Волчья луна - Ольга Романовская

Громко звякнул колокольчик, привлекая внимание модистки. Она прервала разговор с покупательницей и живо обернулась к двери, попутно надев на лицо наисладчайшую улыбку.

– Чем могу помочь, мадам? У нас самый лучший товар, один в один со столичным.

В последнем Шарлотта сомневалась, но спорить не стала: девушка уже заприметила нужную шляпку. Скромная, серая, с небольшими полями и белой лентой на тулье, она идеально подойдет к любому наряду и не позволит спутать обладательницу со знатной дамой. В то же время простолюдинка такую не наденет – словом, выгодная и правильная покупка, оставалось только примерить.

Отчаявшись предложить покупательнице последние, то есть более дорогие модели, разочарованная модистка вернулась к прерванному разговору. Шарлотта поневоле прислушалась, когда вторая женщина в ужасе прижала ко рту затянутую в перчатку руку.

– Ее так и нашли, бедняжку! – продолжала быстро шептать модистка, склонившись к лицу собеседницы. – Вся в крови, платье разорвано. Мясник, и тот бы пришел в ужас!

– Да кто же мог?.. – Женщина обмахнулась дорожным веером. – На улицу выйти страшно, уже четвертая! И ладно бы где – в нашем благополучном квартале!

Модистка ловко вытащила из кошелька на поясе нюхательную соль и протянула клиентке. Та благодарно кивнула.

– Говорят, – хозяйка лавки понизила голос, – среди них ни одной падшей женщины. Сначала мы полагали, но полиция… Словом, скверные времена!

– Скверные! – поддакнула обладательница веера.

– Ну, как вам, мадам?

Встрепенувшись, модистка обернулась к Шарлотте. Она сообразила, что, заслушавшись, застыла с поднятой рукой, придерживая поля.

Четвертая убитая женщина… По спине пробежал холодок. Отыне вечерние прогулки под запретом. Хотя куда Шарлотте ходить? В театр? Ресторан? На жалование экономки не пошикуешь. Словом, встреча с таинственным преступником ей не грозила.

– Я возьму ее, – повертевшись перед зеркалом, кивнула девушка.

Она успела прочитать цену на бирке, та вполне устраивала.

Модистка с трудом скрыла гримасу. Мысленно женщина причислила покупательницу к третьему сорту – пустая трата времени, никакой прибыли. Вот если бы Шарлотту заинтересовали шляпки на манекенах или образцы в каталогах… Особенно образцы. Тогда бы модистка усадила ее, предложила чаю с печеньем и услужливо кружилась бы вокруг покупательницы. Теперь же… Одно разочарование!

Зашуршала оберточная бумага, и через пару минут Шарлотта вышла из лавки со шляпной картонкой под мышкой. Издали заприметив Марту, девушка улыбнулась и с добродушной укоризной покачала головой. Горничную окружал рой поклонников, кто-то даже подарил служанке скромный букетик фиалок. Она трепетно прижимала его к груди и стреляла глазами по сторонам. Заметив экономку, Марта приосанилась. Шарлотта мгновенно ощутила себя безумно старой, а ведь Марта ненамного моложе, сошла бы за ее младшую сестру. «А ты и есть старуха. – Внутренний голос умел хлестать по щекам. – Никому не нужная старая дева, чей удел – чужие дома. Не мешай ей наслаждаться молодостью». «Вот и хорошо, что никому не нужная, – вступила Шарлотта в мысленный диалог с самой собой. – Лучше чужие дома, чем улица и ночная работа за два пенни». Она могла бы поспорить с еще одним определением, но не стала: зачем ворошить болезненное прошлое? Девушка приехала в Розберг, чтобы навсегда забыть о нем, а оно упорно гналось следом, приходило во снах, подкарауливало посреди дня.

– Ему нет до меня никакого дела, – крепко сжав пальцы, пробормотала Шарлотта. – Ему достаточно, что я уехала и не проболталась.

Хотелось бы верить, хотелось бы верить…

– Вижу, вы с покупкой, мадемуазель.

Слова Марты вернули к реальности. Девушка заставила себя улыбнуться и беспечно ответила:

– Да, немного обновила гардероб. Господин Бош полагает, я слишком скучно одеваюсь.

– Странно, что он вообще заметил. – Похоже, служанка не испытывала особого почтения к хозяину. – Иногда мне кажется, что даже землетрясение оставит его равнодушным. А вам бы, – Марта смущенно запнулась, но уверенно продолжила, – действительно не мешало бы приодеться. Кто вас в таком за экономку примет?

– И как же, по-твоему, одеваются экономки? – со смешком уточнила Шарлотта.

Марта очаровательна! Столь непосредственна, юна и болтлива, но последнее ничуть не утомляло. Наоборот, без словоохотливости Марты девушка была бы обречена на тишину и тотальное неведенье.

– Хотя бы так.

Горничная ткнула пальцем на проходившую мимо даму в зеленом платье и шляпке в тон. Шарлотта мысленно примерила ее наряд на себя. Она заменила бы отделку платья с желтой на белую и выбрала цвет поспокойнее, но в целом… Ей вдруг безумно захотелось купить себе новое платье и накидку, непременно красную. Глупое желание! Лучше практичный серый, неприметный, надежный. Страх боролся с женщиной, и последняя победила.

– Хорошо, – к радости горничной смирилась Шарлотта, – посмотрим платье, еду ты сама закажешь по списку с доставкой. Только смотри, – в девушке проснулась строгая экономка, – не бери первое попавшееся!

– Обижаете! – насупилась Марта и невзначай добавила: – Вы бы на рынок Элизу или Анри посылали, это их работа.

– И как, господин доволен их покупками?

– Ему все равно, – пожала плечами служанка. – Говорю же, ничего его не волнует. Элиза сначала пробовала готовить деликатесы, а потом махнула рукой, сытно и ладно.

Шарлотта прищелкнула пальцами возле ее носа.

– А мы сделаем так, чтобы господин Бош запоминал каждый обед или ужин. Ну-ка, я набросала список…

Девушка порылась в сумочке и извлекла сложенный осьмушкой листок, заодно проверила, на месте ли деньги. Уфф, не украли! Осторожнее нужно быть, не ловить ворон.

– Я все же сегодня сама пройдусь, выберу продавцов. А потом платья. Ты ведь любишь крутиться перед зеркалом, Марта?

– Кто же не любит, мадемуазель. – Потупившись, горничная чиркнула носком по земле. – Только денег нет.

Ничего, если отношения сложатся, Шарлотта подарит ей что-нибудь.

– Иди, назначай свидание, я пока мясо выберу.

Девушка покосилась на стайку терпеливо дожидавшихся хохотушку кавалеров. Она не собиралась мешать чужой личной жизни или, того хуже, бороться за чужую нравственность. Марта просияла и обещала отойти буквально на минуточку. Шарлотта проследила за ней взглядом и еще раз покачала головой. Лишь бы не принесла в подоле, как Катарина! Пусть на кухне это не обсуждали, девушка не сомневалась, никакого отца у ее дочки нет, иначе бы женщина не прислуживала у Боша, а девочка не жила у бабки. Мужчины ветрены, не стоит верить их сладким словам. Шарлотте повезло, все могло закончиться намного хуже. Вновь отогнав призрак прошлого, девушка углубилась в мясные ряды. Здесь тоже обсуждали недавнее убийство. Выбирая мякоть и грудинку, Шарлотта поневоле прислушивалась. Подробности леденили кровь. Девушек неизменно находили возле реки. У всех разодрано горло, у одной и вовсе вырезано сердце. Вместо одежды – лоскуты. Все девушки приличные, пусть и бедные, работали белошвейками, продавщицами, официантками, по словам родных, поздно возвращались домой. И не доходили. Никаких свидетелей, никто не слышал криков. Пропадали только мелкие нательные драгоценности, вроде, колец и цепочек. Опять же не все, выборочно. Остальные ценные вещи, если таковые имелись, оставались нетронутыми – выходит, убивали не ради наживы.