Быть ведьмой - Наталья Щерба

– Много ты понимаешь в любви, – огрызнулся чертик. – Если тебе не везло с женщинами, то исключительно из-за того, что ты выбираешь себе одних стерв. Ну кроме мамы, конечно… Маму ты любил, хотя и погубил своим отношением.

Вордак потемнел лицом и сделал шаг к сыну, словно бы нависнув над его креслом. Но чертик не испугался: смотрел спокойно и даже с любопытством.

– Мне кажется, я давно тебя не наказывал, – произнес Вордак свистящим шепотом, – ты слишком разбалован и много дерзишь. Думаю, придется серьезно тобой заняться.

– И что? – насмешливо произнес чертик. – Ты запрешь меня в Башне? Напугал.

– Неделю под домашним арестом, – глухо произнес старший Вордак. – До дня твоего двадцатилетия. И от более серьезного наказания тебя спасает лишь этот факт. Я распоряжусь, чтобы тебе раз в день приносили еду.

– Если тебе от этого легче, пожалуйста, – Лешка равнодушно пожал плечами.

Отец пытливо оглядел сына.

– И когда ты вырос? – неожиданно удивился он. – Еще недавно в компьютерные игры играл, а теперь свои взгляды на жизнь, свои дела, любовь…

Лешка закатил глаза и вздохнул.

– Папа, я никогда не любил компьютерные игры. – Он усмехнулся. – Мне больше по нраву настоящие приключения.

– В любом случае ты больше всех виноват, что она сбежала. – Вордак многозначительно взглянул на сына. – Ты как последний дурак отдал ей браслет и не воспользовался тем, что она сама предлагала тебе – забрать мощнейший символ колдовской власти… Но как ты мог! – Старший Вордак с сожалением прищелкнул языком. – Вместо того чтобы поить девчонку малефикарумом, добровольно надел ей на голову Венец… Если бы не это, она не смогла бы провернуть такие сильные иллюзии! – Вордак вдруг как-то шумно выдохнул и отвел глаза.

Лешка тоже отвернулся, пряча улыбку. Ну ясно, отец еще долго будет переживать, что его заставили принять собственного сына за напольные часы. А также на несколько минут забыть, кто он вообще сам есть такой. О да, отец будет долго это помнить…

– Должен признаться, – произнес старший Вордак спустя некоторое время, – что она довольно ловко околдовала тебя… Впрочем, иллюзорные чары ей действительно удаются. Возможно, именно поэтому она так вскружила тебе голову.

Лешка нахмурился:

– Пап, я хочу отдохнуть, если можно… тем более если ты не шутил насчет ареста. Мне надо подумать, как убежать.

Старший Вордак шутки не принял.

– И не надейся на это. Я теперь буду тебя хорошо контролировать – никаких поблажек. Но все же подумай… я очень тебя прошу. Где может находиться госпожа Окрайчик. Она называла какое-нибудь место, а? Сынок, это очень серьезно. Будет очень неприятно, если она что-то надумает с Венцом.

– Поздно, Мстислав.

Вордак, заслышав этот мягкий, хрипловатый голос, медленно развернулся.

– Как вы проникли? – Лешка неприязненно оглядел высокую фигуру гостя. – Отец, что он здесь делает?!

– Я разрешил, если сведения будут важные. – Вордак остро глянул на сына. – У нас теперь, как ты понимаешь, есть общее дело.

– Я не хочу видеть его здесь. – Лешка ненавидяще взглянул на пришедшего.

– Извиняюсь, что ввалился без особых церемоний, – холодно произнес Лютогор. – Но новости, как я полагаю, могут вас заинтересовать… Полчаса назад девчонка утопила Венец в озере.

– В Несамовитом?! – изумился Вордак. – Но зачем?

– Утопила в озере, – повторил Лютогор, – не забыв при этом произнесли клятву дарения.

– Где Таня? – тут же вскочил побледневший Лешка.

Но Лютогор не удостоил его ответом.

– Надеюсь, это известие тебя печалит так же, как и меня… – обратился он к старшему. – Поэтому хочу предложить свою помощь в поисках этой девушки. Вместе мы быстро ее найдем.

– Так она убежала? – задумчиво резюмировал Вордак.

– Нырнула в озеро, – подтвердил Лютогор, – сразу за Венцом. Следует разыскать ее и допросить. Может, она знает способ, как достать Венец из черной воды. Конечно, она могла утонуть, но не думаю, что все повернулось так хорошо…

– Ты же прекрасно знаешь, что невозможно достать из черной воды Несамовите два раза одну и ту же вещь. Поэтому Марьяна – последняя из ведьм – хранительниц Венца, и спрятала его именно в этом месте.

– Спрятала?! – вдруг прошипел Лютогор. – Спрятала и передала право хранения глупой простушке! Которая, в конце концов, ради спасения собственной шкуры загубила Карпатский Венец! Самую могущественную вещь, единственный символ власти, способный объединить Цивиллов и Диких?

– Никогда Венец не объединит нас вместе, – тут же возразил Вордак. – Этот символ способен лишь возвысить одного над другим… Единственную корону не могут носить две головы одновременно.

– Все равно глупо вновь потерять Венец! – Лютогор упрямо мотнул головой. – Предыдущая ведьма-хранительница перепрятала Венец, и мы плутали по ее следу двадцать лет! Теперь же, когда Венец вновь утерян, я не собираюсь ждать столько времени. Девчонка должна ответить за свою глупость. Ты со мной или нет – вот что я хочу спросить?

– Если ты не возражаешь, Лютогор, переместимся ко мне. – Вордак сделал приглашающий жест. – В гостиную. Дело к ночи, хороший бокал вина не помешает…

Лютогор нервно кивнул и тут же исчез.

– Мне пора. Надеюсь, – Вордак порывисто обернулся к сыну, – ты осмыслишь всю важность происходящего. Ей грозит опасность, большая опасность.

– Я знаю.

– Для нее же будет лучше, если первым найду ее я, а не Лютогор. Ты же понимаешь, что она натворила? И кто ее надоумил? – Вордак в задумчивости пошевелил губами. – Неужели прабабка оставила ей какие-то указания? Кроме месторасположения Венца… Как жаль, что сие невозможно узнать.

– Да какая разница. – Лешка безразлично пожал плечами. – На мой взгляд, хорошо, что Венец теперь принадлежит озеру, которое, конечно, не сможет надеть кому-либо корону на голову.

– Не сможет, достать Венец теперь никто не в силах. – Вордак вздохнул. – Несамовите никогда не отдает вещь два раза… И об этом Таня не могла знать. Скажи мне, Алексей…

– Об этом я тоже не знал, – смерив отца снисходительным взглядом, произнес Лешка. – Я бы хотел, чтобы Карпатский Венец принадлежал тебе, даже несмотря на то что разразилась бы война… если бы точно знал, что ты не убьешь Таню, чтобы владеть им безраздельно. Так что, я считаю, даже лучше, что Венец пропал навеки.

– Если я найду ее сейчас – клянусь, не причиню этой хитрой миловидной особе ни малейшего вреда, – пообещал Вордак, не преминув зловеще ухмыльнуться, – но под стражу, уж прости, поместить ее обязан. Ну и допросить по форме… Но вот если, пока мы здесь с тобой болтаем, первым до нее доберется Лютогор… Твоя пассия получит свое с лихвой. За все свои глупости и бездумные проделки.