Путь Крови - Михаил Павлович Игнатов

Коротким кивком Креод дал понять, что понял меня.

Усиленный слух идара донёс до меня и шепотки, которые прокатились по солдатам, по большей части по новичкам, те, что были собраны Креодом, давно знали, что нельзя зря распускать язык.

Креод, который был к солдатам вплотную, услышал их тем более, но я опередил его рык:

— Да, всё верно, вы должны будете принять зелье, которое стали называть не иначе, как зелье Безумной ярости Эскары и безумие действительно может упасть на вас. Но это приказ. Выбирая между силой, которую даст вам зелье и безумием, которое может пройти мимо, я выберу ваши жизни, которые спасёт это зелье. Гаэкуджа Креод, раздайте Ярость, назначьте метателей реольского огня и выступаем, время не терпит.

— Слушаюсь, господин.

Глава 25

Двое Кровавых, что замерли в ветвях деревьев, медленно шевельнулись, разворачиваясь. Мгновение, и они рухнули вниз, одним движением обнажая мечи.

* * *

Возле Ариоса соткалась тень, через два удара сердца он доложил мне:

— Началось, господин, дозорные принцессы прошли засаду, не заметив её, и их уничтожили в отдалении.

Я кивнул и пригнулся к шее грауха.

— Вперёд! Хать! Хать!

Плевать на правильный темп скачки и здоровье лошадей. Остаток пути они выдержат даже галопом, а после… После у нас либо не будет недостатка в лошадях, либо их отсутствие станет меньшей из наших проблем.

* * *

Карету тряхнуло на колдобине, но принцесса Леве привычно упёрлась свободной рукой в стенку, не отрываясь от чтения прошения. Ритуалы, в которых тратилась кровь не только жертв, но и её собственная, выматывали и отнимали всё время. Только в пути можно было чуть отдохнуть и заняться делами, обычными делами. Пусть она всего лишь дочь, но Леве никогда не желала быть лишь красивой разменной монетой в браке, который должен в будущем укрепить один из Домов королевства и сам королевский род.

Принцесса Леве дочитала, презрительно наморщила носик. Очередной самовлюблённый глупец, который думает, что королевский род выделит ему денег лишь за умение многозначительно запутывать простые вещи и марать бумагу своими глупыми комплиментами. Кем он её считает?

Отказать и запретить канцелярии принимать от него новые прошения.

Карету затопил алый свет, а через миг жахнуло, ударяя и опрокидывая.

* * *

— Напали, господин, использовали реольский огонь с двух сторон. Заперли отряд принцессы в огненной ловушке.

* * *

Леве извернулась, спихнула с себя ящик с письменными принадлежностями и книгами.

В тот же миг снаружи донёсся знакомый голос:

— Госпожа! Прочь от дна, немедленно!

Леве без раздумий перекатилась в сторону, не обращая внимания на осколки стекла, впившиеся в плечи.

Дно кареты и сидение, на котором она совсем недавно с удобством восседала, вспорол меч. Раз, другой, третий, вырезая дыру.

Через мгновение в эту дыру заглянул Истий, ухватил Леве за руку и рванул:

— Нападение, уходим, госпожа!

Едва Леве оказалась снаружи, как рядом, растопырив пальцы, замер адепт охраны из новеньких, прикрывая её большим полупрозрачным щитом.

Дорога пылала, свистели стрелы, кричали в ярости битвы и смерти люди.

— Уходим, уходим, госпожа, их слишком много!

Леве рванули за руку, и она, чуть пригнувшись от свистящей над головой смерти, послушно побежала вслед за Истием.

* * *

— Лига до места, господин. Они не собираются убивать принцессу, а пытаются захватить её невредимой.

Я мотнул головой, показывая, что понял. Особо не покиваешь, прижимаясь к шее скачущего грауха, пусть даже он несётся не в полную силу.

Отличная новость. Это уже легче. Одно дело знать, что опаздываешь к месту, где убивают принцессу, другое дело мчаться туда, где её всего лишь похищают.

В первом случае есть риск опоздать, во втором случае риска опоздать нет, остаётся лишь риск остаться одним против всё ещё сильного врага.

* * *

Истий вдруг прыгнул в сторону, вскинул меч, отправляя влево Ветер Клинков, который буквально перемешал кусты и спрятавшихся там врагов, через миг взорвался проклятьями:

— Ублюдки! Твари! Мерзавцы!

Леве испугалась:

— Истий! Что такое? Ты ранен?

— Нет, госпожа, не ранен. Я… Я в ярости. Они надели одежды Скеро.

Кто-то поддержал Истия:

— Ублюдки!

Леве выдохнула:

— Не трать силы на пустую ярость.

Истий стиснул зубы, но уже через миг резко кивнул:

— Вы правы, госпожа, вы правы, — обернулся, рявкнул приказ через плечо. — Левее! И быстрей, быстрей, безногие! Они берут нас в кольцо!

Кричал Истий не ей, но принцесса Леве, которая была слабейшей в кругу телохранителей, стиснула зубы и рванула подол платья, которое так мешало.

* * *

— Гонят принцессу. Очевидно, впереди ловушка. Господин, что нам делать, искать Кровавых или помогать в схватке?

Я выпрямился в седле. Уже даже не было нужды прислушиваться — шум схватки уже отлично слышен даже простолюдинам.

— Помогать. Кровавые сами найдутся.

Вскинул руку:

— Принять Ярость Эскары! Впереди предатели Скеро! Смерть им!

Креод рявкнул:

— Тройки, слушай приказ. Первая налево, вторая прямо, третья направо, четвёртая…

Ограк скользнул сбоку, обгоняя грауха, в полёте умудрился поклониться и сообщить:

— Мы начинаем, господин.

Креод, закончив раздавать приказы, снова рявкнул, не жалея горла:

— Смерть предателям!

Два десятка глоток повторили:

— Смерть предателям!

* * *

Четыре тени, неподвижно стоявшие на дороге, едва услышали этот крик, ринулись в стороны. Влево две и вправо две. Через миг с деревьев рухнули два мертвеца, всё ещё сжимая в руках огненные шары. Тени же помчались дальше, к схватке, присоединяясь к ней во славу господина и Ребела.

Через несколько мгновений их стало уже восемь, затем шестнадцать, а затем они невидимой смертью прошлись по кустам вдоль дороги, выкашивая лучников и метателей огня.

* * *

Первый наш удар был страшен. Предатели слишком уж понадеялись на дозоры, слишком уж увлеклись схваткой. Настолько сильно, что даже прозевали приближающийся топот двух с лишним десятков лошадей, беззаботно подставив нам спины.

Первым ударил Илиот.

Следом Омер.

Затем вперёд улетели шары огня.

Два десятка предателей из Осколков умерли в одно мгновение.

Через миг я спрыгнул с грауха и сложил печать ускорения, следом сделал первый шаг.

Порывом ветра сдуть огонь, перепрыгнуть завал из рухнувших и горящих деревьев, хлестнуть воздушной плетью влево, срубая голову ошарашенному солдату, явно из предателей. К тому, что прыгнул на меня справа, метнулось сразу пять теней. Он обмяк, рука его с мечом бессильно упала, а ноги подогнулись, всё, что, мне оставалось, это сделать короткий шаг в сторону, уходя с пути падающего мертвеца.

Из-за горящей повозки в меня ударил жидкий Ветер клинков, я принял