Полчаса до весны - Юлия Шолох

– А кто это у нас так много умных слов знает? – вдруг крикнул парень в сторону квартов. – Это белобрысый Шатай из семейки ассенизаторов, содержателей сортиров? Даже элитный сортир предназначен для говна. Это не от него такая вонь в аудитории?

– Ах ты, сука!

Здоровый белобрысый парень, одна из кочек, подскочил, вены на его шее зрелищно вздувались, а кулаки сложились в небольшие кувалды.

– Давай, давай, подходи.

Вокруг громко галдели, причем только кварты. Кветка обвела глазами минималистов и поняла, что они тоже удивлены происходящим. Что бы тут ни творилось, оно касалось только квартов.

– Щас я тебе зубы в глотку вобью, – белобрысый метнулся к кафедре. На Кветку пахнуло силой – он был сильный магом, одним из четырех сидящих в аудитории главарей, как, между прочим, и пришелец. Пришелец получался пятый по счету, но тоже не самым сильный.

Вдруг что-то громыхнуло, будто за спиной тяжелый стул с силой ударился об паркет.

– Стоять!

И вроде человек не орал, но кварты внезапно замолчали, только белобрысый по инерции шел вперед и новичок по-прежнему скалил зубы, переливаясь оттенками красного.

– Заткнулись все. Шатай, я бы на твоем месте остановился.

Шатай действительно остановился. Кветка съежилась, изо всех сил стараясь не шевелиться, а уж тем более не оглядываться.

О, они опасались этого голоса не зря. Всего раз услышав таившееся в нем ожидание, флер агрессии, готовой найти повод и выплеснуться, можно легко понять – отдавший приказ будет очень рад, если его не послушают.

– Шатай, ты хочешь спустить взведенный Турбой курок? Не будь таким предсказуемым, – ввинчивался в уши неумолимый голос, отчего по спине поползли мурашки.

Белобрысый развернулся, некоторое время его ноздри еще раздувались, но потом он вдруг хмыкнул и спокойно потопал к своему месту.

– Заметано, Алехо. Незачем делать ему лишнюю рекламу.

Все снова загомонили, но легким, обыденным гомоном.

Как по мановению волшебной палочки, в тот же миг вернулся преподаватель, оглядел притихшую аудиторию слишком умными глазами. Всего секунда, но казалось, он увидел все, что тут происходило в его отсутствие.

– По местам, – отрывисто приказал господин Тувэ, медленно направляясь к кафедре.

Новичок, тем временем растерявший всю боевую окраску, расправил плечи и нарочито спокойно поднялся вверх.

– Продолжаем. Итак, первый вопрос – квоты и налоги на транспортировку газа через Имфалию. Кто-нибудь может ответить, сколько составлял прошлый налог?.. Нет? Почему я не удивлен? Итак, записываем, общий налог составлял…

Все старательно заскрипели стилосами.

Кветка тоже стала писать, тщательно выводя круглые буквы.

Но ей не давал покоя этот голос. Не давал покоя этот маг.

И она решилась. Очень осторожно подняла голову и повернула, утыкаясь носом в плечо, а заодно за него прячась. Еще немного, еще… кварты тоже пишут или просто делают вид. Вот девушка с рубиновыми волосами. Пара простых магов. А вот рядом выше – третий, одетый в целый ансамбль, включающий шарфик, перстни и серьгу в ухе. Дальше… Белобрысый Шатай. А вот…

Кветка затаила дыхание.

Он сидел выше белобрысого, в одиночестве. Что-то черкал в планшете, резкими движениями, явно не записывал лекцию. Одет был довольно просто, даже небрежно, в стандартный для студентов квартов темный свитер. Коротко стрижен, так что на фоне стены из темного полированного дерева четко выделялись виски и скулы.

А потом он слегка нахмурился, как будто что-то почувствовал и повернулся в ее сторону.

Кветка никогда еще так быстро не отводила взгляд.

Она так испугалась этого быстрого и острого ответа на свое любопытство, что даже звуки исчезли, а преподаватель открывал рот, как рыба, не произнося ни звука.

Итак, вот она – последняя, пятая сила. И, судя по взгляду, совершенно бездушная.

* * *

Обед пролетел незаметно и главное – без происшествий.

Кветка пошла за остальными минималистами, следя, чтобы спина Синички, бредущей по коридорам на пару с еще одной девушкой, находилась в поле видимости, и таким образом без труда вышла к столовой.

Очереди не было, квартов, правда, все пропускали вперед, но все равно, только Кветка взяла поднос, как почти сразу оказалось, что она стоит в конце подачи с едой, а куда идти, не знает. К счастью, Синичка закатила к потолку глаза и махнула рукой, разрешая подойти.

– Садись.

Этот угол столовой, выкрашенный зеленой краской, был заполнен только минималистами. За столом с Синичкой сидела пухлая блондинка, соседка Кветки по первой лекции.

– Майя, – голосок у нее оказался таким тоненьким, будто вот-вот разорвется.

– Кветка.

– Я знаю, я староста минималов, – ответила девушка, отщипывая кусок сладкой булки, которой она заедала первое.

Кветка пожала плечами и принялась за обед. Суп оказался прямо как в ресторане, ну, по крайней мере, как Кветка себе представляла пищу, подаваемую в ресторанах. Жутко вкусно, да еще и плавают крошечные сухарики, которые придают дополнительную прелесть.

– Здесь хорошо кормят, – удивилась она. Помнится, в школе их кормили в основном кашей, вареной картошкой и чем-то белесым, называемым «котлета». А супы выглядели как вода с мелко перемолотыми нечищеными овощами. В общем, небо и земля.

– Конечно, тут же кварты питаются. Мы так, сбоку припека – проще и нас тем же самым кормить, чем отдельно на нас готовить.

Кветка впервые обрадовалась, что поблизости кварты, потому что когда еще ее будут так сытно и вкусно кормить, причем забесплатно?

– Тебе уже можно со мной водиться? – поинтересовалась она примерно через минуту, отодвигая в сторону пустую тарелку. Утром позавтракать Кветка не успела, потому что разбирала с кастеляншей вещи в поисках своего размера, и порция супа, который тут подавали не в тарелках, а в пиалах, расплылась по желудку как божья благодать.

Майя вскинула глаза, и Кветка запоздало задумалась, стоило ли спрашивать вслух. Не выдала ли она ненароком чужой секрет?

– Она о ком? – тут же тонко-тонко, но навязчиво поинтересовалась староста, которая похоже считала своей первостатейной обязанностью знать все и обо всех.

– Про Косту, он же запретил мне общаться с кем-то без его разрешения.

– И с девушками? – изумилась Майя. Ее голубые глаза казались большими и невинными, а пальцы снова терзали булку.

– Да.

– Почему? – задала староста вопрос, который не рискнула задать Кветка. И правда, почему?

– Откуда мне знать, что взбредает в голову Косты? – мрачно ответила Синичка и опустила голову, старательно вылавливая из жидкости сухарики и зелень.