Бастарды - Эльхан Аскеров

Плюхнувшись на лавку и глотнув вина, юноша вытер ладонью лоб и вздохнул:

– Слушай, дружище, что это было? Я чуть не начал отбиваться от них кулаками.

– Не волнуйтесь, хозяин, это простое женское любопытство. Все не так страшно, если знаешь, как с этим бороться.

– Ну и как?

– Нужно просто переключить их внимание на более насущные вещи, и все.

– Думаешь, это так просто закончится?

– Конечно нет. Теперь они начнут доставать вас поодиночке.

– И что мне делать?

– Берите свою девочку, ну ту, с которой вы так мило беседовали, и поднимайтесь в комнату. Заприте дверь и не выходите до утра. Откроете только на мой голос. Утром они все узнают на площади. А вот, кстати, и она. Ну вперед, хозяин.

– Слушай, я ведь даже не представляю, что мне с ней делать.

– Главное, не бейте, а об остальном она позаботится сама. Просто позвольте ей делать все самой, и все будет в порядке.

– Думаешь? – растерянно спросил Ал-Тор.

– Я знаю. – Усмехнулся Такеши.

Тяжело вздохнув, Ал-Тор поднялся и направился к своей новой подружке. Подхватив его под локоть, девушка тут же принялась щебетать что-то совершенно бестолковое, но успокаивающее, и уверенно повела юношу к себе в комнату под внимательными взглядами Такеши и Санчи.

Легкий стук, скорее напоминавший царапанье, вытолкнул Такеши из страны снов в одно мгновение. Осторожно, чтобы не разбудить спавшую рядом девушку, островитянин соскользнул с кровати и бесшумно проскользнув к дверям, откинул щеколду. За дверью оказался Топ-Гар, уже полностью одетый и готовый к действию. Молча кивнув сотнику, Такеши прикрыл дверь и принялся быстро одеваться.

Спустившись во двор, телохранитель, недолго думая, сунул голову в ведро с водой и, окончательно проснувшись, затем быстро осмотрелся. Убедившись, что часовые на местах, а во дворе и в доме все в порядке, он вернулся в общий зал и, прихватив с тарелки кусок вчерашнего мяса и лепешку, отправился будить Ал-Тора.

Юноша открыл дверь раньше, чем Такеши успел постучать, и, приложив палец к губам, выскользнул в коридор. Сделав телохранителю знак соблюдать тишину, юноша бесшумно спустился во двор и, не задумываясь, повторил действия самого Такеши, сунув голову в то же ведро.

Откинув мокрые волосы и весело фыркнув, Ал-Тор посмотрел на неподвижно замершего телохранителя и усмехнулся:

– Даже не спрашивай. Не знаю, как ей, а мне понравилось.

– Да я не об этом. – Отмахнулся Такеши.

– А о чем?

– Когда вы встали, хозяин? Такое впечатление, что вы и не ложились. И потом, я ведь просил открывать только на мой голос.

– Не волнуйся. Ходишь ты бесшумно, это бесспорно, но вот одежда твоя шуршит совершенно особенно. Я давно это заметил. Такой звук только от шелка. А разбудил меня Топ-Гар, когда пришел за тобой.

– Ну и слух у вас, хозяин. – Удивленно покрутил головой Такеши.

– Брось, у тебя такой же. – Отмахнулся юноша и, развернувшись, направился в дом.

Увидев сотника, Ал-Тор жестом пригласил его присоединиться к завтраку и с удовольствием впился зубами в медовую лепешку. Некоторое время в зале раздавался только звук жующих челюстей и бульканье вина в кружках. Наконец, воины отодвинули тарелки и над столом раздался одновременный удовлетворенный вздох сытых людей.

– Итак, мастер, чем займемся? – спросил Топ-Гар, ковыряясь в зубах кончиком кинжала.

– Покончим с распродажей наших товаров, закупим то, что нужно нам, и начнем грузить все здесь.

– А как быть с пленными?

– Ими займемся в последний день. Когда все будет готово к отъезду, а пока пускай посидят в подвале. Подумают.

– Ожидание наказания страшнее самого наказания. – Усмехнулся Такеши.

– Верно, дружище. Вот пускай и потомятся в неизвестности. – Усмехнулся в ответ Ал-Тор.

– А вы чем собираетесь заниматься, хозяин?

– Хочу сходить в оружейные ряды. Поброжу, посмотрю, может наткнусь на что-нибудь интересное.

– Да что здесь может найтись интересного, в этом захолустье? – отмахнулся Топ-Гар.

– Кто знает, старина? Иногда в кузнечных рядах и оружейных лавках можно найти очень интересные вещи, – ответил Ал-Тор, поднимаясь из-за стола.

– Надеюсь, вы не собираетесь идти один? – быстро спросил сотник.

– Да куда ж я от него денусь? – усмехнулся Ал-Тор, указывая на Такеши, молча закинувшего на плечо нагинату и уже стоящего у двери.

– Этого мало, – заявил сотник тоном, не терпящим возражений.

– Ты издеваешься надо мной? – удивился Ал-Тор.

– Ни в коем случае, но с вами пойдут еще трое.

– Да зачем? Я, что, сам себя защитить не в состоянии?

– Вы-то в состоянии, но кто защитит этот городишко от вас?

– Совсем спятил, – огорченно констатировал Ал-Тор. – Выходит, я иду на базар, чтобы устроить резню?

– Нет.

– Тогда я вообще ни иблиса не понимаю! – разозлился Ал-Тор.

– Вот об этом я и говорю, – тут же ответил сотник, – вы слишком быстро стали впадать в ярость. А когда вы в ярости, спаси боги этот несчастный город и его окрестности.

– Да брось ты, старина. Неужели я действительно такой монстр?

– Нет, мастер. Пока вы спокойны, вы чудесный человек, но стоит вам разозлиться, как вы перестаете отдавать себе отчет в своих действиях. Любая, самая маленькая несправедливость приводит вас в бешеную ярость. А это уже опасно.

Достаточно вспомнить ночную стычку. Мы бы прекрасно справились и сами, но вы вломились в бой, как кушитский носорог, и бой превратился в бойню. Самое опасное, что вы заражаете своей яростью всех окружающих. Ночью я слышал, как старики удивлялись сами себе, после того как разнесли в клочья всю сотню. Простите, мастер, но я должен был рассказать вам.

– Все в порядке, старина. Ты все правильно сделал, – задумчиво ответил Ал-Тор и вышел из зала.

Трое гвардейцев, повинуясь молчаливому жесту сотника, тут же вышли следом за ним и, пристроившись на расстоянии двух шагов, зашагали в ногу со своим мастером.

Ал-Тор молча шагал по начинающему просыпаться городу, уперев невидящий взгляд в спину идущего впереди Такеши и пытаясь осознать все услышанное. В голове юноши крутились одни и те же мысли.

Как это могло случиться? Когда он успел превратиться в монстра, которого боятся даже те, кого он поклялся защищать? Что он сделал не так, когда бросился в бой, стараясь оттянуть на себя основную массу противников, чтобы спасти жизни своих ветеранов?

Словно в ответ на его мысли, в голове юноши прозвучал ответ:

– Ты так и не понял, что они не нуждаются в твоей защите. Смерть в бою, лучшее, чем может закончиться жизненный путь воина.