Ой-ой-ой, домовой! - Галина Гончарова

Будет ли она при таком раскладе любить своих родных?

О, да!

Вылюбить, высушить, выкинуть – и это еще не полный список эротических мечтаний девочки.

К шестнадцати годам становится ясно, что выхода нет. Учиться не получается, да и не дал бог рог, и неохота. Можно вырваться из грязи при условии громадного желания, помноженного на такое же трудолюбие, а если есть только желание?

И не вырваться, нет.

Пусть грязь остается, но самой Далини хочется поесть послаще, поспать помягче… грязь ее как раз не пугает, привычная среда обитания.

Замуж?

И стать такой же, как мать?

Ну уж – нет.

По счастью, есть подруга Алисин, которая указывает верный путь. И Далини идет продавать себя.

Особого опыта у нее нет, но есть внешность, фантазия и решительность. А еще ей повезло привлечь лэрра Эрарда. Далини нацелилась в законные жены, но лэрр совершил ошибку, сказав, что не женится на проститутке. А впрочем, начиналось не с этого.

Началось именно что с лэрра. И с разговора в постели.

– Хочешь, дорогой, я тебе рожу ребенка? Я могу…

– Нет, дорогая, у меня уже есть наследник, больше мне не нужно.

Далини задумывается.

Откуда-то у нее в голове прошито, что ребенок – гарантия ее обеспеченной жизни. Но раз лэрр не хочет… надо, чтобы захотел.

Надо избавиться от его сына.

Как?

Порча, вестимо.

Сама Далини ничего такого не умеет, да и умела бы – не стала. Жить она хочет долго и счастливо. Но теория пяти рукопожатий в любом мире имеет место быть.

У Алисин есть муж, у мужа – сестра, которая занимается наукой. А наука…

Где пакостности не хватит, чтобы своего ближнего извести, там наука обязательно поможет! Человек приспособит, человек это умеет.

Сестра помогать не станет. Не тот человек… кстати – любовница лэрра. Бывшая… ладно, не настоящая, что там за старуха, в сорок-то лет, Далини в ее шестнадцать и подумать страшно, небось, на ходу песок могильный сыплется…

А муж сестры?

Да он из любителей зады повторять! Извращенец, проще говоря!

Отлично!

Далини навещает родной дом.

Отцу бутылку, матери отрез на платье, а брату, который вырос у нее на руках и тянется за сестрой – идею. Да, придется подставлять задницу. Но не часто, и не так, чтобы надолго. И ради денег!

Ради!

Денег!

Лик соглашается, не раздумывая. Сестра недаром занималась воспитанием младших, не то, чтобы она нарочно, но каков царь, таков и псарь. И Лик ничем не уступает сестре. С женщиной лучше было бы, но он и с мужчиной ляжет, подумаешь, проблема!

Справится.

Потерпит.

Лик устраивается в дом к лэрру Ильдару, и постепенно, по слову, начинает продвигать тому свои идеи. То есть – мысли Далини.

Долго уговаривать не приходится, месяц, может, два… это на хорошее дело поди, подвигни кого, а на всякие пакости…

До чего ж люди на зло повадливы!

В результате, у Далини на руках оказывается ритуал. У Рандана.

Далини и Алисин договариваются, благо, Алисин все равно детей иметь не может, а Далини якобы беременна. Параллельно Далини крутит с Ранданом, чтобы вернее его контролировать.

С Эрардом-младшим они просто не успевают ничего сделать – парнишка умирает.

Далини пробует еще раз уладить дело миром, предлагает лэрру родить ребенка, но тут Эрард сам копает себе могилу. Ему не нужна шлюха в женах.

И ребенок от шлюхи тоже не нужен.

Результат известен.

Порча.

Смерть.

Не учтен только вызов эфирента. А дурак Ильдар и не догадывается, что его сыграли втемную…

* * *

От этих откровений донельзя гадкое впечатление. Хочется вымыться с хлоркой.

И ведь все у нее могло получиться.

Если бы Ильдар не приехал. Если бы я не кинулась…

Если бы Далини не потеряла контроль над собой и не кинулась бежать…

Шанс выскользнуть у нее был. Но не здесь и не сейчас, на Гьялларесте.

Лэрр Эрард усмехнулся. Недобро так… маг крови. Здесь и сейчас я понимала, что это значит.

– Ладно, Амура. Возвращайся-ка ты домой.

– А…

– А мы пойдем, кто куда. Мне – туда, а ей в другую сторону.

И повинуясь то ли жесту, то ли взгляду, мост задрожал. Вверх протянулась радуга, вниз – золотые кирпичики.

– Нет! – взвизгнула Далини, но от ее желания уже ничего не зависело. Камни заскользили под ее ногами, словно намыленные, она хлопнулась на попу, да так вниз и покатилась, словно по горке. Вопль стих вдали.

Лэрр Эрард улыбнулся и крепко обнял меня за плечи.

– Не грусти, малыш. Все у тебя будет хорошо.

– Я и не грущу.

– И носом не хлюпай.

– Я не…

– Завещание, конечно, на тебя не рассчитано, но в подвале храма я устроил тайник. Не бывала там?

– Нет. Что мне там делать?

– Помолиться. Полезное иногда занятие… ладно. У меня тоже время на исходе. Третий проход влево, идешь до конца, шестой камень снизу. Там раствор, его надо выкрошить и поддеть камень. Думаю, на жизнь хватит, еще и внукам останется. Спасибо тебе еще раз.

– Пожалуйста.

Лэрр улыбнулся, подмигнул – и пошел вверх, и вверх… по радуге.

Я сморгнула слезинку… и чертов мост подложил и мне подлянку!

Сволочь!

Я шлепнулась на попу и покатилась вниз. По счастью, не вслед за Далини, но ощущения…

На каком моменте я заорала, уж и не знаю.

Падение перешло в полет и закончилось болезненным приземлением, которое основательно вышибло из меня дух.

* * *

– Воды!

– Перья поджечь!

– По щекам похлопать!

И кто там такие ценные советы подает?

Я открыла глаза, но что-то никто ко мне не бросился.

А почему?

И почему мне лежать неудобно?

Что вообще происходит?

Почему я лежу на полу, и на меня никто не обращает внимания? Вряд ли белки, с кинжалами в лапах – это такое обыденное зрелище?

Я попробовала рассредоточиться и провалиться сквозь пол.

Не получилось.

Шевельнула рукой.

Рукой?