Мастер паутины - Дмитрий Нелин

— Из какого ты мира? Ты знаешь код и символ своей спирали? Или он находится на повороте? Погоди, или он настолько древний, что находится на мосту? — паучиха осторожно двинулась ко мне.

Что она несет? Я вообще без понятия, где там мой мир находится.

— Солнечная система, планета Земля, — пробормотал я, — о, великая богиня, что я несу?

Конечно, паучиха не понимала меня. Как и я ее.

— Ты сожрешь меня? — спросил я, наблюдая, как она приближается все ближе.

— Нет. Тебе повезло, гость из паутины миров. Я не ем живых людей. Только их тени.

— Ты хотела сказать, уже умерших? — я покосился на тело толстяка, ставшее уже совсем прозрачным. Видимо паук решил ускорить процесс поедания.

— Я сказала то, что сказала. Тебе многого не понять. Ты слишком мало живешь. Твое сознание лишь яркая вспышка в бесконечной ночи. Маленькая, мгновенная.

— А почему ты не ешь живых людей? У тебя диета?

— Я отказалась от этого по личным убеждениям.

— Гуманистка?

— Я из тех, кто считает, что высшая форма жизни не должна питаться более простой, но тем не менее разумной. Правда, в моем мире разумность людей не была доказана, но это только потому что им не дали развиться. Но я знаю, что в других мирах великой паутины есть более развитые. Например, ты. Поэтому ты мне очень интересен.

А дальше все произошло настолько быстро, что я даже не успел среагировать. Паучиха набросилась на меня, и я даже не успел заорать, как оказался в воздухе. Мои ноги и руки, почти все тело оказалось в липкой белой паутине, а длинные лапы замотали меня настолько стремительно, что я и возразить не сумел. Еще через пару секунд меня осторожно взяли хелицерами и потащили к потолку, где я был повешен вниз головой.

— И зачем это было делать? — возмутился я.

— Я бы не хотела, чтобы ты убежал, гость.

— Ну отлично! Пойми, я не могу висеть здесь вечно! Однажды мое тело умрет!

— И ты станешь тенью, и тогда моя тень поглотит твою. Это нормально.

— Вот это я понимаю перспектива.

— Но ведь твое тело окажется выключенным. Оно будет продолжать спать годами, и за это время ты расскажешь мне про свой мир.

Вот оно что! Я теперь Шахерезадом заделаться должен? Ну нет! Так дело не пойдет.

— Я буду молчать, — с вызовом ответил я.

— А я буду ждать. Поверь, у нас очень много времени.

Паучиха замерла напротив меня.

— И долго ты так будешь смотреть на меня? — я поерзал уже через несколько минут, но выбраться из паутины было невозможно.

— Вечность. Не торопись, обдумай свои истории. Мне, правда, очень интересно узнать как вы живете.

Ну и ситуация. Никогда я не был в настолько идиотском положении. Я думал договориться с этой паучарой, наврать с три короба, но она уже знает о существовании гостей, поэтому и навалилась на меня. Сволочь мохнатая. И что теперь делать? Ловушка, выбраться из которой самостоятельно практически невозможно. Видимо, придется договариваться иначе.

— А как тебя зовут? — спросил я.

Паучиха удивленно застучала лапами по потолку, ну или мне так показалось.

— У меня нет имени. Я лишилась его по закону. У меня есть только прозвище.

— И какое оно?

— Та, что плетет звезды.

— Красивое, — усмехнулся я. Конечно, заигрывать с паучихой было бессмысленно. Она этого не понимает. Слишком уж мы разные.

— А твое не очень. Оно грубое и короткое. К тому же совершенно бессмысленное.

— Может быть. Послушай, та, что плетет звезды. Можно я буду просто звать тебя Плетунья?

— Мне без разницы. Это ничего не изменит.

— Ну и отлично. У меня есть предложение.

— Не надо ничего предлагать. Рассказывай о своем мире.

— Зачем рассказывать? — удивился я, — я могу показать тебе его!

Плетунья снова будто окаменела. Ее тень уже дохрумкала жиробаса и повисла рядом. Она неровно дрожала. От волнения что ли? Хм. Интересно. Вполне возможно, что именно тень отвечает за какие-то эмоции. Сама то Плетунья вообще не подает признаков жизни.

— Показать. Это исключено. Мы не сможем покинуть эту тюрьму.

— Сможем. У меня есть ключ! — я решил выложить свой главный козырь.

— Покажи, — настойчиво попросила паучиха.

— Так отпусти меня! У меня же руки связаны.

Паучиха стремительно провела кривым когтем одной лап по паутине, и я полетел вниз. Свобода! Дальше счет шел на секунды. Я упал на ноги, поднялся и бегом помчался к двери, уже заранее ища глазами скважину. Холодный ключ на моей груди заискрился. Да, он явно должен подойти. У меня все получится. А вот и скважина — круглая, широкая. Осталось только вставить ключ. И я был уже в полуметре от цели, как острые когти вцепились в мое плечо. Ну и силища. Меня резко рвануло вверх. Ключ со звоном упал на пол, а я оказался прижатым к двери. Я яростно схватился за лапу и попытался оторвать ее от себя, но в меня тут же вонзилась вторая, а перед лицом защелкали огромные хелицеры.

— Ты хотел сбежать.

— Неправда! — воскликнул я, — я просто хотел показать тебе как работает ключ.

— Правда, неправда, — Плетунья замолчала, видимо, переваривала полученную информацию.

— Тебе не покинуть это место без меня, — сказал я, — ты не сможешь воспользоваться ключом. Он не для твоих лап. Или ты умеешь превращаться в человека?

— В твоих словах есть здравое зерно. Ты хочешь предложить мне симбиоз? Ведь только так мы оба сможем уйти отсюда через эту дверь. Не так ли?

А она не дура. Ох, не дура. Умная сволочь. Вступить в симбиоз? Ну так себе идея, если честно. Эта скотина гораздо сильней меня. Она запросто сможет подмять мое сознание, раздавить его и захватить мое тело. С другой стороны — а нужно ли ей это?

— Это очень интимный вопрос, — сказал я, — нам нужно все обсудить и тщательно взвесить. Я не хочу, чтобы ты владела моим телом.

— А я и не собиралась. Я наблюдатель. Безмолвный. Я просто буду смотреть на все, что ты делаешь. Увижу ваш мир.

— Ага, а потом тебе захочется…

— Не захочется. Пусть люди мне и интересны, я не хочу быть одним из них, к тому же мужского рода. Вот если бы ты был женщиной…

— Ну уж нет. А что я получу взамен?

— Да ты наглец. Неужели тебе мало того, что ты покинешь это место?

— Так и ты покинешь. И будешь любоваться достопримечательностями других миров. Я знаю, что симбионты получают доступ к силе друг друга. У меня, как понимаешь, ее немного, зато у тебя…

— И не думай.

— Ну так дело не пойдет. Я бы хотел овладеть искусством ментального подавления, например.