Ученик - Алекс Каменев

Полина покачала головой.

— Нет, только поняла, что в организм вводят нейтрализатор и что мы находимся в одной из «дивных земель». Магическое излучение определенно присутствует. Если сосредоточиться, то можно его уловить. Слабое и почти незаметное под влиянием препарата, но оно тут точно есть.

Черт! А я сразу и не обратил внимания. Дурацкая знакомая слабость в теле. Проклятая алхимическая смесь, блокирующая колдовской дар. Нас обоих пичкали этой дрянью, не давая магичить.

— Кажется они все продумали, — проворчал я, очередной раз дергая руками и ногами, не оставляя надежды освободиться.

— Стул уронишь, — проворчала сестра, наблюдая за моими потугами. — Грохнешься, а от ремней не освободишься.

— Это дерево, может при падении удастся сломать, — пробормотал я, в первую очередь убеждая себя, а уж потом соратницу по несчастью.

Сидеть и ничего не делать слишком глупо. Кто его знает, зачем нас сюда приволокли. После упоминания нейтрализатора на ум сами пришли воспоминания о больнице. Как бы не очутиться очередной раз в качестве подопытного кролика на лабораторном столе.

А что? Вполне жизнеспособная теория. Причина похищения проста, как строительный гвоздь — изучение недавно инициированных, прошедших через нестандартное посвящение стихии в необычных условиях…

Раскачать старинное произведение плотницкого искусства с целью его поломки не удалось. Несмотря на кажущуюся легкость стул твердо держался, никак не желая опрокидываться.

— Блин, — в сердцах выругался я. — Не хочет, редиска, прибили его к полу, что ли…

Девушка язвительно хмыкнула. Спустя длительную паузу она без вступлений и предисловий лаконично поведала о последних часах своего времяпрепровождения, рассказав, как здесь очутилась.

Пустыня, арабы, воздушный налет — мда, умеет моя новая родственница развлекаться.

Мне ничего не оставалось, как поделиться собственной историей о посещении столицы с концовкой в виде подстроенной аварии на дороге.

Наступила тишина. Что делать дальше никто из нас не представлял. Мы напряженно морщили лбы, коротко переговаривались, строя один план безумнее другого и все так же оставались на месте.

Сволочная сыворотка не останавливаясь текла по венам, убивая на корню любые устремления к побегу. Без магии выбраться отсюда не представлялось возможным. А ее нас благоразумно лишили.

Приглушенно щелкнувший замок и приоткрытая створка двери, заставила дружно заткнуться и похожим движением повернуть головы в направлении вошедшего в комнату человека.

Среднего роста, с ничем не выдающейся внешностью, одетый в однотонный бежевый пиджак, клетчатую жилетку и черные брюки — незнакомец не производил впечатления опасного человека. Седые с проседью волосы и аккуратная рыцарская бородка придавали ему вид обеспеченного старичка на пенсии.

Неторопливо и подчеркнуто спокойно, он прошел между нами к единственному в комнате столу, облокотился задницей на его край и безмятежно скрестил руки на груди.

— Ну что, будем знакомиться, — негромко произнес мужчина, похожий на преуспевающего немецкого бюргера. — Кто вы, я знаю. Меня можете звать просто — Ярл Олсон.

Он говорил на прекрасном русском, с почти незаметным иностранным акцентом.

Ярл — это вроде у шведов или датчан? Не у германцев точно. Значит не угадал. А вот фамилия звучит крайне знакомо. Определенно мне уже приходилось ее где-то слышать. Понадобилось пару секунд, чтобы вспомнить, откуда я ее знал.

Клан Олсонов. Норвежцы, чьи вертолеты нарушили границы Холодного Предела на следующий день после судьбоносного импульса.

Точно. Эти засранцы пытались убить всех инициированных в клане Строгановых. Чуть больницу на взорвали, подослав туда отмороженных ублюдков с кучей взрывчатки. Не слишком удачный повод для первого знакомства.

Вот гады! Мстислав же вроде утверждал, что они слабаки и не способны причинить много вреда. Выходит, глава Детей Вьюги ошибался? Или, что более очевидно, недооценивал противника? Похоже на то.

А нам с Полиной теперь за это расплачиваться.

— Что вам надо? — угрюмо насупившись спросил я.

Девушка гордо вскинула подбородок, демонстрируя, что не испытывает страха перед пленителем.

— Конечно же вы, — мужик радостно потер руки, на миг став напоминать веселого дедушку к кому на летние каникулы приехали любимые внуки. — Вы не представляете, как много лет я ждал встречи с вами. Десятилетия прошли, пока не осуществилось задуманное.

Я приподнял в удивлении брови. Полину тоже не оставил равнодушной странный пассаж норвежского мага.

— В каком смысле — десятилетия? — выразил удивление я за двоих, постаравшись сосредоточиться.

Уродский алхимический коктейль влияя на организм и внутреннюю энергетику делал мышцы вялыми, а сознание слегка путанным. Каждый десять секунд приходилось прилагать усилия, чтобы не закрыть глаза и не вырубиться.

Ярл Олсон правильно угадал мои мучения, на его губах расцвела сочувственная улыбка.

— Одаренных нельзя долго держать под блокиратором. В конце концов они умирают. Вы провели немало времени на пути сюда и уже тогда вам начали вводить раствор во избежание ненужных инцидентов.

Пересилив себя Полина презрительно скривилась.

— Вы боитесь нас, — произнесла она надменным тоном. — И правильно делаете. В моей груди горит пламя Вечного Льда, и никто не сможет его погасить.

К моему безмерному изумлению, старик не стал ей возражать, с пренебрежением ставя на место наглую малолетку. Он серьезно воспринял ее слова и деловито заметил:

— Вы правы, моя глубокоуважаемая Полина. Я и впрямь опасаюсь вас. И заметьте — не делаю замечаний по поводу нестыковки в вашей фразе, где вы применяете два совершенно неподходящих друг для друга значения — лед и горит. И знаете почему?

Заданный вопрос явно относился к числу риторических, так что мы с названной сестрой предпочли его проигнорировать.

— Потому что я знаю, что «Лед» может быть обманчив. Он многолик и изменчив. Он умеет принимать самые разнообразные, порой невероятные формы. Это одна из самых опасных и разрушительных стихий на Земле. Несчастные глупцы, считающие иначе, поплатились за это своими жалкими жизнями, впервые встретившись на поле боя с Владыками Холода. Да, мне прекрасно известно кто вы и кому служите. И как дороги князю Кириллу.

Ну вот, картина постепенно начинала вырисовываться. У старичка имеются претензии к главе клана Строгановых.

— Собственно говоря, с этого все и началось, — продолжал вещать норвежец. — В далеком детстве я собственным глазами видел, как один из «ледышек» окутал целый городской квартал белесым туманом, превращая в ледяные скульптуры все, что там находилось. Здания, животные, люди — никто не спасся. И все благодаря воздействию легкой полупрозрачной дымки. Сам воздух стал воплощением Стужи, без пощады карая и правых, и виноватых. Именно тогда я впервые увидел могущество стихии Льда. А став взрослым и заведя детей, захотел заключить союз с вашим кланом.