Тяжело в учении - Елена Тебнёва

Срочно нужен был совет. И я знала, от кого можно его получить.

Бал закончился где-то около двух ночи, но и тогда на дворец так и не снизошла умиротворяющая тишина: тут и там хлопали двери, на каменных лестницах раздавалось эхо шагов, слышались голоса и взрывы смеха. Особенно шумно было в отведенном под гостевые покои крыле, и прокрасться туда незамеченной не получилось бы. Разве что с помощью отвода глаз, но, во-первых, вокруг шастало слишком много чародеев, а во-вторых — в моем исполнении это простенькое, в сущности, заклинание было непредсказуемым и могло развеяться в самый неподходящий момент. Потайные коридоры отпадали по той же причине — кто знает, на кого можно нарваться на выходе? Пришлось искать другое решение. Что примечательно, я его нашла. И пусть оно не отличалось особым умом, зато некая доля оригинальности в нем, несомненно, присутствовала.

Кутаясь в огромный пуховый платок и судорожно вцепившись в метлу, я медленно летела вдоль стен дворца на уровне пятого этажа, мешая заклинание концентрации с ругательствами и надеясь, что никакому умнику не придет в голову светлая мысль высунуться из окна именно в тот момент, когда мимо будет величаво проплывать замерзшее и даже немного обледеневшее нечто… А вокруг кружил снег, норовя залепить глаза и ухудшить и без того паршивое настроение. Если такая погодка продержится еще дня три-четыре, то даже на крышу можно будет забраться без всяких вспомогательных средств вроде той же метлы, просто карабкаясь по наметенным сугробам…

Несмотря на то что я замерзла и была зла, а может, как раз благодаря последнему, я не поленилась остановиться возле одного окошка и потратила несколько драгоценных минут на художественную лепку из снега. Получилось красиво и эффектно, думаю, обитателю комнаты должно понравиться. С утречка — самое оно, чтобы взбодриться!

Дальше я пробиралась уже куда более довольная. Ничего, где наша не пропадала, в конце-то концов?!

В нужной комнате одиноко мерцала свеча. В приоткрытое окно задувал ветерок; он легко колыхал отдернутые шторы и пытался потушить дрожащее пламя. Подцепив заиндевевшими пальцами краешек створки, я кое-как распахнула ее и встала на подоконник, с трудом распрямив затекшие ноги. И едва кубарем не скатилась на пол, запутавшись в платке. Шипя, выбралась из своеобразной одежки, прикрыла окно и неодобрительно уставилась на безмятежно почивающего на широкой кровати человека, который не обращал внимания ни на шум, ни на холод. Тоже мне, морж нашелся! Чего уж тогда — спал бы в сугробе, раз такой холодоустойчивый… Поборов недостойную зависть к чужим способностям, я попыталась дотянуться до спящего, удобно устроившегося прямо посреди кровати. Не вышло. Мелькнула злобная мыслишка ткнуть его метлой, но я благородно подавила ее и храбро полезла будить господина графа вручную.

— Доброй ночки, ваше сиятельство, — зловеще прожурчала я, дернув Рэма за прядку белобрысых волос. — Некромантам ночью спать не подобает!

Парня как неведомой силой над кроватью подбросило — едва успела увернуться, чтобы не получить рукой по лбу.

— Вио… — осоловело глянув на меня, излишне громко начал он.

— Тиш-ш-ше! — прошипела я, зажав Рэму рот ладонью. — Хочешь весь дворец перебудить?! Вот тогда нас точно окольцуют, незамедлительно!

— Почему это? — Ох, друг со сна явно плохо соображает…

— Потому что приличным девушкам по ночам не полагается находиться в комнатах мужчин! — озвучила очевидную истину я.

— Тогда что приличная девушка делает в моей комнате? — хмыкнул Рэм. О, проснулся-таки!

— Во-первых, ты — не мужчина, а мой друг, — заявила я.

— Вот уж спасибо! — обиделся Рэмион, но я, не слушая, продолжила:

— А во-вторых, нужна твоя помощь!

— Ничего себе! Ворвалась среди ночи, разбудила, оскорбила, а потом еще и помощи требует! — возмутился некромант.

— Ну извини! — насупилась я и поползла назад, не разворачиваясь.

— А ну стой! — прошипел Рэм, сцапав меня за руку. — Куда собралась?!

— Подальше от вашего оскорбленного величества! — гордо вздернула нос я, за что и поплатилась, навернувшись и рухнув. Ох и повеселился же Рэм, пока я, тихо ругаясь, выпутывалась из одеяла!

— Прости, — повинился он, когда я повторила попытку гордо уползти. — Знаешь, у меня тоже был… весьма нервный вечер.

— Ха-ха, — мрачно сказала я, раздумав уползать. — А у меня он перетек в нервную ночь! — И, не откладывая, я поведала Рэму об очередной батюшкиной идее.

— Значит, Всеслав Градимирович решил собрать здесь тех, кто, по его мнению, сможет тебя защитить от пока что неведомой опасности, — задумчиво протянул окончательно проснувшийся Рэм, почесав кончик носа. Он сидел посреди кровати, поджав под себя ноги и явно не чувствуя холода — несмотря на тонкую рубашку; я же забилась в кресло, закутавшись в свой верный платок, и время от времени осуждающе шмыгала замерзшим носом. — А ведь идея не так уж плоха, тут и сомневаться не стоит…

— Живой не дамся, — предупредила я.

— Не проблема, — зловеще ухмыльнулся драгоценный друг, разминая пальцы.

— Балбес! — рассердилась я, жалея, что под рукой нет ничего, чем можно было бы в него кинуть. Ну если только платком, но на такие жертвы я бы не пошла. — Я, между прочим, серьезно!

— Я тоже, — рассеянно кивнул Рэм, думая о чем-то своем.

— Что-о-о?! — задохнулась я, вскакивая на ноги. — Да ты!..

— Тише! — тоже покинул насиженное местечко парень и шагнул ко мне, выставляя перед собой раскрытые ладони. — Просто я подумал… До твоего совершеннолетия свадьбы все равно не будет, максимум, что тебе грозит, — помолвка, а ее разорвать труда не составит. Таким образом можно спасти нервы и себе, и твоему батюшке. И знаешь, я единственный, кто может поддержать эту игру и ничего не испортить!

— Это бред! — гневно заявила я. — Рэм, солнце мое ненаглядное, ты сегодня головой ни обо что не ударялся?! Или, может, холод вреден для мозговой деятельности?!

— Нет… Я ни обо что не ударялся, и с моими мозгами все в порядке. Посмотри на это с другой стороны, а не с позиции маленькой обиженной девочки, — тебя рано или поздно все равно выдадут за кого-нибудь. За мастера Вилиера, например. Или же, — презрительно прищурился Рэм, — за того хлыща, с которым, по слухам, вы друг друга едва не поубивали.

— Лучше уж ты! — вырвалось у меня.

— И я так думаю, — без тени улыбки кивнул Рэм. — Поверь, если уж речь идет о твоей безопасности, от тебя не отстанут. Так или иначе, но ты сдашься. Не возмущайся, ты еще мала тягаться с теми, кто привык играть людьми, словно куклами. Если согласишься на помолвку, обеспечишь себе спокойную жизнь вплоть до окончания Школы. А после получения диплома тебя уже никто не заставит делать что-либо против твоей воли. Чародеям вообще никто не указ, кроме их совести. И соответствующих контролирующих органов, само собой…

— А…

— А помолвку я расторгну в тот же день, как ты получишь диплом.