В сердце роза - Алекс Гарридо

В библиотеке он передал девочку в руки одного из лазутчиков, другой уже освободил от петли ее брата и сматывал аркан.

Вбежал Сиуджин.

— Боюсь, тебе все же придется уехать, — улыбнулся Акамие. — Хорошо, если мне удастся снабдить тебя припасами в дорогу. Ох-хо…

— Ни в коем случае!

— Погоди. А где Хойре?

— Разве он не здесь?

Акамие покачал головой.

— Повелитель, — окликнул его один из ашананшеди. — Что ты нам прикажешь?

— А что тут можно сделать? — улыбнулся Акамие. — Уходите. Сделайте для меня последнее — возьмите с собой Сиуджина. И этих детей. Я больше не царь в Хайре. Если кто-нибудь из вас решится — убейте меня. Когда они придут сюда, зачем мне быть живым?

— Я останусь! — воскликнул Сю-юн. — Если ты не позволишь мне защищать тебя, позволь умереть с тобой.

— И я останусь! — подбежал к ним мальчик из Ассаниды. — Пусть они заберут сестру, а я останусь. Я владею мечом! Я могу защитить тебя!

— Как тебя зовут? — улыбнулся и ему Акамие.

— Гури. А сестру — Нисо.

— Ты пойдешь с ними, Гури. И ты, Сиуджин. Мне не нужны провожатые на ту сторону мира. Сам как-нибудь.

Ашананшеди, терпеливо дожидавшийся конца их спора, сказал тогда:

— Мы не оставим тебя. И ты нанес нам обиду, так подумав. Желаешь ли ты закрыться здесь, в библиотеке, или выберешь другое, более подходящее место? Никто не войдет к тебе, пока хоть один из нас жив. Поверь, повелитель, это — долго. Тебе понадобятся припасы: пища, вода. Тебе, и всем, кто захочет остаться с тобой.

— Те, кто придут сюда — мои подданные, а я был им плохим царем. Джуддатара лучше меня годится для этого. Пусть будет так. Я не хочу, чтобы это место стало местом смерти. Несколько дней моей жизни того не стоят. Не будем тянуть. Уходите. Скорее. Сиуджина и детей трудно будет вывести незаметно.

Ашананшеди принялись тихонько пересвистываться и делать друг другу быстрые знаки руками. Акамие огляделся — как же их было много здесь! И все новые входили в дверь, впрыгивали в окна. Неужели вся сотня собралась? Нет, кто-то должен наблюдать снаружи. А так, пожалуй, около сотни будет. И все погибнут здесь, защищая его. И каждый положит, самое малое, сотню хайардов. Для того лишь, чтобы оттянуть неизбежное.

Нет. Пусть только помогут мне — и уходят, решил Акамие и тихо попросил ашананшеди, того, который с ним говорил:

— Сделайте, что я сказал, и уходите. Эти, — он кивнул на Сиуджина и Гури, — спорить тогда не станут, им ничего не останется, как идти с вами. Сделай это сейчас. Ну же! Я сам не могу, ты знаешь. Не медли. Пока я не боюсь. Давай.

— Повелитель! — Хойре вбежал в библиотеку, расталкивая лазутчиков. За руку он тащил упирающуюся девушку. — Повелитель, тебе надо спасаться, но вот — твоя невеста. Что здесь случится, когда ты уйдешь? Да не причинят ей обиды. Возьми ее с собой.

Все уставились на евнуха, на девушку, вырывавшуюся и тихо причитавшую по-аттански.

— А я-то обрадовался, что жениться не придется… — кривя губы протянул Акамие и расхохотался. И так этот хохот был похож на тот, недавний, когда в ан-Эриди померещился царю сам Сирин, что Хойре выпустил девушку и сделал шаг к царю, и сказал:

— Прости, повелитель, но вот как делают на ночной половине, — и тут же ударил царя ладонью по лицу, несильно, но хлестко, раз и другой.

— Спасибо, — пробормотал Акамие, отдышавшись. — Да я больше и не повелитель. Но куда же я твою невесту возьму, я сам не знаю, куда мне теперь, даже если мы придумаем, как нам выйти отсюда. Видишь, сколько нас уже собралось? И как нам взять коней из конюшни и припасы из кладовых?

— Об этом не беспокойся, повелитель! — заулыбался Хойре.