколько минут мы молча сидели рядом с телом. У меня в голове царила звенящая пустота, только в груди медленно разливалось давящее ощущение потери, грозившее задушить меня. Адриан протянул вперед руку и ладонью провел по лицу Грейсона, закрывая ему глаза. Судорожно выдохнув, я наблюдала за этим движением с ужасом. Оно словно окончательно подтверждало, что Грейсона больше нет…

Затем Адриан поднялся на ноги, держа в руках меч темного эльфа, лицо архивампира напоминало застывшую, неживую маску.

— Я скоро вернусь. С помощниками Лэнгстона наверху мы разобрались, так что опасности для тебя больше нет, — глухо сказал он и приготовился начать читать заклинание, но я его остановила и сама поднялась с пола.

— Я пойду с тобой. — Мой голос звучал так же глухо и невыразительно.

— Корделия…

— Нет, — твердо возразила я и посмотрела ему в глаза. — Мы должны сделать это вместе. Эта история, начавшаяся сто лет назад, оказала слишком сильное влияние и на твою, и на мою жизнь. Этот путь мы должны пройти до конца вдвоем.

Не думаю, что мне удалось бы его убедить, если он сам уже не думал об этом и не пришел к тому же выводу. Поэтому Адриан только кивнул и начал читать заклинание, чтобы проложить путь и открыть портал к хозяину крови. Я наблюдала, как засохшие пятна возвращают себе яркость, снова становятся жидкостью и стекаются друг к другу. В воздухе свернулась темная спираль плетения, а затем перед нами открылся портал. Мы шагнули в него вместе.

Возможности архивампира и впрямь впечатляли: Лэнгстона даже не пришлось искать, мы вышли ему наперерез, так что он остановился как вкопанный, и на его лице проступила безнадежность. Когда мы перенеслись, бывший советник как раз торопливо шел по заснеженной дороге по какому-то пустырю прочь от старого склада, пустые ножны так и болтались на его поясе. Судя по всему, именно на складе мы все это время и были, и перед Лэнгстоном теперь стояла всего одна цель — скрыться. До утра было еще далеко, и единственным источником света оставалась луна, спускавшаяся к горизонту.

— С официальной точки зрения я должен вас арестовать и судить, — бесцветным голосом сообщил Лэнгстону Адриан. — Но, думаю, мы обойдемся без формальных процедур.

— Адриан, не забывай, что ты в первую очередь правитель, — напомнил Лэнгстон. Он держался потрясающе: ни страха, ни паники даже перед лицом неотвратимой смерти я в нем не заметила, хотя он продолжал нервно теребить полу сюртука, и машинально его рука зависла над пустыми ножнами, словно пыталась нащупать рукоять кинжала. — Не буду утомлять тебя уроками истории, но сто лет назад эта война была действительно нужна Вереантеру. Я единственный, кто понимал ее важность, но Магнус не стал меня слушать. Мне пришлось действовать самому, но влез Арлион и попытался все испортить. Я должен был его остановить любой ценой. И, поверь мне, на свете есть много достойных женщин. На одной-единственной полукровке мир клином не сошелся.

— Возможно, — спокойно согласился Адриан. Упоминание родителей не вывело его из себя, и я поняла, что он уже принял решение и, что бы Лэнгстон ни предпринял, он его не изменит. — Но не тебе было это решать, и ты дважды преступил черту. И сто лет назад, и теперь.

— Хм-хм, — кашлянули за нашими спинами, так что в любой другой ситуации я бы подпрыгнула от неожиданности. Но сейчас, чувствуя себя так, как будто часть меня умерла вместе с Грейсоном, я могла лишь отстраненно наблюдать за неторопливо направляющимся в нашу сторону Арлионом. Про него я как-то уже успела позабыть, а он каким-то невероятным образом нас нашел. В тот же самый момент я увидела, как Лэнгстону изменило спокойствие: он переменился в лице, и в его глазах впервые появился страх. Адриан только вздохнул:

— Так и думал, что вы появитесь.

— Вы позволите мне положить всему конец? — осведомился темный эльф.

Адриан мгновение колебался, а затем кивнул:

— Полагаю, это право принадлежит вам.

Арлион расплылся в хищной улыбке, разом сделавшись похожим на свой портрет в учебнике истории, где он был изображен настоящим кровожадным монстром, и именно сейчас я могла себе представить, как он уничтожал целые поселения и армии. Лэнгстон же посерел — это было заметно даже в свете луны — и, резко дернув головой, посмотрел на Адриана, словно ожидал, что тот пошутил. Честно говоря, я не знала, что именно так его напугало: в конце концов, какая разница, от чьей руки умереть — архивампира или бывшего архимага? Но, видимо, это имело принципиальное значение, потому что Адриан удовлетворенно улыбнулся, кивнул своим мыслям и обратился ко мне:

— Не смотри.

Вся эта сцена выглядела настолько странно и непонятно, что мне и в голову не пришло спорить. Адриан притянул меня к себе, и я послушно уткнулась лицом ему в плечо. Последним, что перед этим заметила, был Арлион, шагнувший навстречу Лэнгстону.

Вот только уши мне никто не затыкал, и потому я смогла насладиться и странными звуками, точно рядом что-то разрывали, и чавкающими звуками, и все это сопровождалось душераздирающими криками умирающего вампира. Вот только никакого сочувствия во мне они не вызывали — перед глазами снова вставал мертвый Грейсон, и внутри меня как будто что-то снова умирало.

— Вот и все, — наконец спокойно произнес Арлион.

Обернувшись, я увидела, что темный эльф все так же стоял в нескольких шагах от нас и, опустив руки, задумчиво смотрел на труп вампира у своих ног. Тот лежал лицом вниз, со стороны похожий на кучу тряпья, крови не было видно, но я все равно порадовалась, что не вижу того, что осталось от Лэнгстона. Вампир был мертв.

— И что теперь? — негромко спросил Адриан.

Арлион пожал плечами, на красивом аристократичном лице отразилась безграничная усталость.

— Как я и говорил, мое время в этом мире почти вышло. Скоро я вернусь обратно к Видару. Мое дело выполнено. Больше я вас не побеспокою.

— Спасибо вам, — тихо сказала я. — За то, что помогали и спасли мне жизнь. Дважды.

Он слегка улыбнулся:

— Не за что. Будь счастлива, Корделия.

Повернувшись к нам спиной, он пошел дальше по дороге. Мы с Адрианом молча следили за высокой худощавой фигурой, пока она не скрылась в снежной дали, и у меня не возникало сомнения, что это и в самом деле был последний раз, когда мы видели Арлиона. И эта мысль рождала странные чувства: с одной стороны, я была рада, что история наконец-то закончилась… но с другой, оставалось какое-то чувство грусти, не имевшей отношения к гибели Грейсона. Кажется, за прошедшие месяцы я все же успела немного привязаться к эльфу. Глупость, конечно…