Слепая Вера - Светлана Шёпот

Проводив взглядом удаляющую карету, Атур поглядел на разрозненную стопку писем в своих руках. Вздохнув, он направился к общей палатке, намереваясь сначала сложить их аккуратно, а потом уже разнести.

Спустя некоторое время он спрятал весточку от невесты подальше, решив прочитать чуть позже. Раздав почти все письма, Атур замер с последним в руках. Надпись на нем была повреждена водой. Он подозревал, что именно по этой причине работник почты так быстро уехал, да и выглядел тот довольно нервно. Неудивительно, ведь письмо предназначалось кому-то из семьи Харт. К сожалению, вода почти стерла имя.

Атур минут десять разглядывал надпись, а потом пришел к выводу, что почти стертая буква все-таки «Э». Кивнув самому себе, он бегом направился к палатке сына генерала.

– Что у тебя? – спросил его вспомогательный воин Эриона Харта. Звали его Тенри О’Корби, четвертый ранг.

– Вот, – сказал Атур и чуть нервно передал письмо.

Помощник пятирангового офицера заметил неуверенный вид солдата и глянул на конверт. Атур внутренне похолодел, мысленно призывая все кары небесные на почтового работника, который так его подставил.

– Что случилось? – цепко глянув, спросил Тенри.

Атур глубоко вдохнул и рассказал все, как было. При этом он старался выглядеть максимально честным. О’Корби внимательно выслушал, а потом еще раз изучил надпись на конверте.

– Действительно, похоже на «Э», – произнес он спустя долгую минуту. – Будем надеяться, что письмо внутри не пострадало. Можете идти, солдат.

Атур облегченно выдохнул, отдал честь и стремительно удалился. Он поблагодарил всех богов за то, что вспомогательный воин сына генерала настолько здравомыслящий человек.

Посмотрев в спину уходящего солдата, О’Корби вошел в палатку и положил письмо на стол. Насколько знал Тенри, всех высокоранговых воинов пригласили в палатку генерала. Бросив последний немного сомневающийся взгляд на письмо, Тенри решил, что ничего страшного не случится, даже если они и ошиблись. В конце концов, все в армии знали, что отец и сын семьи Харт близки друг другу.

Эрион не возвращался до самого вечера. После утреннего собрания у него были еще дела в военном лагере. Да и про тренировки нельзя забывать. Он уже давно достиг сложного места между пятым и шестым рангом. Ему не хватало самой малости, чтобы его преодолеть. Отец всячески поддерживал его, помогая на пути силы. Эрион был благодарен ему, но все-таки отказался принимать дорогостоящие пилюли, должные помочь ему преодолеть узкое место. А все потому, что ощущал: их прием нисколько ему не помогает. Духовная энергия, переплетенная с многочисленными лекарственными травами и заключенная в пилюлях прорыва, совершенно ему не подходила. Эрион не желал впустую выбрасывать деньги.

Выслушав подробные объяснения сына, Нарман принял его доводы и позволил развивать свои способности самостоятельно. Все в армии давно знали, что сын генерала не пользуется пилюлями прорыва.

Кто-то восхищался силой воли и талантом Эриона. Они понимали, что ему приходится работать в два раза усерднее, чтобы преодолеть узкие места между рангами.

А кто-то в глубине души злорадствовал. Они с нетерпением ждали того момента, когда сынок генерала, родившийся с золотой ложкой во рту, признает, что достиг своего предела. Они не верили, что он способен без пилюль пробиться на шестой уровень.

Все хорошо понимали, что первые пять рангов еще можно преодолеть одной силой воли, но вот дальше без помощи пилюль никак не обойтись.

Самого Эриона все это мало волновало. Он просто занимался своими делами.

Закончив умываться, он подошел к столу и глянул на письмо. Оно заставило его удивиться. Отцу незачем ему писать, он всегда может поговорить с ним с глазу на глаз. Мать никогда не любила «пачкать бумагу». Она отцу-то писала от силы один раз, и то по большой необходимости. А друзья-приятели… Эрион задумался, но так и не смог вспомнить ни одного человека, который мог бы ему написать.

Заинтригованный, он закинул полотенце на шею и сел. Взяв письмо в руки, он хмуро оглядел почти стертое имя. Поколебавшись мгновение, все-таки вскрыл конверт. Внутри обнаружился порванный надвое документ и короткое письмо.

Отложив поврежденный документ в сторону, Эрион развернул записку и погрузился в чтение. Вскоре он понял, что письмо было доставлено не тому человеку, но извещать об этом отца мужчина не собирался.

Прочитав письмо несколько раз, Эрион откинулся на спинку стула.

– Интересно, – произнес он тихо, прищурив глаза.

О том, что он давно уже помолвлен, Эрион узнал только что. Ему казалось странным, что отец скрыл от него столь важный факт.

Положив письмо на стол, молодой человек взял порванный документ и приставил две половинки друг к другу. Все верно, договор о помолвке. Пару раз ему доводилось видеть похожие бумаги, но впервые встретился такой документ со вписанным его именем. И это вызывало различные эмоции.

Во-первых, Эриону было интересно. Ему хотелось знать, что это за семья (фамилию Меир он никогда ранее не слышал), с которой отец когда-то давно был готов связать судьбу посредством женитьбы детей. Ему было любопытно, какое прошлое их объединяет. Какая тайна хранится за всем этим.

Во-вторых, он прекрасно знал о том, что его мать отчаянно пытается породниться с королевской семьей через его брак с принцессой Ферайей.

Принцесса была девушкой внешне довольно привлекательной, но слишком религиозной. Ее часто видели в обществе святого отца. Эрион не отвергал веру, но не мог представить себе жизнь с настолько набожной женщиной.

К тому же он просто не мог жениться на принцессе. И на то были веские причины. Его отец, генерал королевских войск, всегда открыто стоял на стороне короля и наследного принца. Сам Эрион находился в отличных отношениях с Хэрольдом. Если он женится на принцессе Ферайе, то автоматически возглавит фракцию принцессы и противопоставит себя наследному принцу, а значит, встанет на сторону противоположную от отца. Делать это Эрион совершенно не желал.

Именно по этой причине он после окончания военной академии сразу отправился в армию. Эрион понимал, что в противном случае окажется в паутине интриг своей матери и сам не заметит, как впутается в заговор против короля и наследного принца.

Этого нельзя было допустить. Ситуация и так выглядела довольно опасной. Если мать продолжит эти игры, то их семью вполне могут казнить, отыскав для этого благовидный предлог.

Эрион знал, что король давно наблюдает за ним и его отцом, ожидая их дальнейших шагов. И только то, что мужская часть семьи Харт не делает никаких лишних движений против короля и наследного принца, до сих пор их спасает. Но это не может длиться вечно. Всё-таки его отец стал довольно популярной в народе фигурой. Это не может не нервировать короля.

Так что этот вынырнувший из неизвестности договор о помолвке вполне может стать их спасительной соломиной. На него можно списать все. И то, что он до сих пор не женат, а ведь ему уже двадцать пять. И то, что все предложения о помолвке отвергаются семьей Харт. И то, что все это время Эрион вел довольно скромный образ жизни.