Первый фронт - Владимир Поселягин

— Аль, ты не знаешь? Стройную блондинку с шикарной внешностью как правильно написать? С шикарной формой тела или с великолепной фигурой? А?

— Ты написал или нет?! — наконец не выдержала она.

— Да написал, написал. Только учти, то, что на третьей странице — это только прикидка, точно я потом напишу. А две первые — это все то, что мне нужно в первую очередь.

Аля быстро пробежала взглядом по написанному, споткнувшись в паре мест.

— Что такое гидромассаж? У тебя тут написано под пунктом пятьдесят девять: «Душевая кабина с гидромассажем»?

— Водой массирует тело, это если проще.

— Буржуи, — буркнула девушка, продолжив чтение.

Несколько раз прочитав какое-то место, она, удивленно приподняв брови и с трудом скрывая смех, вслух зачитала:

— Пункт двадцать шестой: десять пар мужских носков. Пункт двадцать седьмой: автомашину УАЗ «хантер» черный, одну штуку. Пункт двадцать восемь: электробритву «Филипс» на батарейках, одну штуку.

Несколько секунд посидев под ее насмешливым взглядом, я смущенно сказал:

— Как вспомнил, так и написал.

— Я передам этот список по инстанциям, там решат, что именно и где закупать, — закончив читать, сказала Аля.

Через десять минут у меня была назначена встреча со Сталиным, из-за чего сорвались полеты в поисках других Аномалий, и сейчас мы шли к приемной.

— А это еще кто такие? — удивленно спросил у девушки, глядя на пятерых мужчин в приемной. Вопрос был вполне закономерный, так как двоих я знал. Вернее, видел их на экране. Это были известные журналисты, гончие за сенсациями, остальные сто процентов были операторами.

— Ой-е-е-ей, — только и сказал я, потирая ошарашенно затылок, не дожидаясь ответа от девушки, поскольку понял, зачем они тут оказались: — Ну Сталин! Ну голова!

— А кто это? — с интересом спросила у меня Аля.

Пришлось быстро объяснять и озвучивать свои догадки.

— Рано, — нахмурившись, сказала девушка, что заставило меня удивленно поднять брови: — По плану это должно было произойти через две недели.

— Значит, что-то изменилось.

— Большие изменения, скорее всего, — согласилась она.

— Только не понимаю, что я-то тут делаю? Неужто он хочет представить меня им? Это же глупость! Если он это сделает, я его сразу уважать перестану.

— Наверное, что-то изменилось и нас не известили, — задумчиво ответила Аля.

— Вон Поскребышев к нам идет, сейчас узнаем.

— Извините, товарищи, но встреча с Иосифом Виссарионовичем переносится на завтра.

С пониманием переглянувшись, мы с Алевтиной покинули приемную и направились к выходу, у нас еще были неотложные дела.

Окрестности Санкт-Петербурга.

Дача генерал-лейтенанта ГРУ Шевелева Ивана Андреевича.

Шестнадцатое июня по времени СССР, восемнадцатое июня по времени РФ.

Час дня

— Хар-раш-ша банька! — с восторгом прорычал генерал Булдаков, вытирая полотенцем голову.

— А то! Сам рубил! — похвастался хозяин.

Несколько секунд Булдаков недоуменно рассматривал сруб, каждое бревно которого было в полный охват обеих рук. Через несколько секунд тишину разорвал двойной смех.

— Да я серьезно! С сыном и обоими зятьями ставил. Все лето провозился, — признался Шевелев, с удовольствием глядя на качественно сделанную баню.

— В наше время генералы тяжелее ручки и х…я ничего не поднимают, — фыркнул Булдаков.

— Это мнение общественности. И оно, кстати, не так уж и не право, у меня мой же подчиненный генерал Хватов себе знаешь какую дачу отгрохал с помощью солдат ближайшей части? Так еще, гад, и меня пригласил на новоселье.

— А ты?

— А я не поехал… Противно!

Несколько минут генералы просидели в беседке молча, каждый обдумывал свои мысли.

— Знаешь, зачем я к тебе приехал? — наконец спросил Булдаков с некоторым сомнением в голосе.

— Как скажешь, так и узнаю, — ответил хозяин, поставив стакан с пивом на стол и беря с тарелки тараньку.

— Правильный ты. Думаешь, я не знаю, почему тебя потихоньку пытаются выдавить с должности? Правильный, а таких мало осталось.

— Ты да я да мы с тобой, — с грустной улыбкой ответил хозяин.

— Да есть нормальные генералы, но таких мало осталось, мало.

Шевелев уже понял, что разговор будет серьезным, и поэтому, отставив стакан в сторону, настороженно взглянул на гостя.

— Ухожу я, Ваня, — сказал Булдаков, серьезно посмотрев на хозяина.

— Что, прижали? Может, помочь чем? У меня знаешь, какие спецы есть?

— Да нет, ты не так понял. На работе проблемы, конечно, есть, но я о другом. На меня вышел мой хороший знакомый и рассказал, что один ученый сделал машину времени. Однако машина действует только в одном режиме, на другое время не работает.

— Так ты что, Серег, серьезно?

— Ваня, я был ТАМ и разговаривал с представителями этого времени. Понимаешь? Был! — наклонившись к хозяину, твердо сказал Булдаков.

Откинувшись на спинку плетенного из тростника кресла, Шевелев задумчиво посмотрел на гостя, лихорадочно обдумывая, что тот только что сказал.

Видя, что хозяин задумался, и понимая, какая буря сейчас бушует в душе Шевелева, Булдаков добавил:

— Там сейчас сорок первый, до начала войны осталось шесть дней. И я ухожу, Ваня. Там я нужен! Ты понимаешь меня? Нужен!!!

— Сталин, значит!

— Сталин. Но я разговаривал с Берией, там нужны специалисты моего уровня. Я сразу получаю должность замкомфронта. Советником буду. Ты понимаешь, какие возможности открываются? Не будет того разгрома у границ, не будет страшного сорок первого. Все будет по-другому.

— Серега… — начал было Шевелев, но его оборвал окрик жены от двери дачи:

— Ребята, обед готов, идите кушать! Или вы в беседке будете?

— Давай сюда, Катенька, — тепло улыбнувшись, ответил Шевелев.

Для продолжения разговора пришлось сначала отобедать в компании жены хозяина — Катерины Олеговны.

Шевелев с трудом дождался, когда весело щебечущая жена уберет со стола, и спросил:

— Рассказывай! Все рассказывай!

В двух километрах от дачи генерала Шевелева.

Это же время

— Ну наконец-то эта коза отвалила, — с некоторым облегчением сказал майор ФСБ Горкин.

— Да уж, я тоже извелся, пока они обедали, ждал, когда разговор продолжится, — признался капитан Аверин, сидящий у следящей аппаратуры.