Незавидная невеста - Оксана Гринберга

Но от мяса, поблагодарив за заботу, я все же отказалась, хотя в пещере для меня развели костер. Решила, что вода и фрукты отлично подойдут для того, чтобы подкрепиться и вернуть себе силы.

«Что именно?» — Шарен устроился напротив меня, а Сайрен уселась рядом.

Зрение у меня было не настолько хорошим, как у драконов, поэтому я зажгла еще два магических светлячка, и теперь они отражалась в круглых глазах Шарена.

«Как я могла выпасть так далеко от Грани? Вернее, как я вообще могла через нее пройти и попасть в ваш мир, если вы никогда не видели эту самую Грань? — До этого я успела поведать Шарену краткую и печальную историю своего появления в пустыне. — И еще — почему вы встретили меня с такой добротой и заботой?»

Спросив это, с тревогой посмотрела на то, как прыгал по сухой древесине огонек. Мне казалось, что он прыгал совсем уж близко от Сайрен. Ее глаза были закрыты, но она прекрасно слышала все, о чем мы говорили с Шареном, потому что наш ментальный контакт оказался даже сильнее, чем с ее мужем.

Я опасалась, что огонь обожжет ей лапу, но драконица, уловив мои мысли, заверила меня, что с ней все в порядке.

Приятное тепло. Первый рукотворный костер на ее веку.

Сайрен помнила, что это такое, но никогда не видела его вживую.

«Как так? — вновь удивилась я. — Как вы можете помнить то, с чем никогда не встречались?»

Тут Шарен начал свой рассказ, постаравшись ответить на все мои вопросы.

Заговорил о том, что передавалось в драконьем племени из поколения в поколение. О Мудрости, которую оставила им Прародительница, Последняя из Объединенных Драконов.

Она пришла вместе с ними в этот мир тысячу лет назад и прожила здесь три сотни лет. Затем, умирая, Она наказала драконам, Своим Возлюбленным Детям, ждать своего кровного потомка. Сказала, что однажды появится человек, с помощью которого драконы смогут вернуться туда, где они и должны жить.

Домой, в родной мир, из которого им пришлось уйти, иначе всему живому грозил конец.

«Как ее звали?» — спросила я у Шарена, хотя и так уже знала ответ.

И нисколько не ошиблась. Ее имя было Истония, и Ее Мудрость гласила, что разделение с людьми стало первым шагом, вестником грядущей катастрофы, едва не уничтожившей все живое.

Чтобы предотвратить эту катастрофу, Истонии пришлось увести драконов в другой мир.

Она объяснила им, что вибрации драконьей магии слишком сильны, а новый мир, который Истония создала на месте старого, сшив его «нитями» Граней, — еще слишком слаб. Жуткие раны, которые Она оставила на его теле, выкорчевывая лишнюю, вышедшую из-под контроля магию, должны сперва зажить.

Поэтому драконам придется запастись терпением на целую тысячу лет.

Именно так гласила их Мудрость.

Но когда они вернутся в свой старый мир, от которого Истония отвела угрозу уничтожения, драконы смогут заново слиться с людьми, и никакой катастрофы уже не произойдет.

Если, конечно, они этого захотят.

— Разве вы этого хотите? — спросила я, неожиданно поняв, что говорю вслух. — Думаете вернуться?

Драконья пара напряглась, и я повторила тот же самый вопрос, но уже мысленно.

«Хотим! — отозвался Шарен. — Конечно же, мы давно мечтаем, каждый раз повторяя это на Совете Стай. Вот уже целое тысячелетие рассылаем в разные стороны свои патрули, разыскивая человека, которого пообещала нам Прародительница. Да, я знаю, многие уже начинают терять терпение и веру, сомневаясь в том, что потомок Истонии когда-либо появится. Но ты здесь, Агата, и мое сердце наполняется ликованием!»

На его месте я бы не спешила радоваться, но Шарен все-таки радовался. Я чувствовала, как его переполняет волнительное ожидание. А еще я видела, как он поглядывает на Сайрен, довольный и гордый тем, что обещанный потомок Прародительницы появился рядом с его Гнездом…

«С нашим Гнездом», — тут же поправил он себя, и мне показалось, что Сайрен мысленно ему улыбнулась.

«Но как вы обо всем этом помните? — поинтересовалась я, потому что уже знала, что драконий век едва ли длиннее человеческого. — Неужели у вас есть… книги?»

Я слабо представляла, как по-другому можно пронести мудрость Святой Истонии через века. Та же Сайрен видела костер, зажженный человеком, в первый раз, но при этом она заявляла, что помнит… Еще меньше я представляла драконов, листавших старые книги.

Как такое возможно?

И Шарен объяснил.

«Книг у нас нет, но мы в совершенстве владеем ментальной магией. Это еще один дар нашей Прародительницы. Именно магия дает нам возможность передавать из поколения в поколение наши воспоминания. Пусть те, кто все видел своими глазами, уже тысячелетие как мертвы, но мы мало что утратили из памяти предков. У нас есть Хранители, в каждом из Гнезд. Они учат новое поколение, передавая свои воспоминания, которые получили от таких же Хранителей».

«Ах вот как!» — отозвалась я.

«Мы все еще помним огромные города, высокие горы и глубокие моря нашей настоящей родины. Помним, что когда-то у нас были руки — такие же, как у тебя. Мы жили в домах, спали на кроватях и ели из тарелок. Мы умели писать и читать, и магия у нас была совсем другая — совместная, драконья и людская. О, мы помним те времена и скучаем по иной жизни и своей второй ипостаси!»

«Но как же нам быть? — выдохнула я. — Вы возлагаете на меня такие надежды!.. — Они возлагали, я это чувствовала, одновременно поддерживая два контакта — и с ним, и с Сайрен. — Но я появилась здесь случайно. Артефакт, который оставила людям Святая Истония, неожиданно заработал. Странное стечение обстоятельств, и я…»

Дальше они уже знали.

«Не было никакого странного стечения обстоятельств, — уверенно заявил Шарен. — Ты появилась здесь, потому что ты — потомок Истонии, и в тебе течет кровь Последней из Объединенных Драконов. И еще потому, что пришло наше время вернуться на родину, в свой родной мир. Ему уже ничего не угрожает, и мы тоже давно готовы».

«Но у Истонии не было детей!» — качнула я головой.

«У Нее был сын, — в беседу вмешалась Сайрен. — Она оставила в твоем мире свое дитя, и мы прекрасно это помним. Именно Ее сын — вернее, его потомки — это наша надежда на то, что однажды мы сможем вернуться. В тебе течет Ее кровь, Агата, иначе ты бы не смогла пройти через свою стену и очутиться в нашем мире!»

«К тому же кровь Прародительницы дает особую защиту, — добавил Шарен. — Магическое поле, схожее с драконьей магией, которой ты не обладаешь. Это родовая защита. Я ее чувствую и нисколько не сомневаюсь, что это знак того, что ты избрана».

Хотела ему возразить — о чем он вообще говорит? Какая родовая защита, о которой я понятия не имела и которую в нашем мире никто не обнаружил?

Неожиданно вспомнила об опаленной стреле, упавшей к моим ногам в лесу во время Королевской Охоты, а я так и не нашла того, кто меня спас.