Заноза Его Величества - Елена Лабрус

Аккуратно открываю дверь в спальню. Не знаю, чего я хочу больше: чтобы король уже ушёл, или чтобы он ещё спал.

Вариант, что он там сидит злой и поджидает меня с ремнём в руках я как-то не рассматриваю, и усиленно принюхиваюсь, чтобы не наткнуться на ещё большую неожиданность.

К счастью, оба эти варианта так и остались вариантами. В комнате меня встречают мечущийся под потолком Карл и всё ещё спящее как младенец Величество.

— Где ты ходишь? — едва не врезается в меня с налёта взволнованно шипящий фей.

— Эй, эй, потише, бомбардировщик, — таким же громким шёпотом отвечаю я, едва успевая отклониться. — У нас тут всё в порядке?

— Нет! — нервно выкрикивает он.

— Что? Уже? — прикрываюсь я ладошкой и кошусь на кровать, с трудом представляя, как же переть эту тушу в ванну. И с этого порхающего лягушонка толку мало. Надо будить засранца. Уже предвкушаю это фееричное пробуждение и его лицо.

— Что «уже»? — мельтешит перед глазами Карл.

— Ну, там… медвежья болезнь, все дела, — осторожно огибаю я кровать и с опаской заглядываю между раскинутых ног Горе-Величества. Даже наклоняюсь и принюхиваюсь. Дублёная кожа штанов и вроде как… мыло. Ничем подозрительным не пахнет.

— Что ты делаешь? — нависает над моим ухом Карл, когда я сажусь рядом с этим потенциально опасным телом на кровать.

— Что, что, бужу его, — шиплю я в ответ, дёргая за рукав королевской рубахи. — Пока не случилось страшное.

Или не надо? Блин, нет! Не могу я так с мужиком. Уверенно трясу его горячую ладонь.

— Его нельзя будить, — вцепляется в мою руку Карл, когда король вздыхает и во сне поворачивает голову.

— Его надо разбудить. Ты не понимаешь, — отмахиваюсь я от настырного фея. — Он выпил целый пузырёк лекарства, у которого такой нежелательный эффект… в общем, тебе лучше не знать.

— В том то и дело, что я знаю, — тянет он меня к окну.

— Знаешь? Про расстройство желудка?

— Нет, — зависает он рядом.

— Тогда ничего-то ты не знаешь, Карл, — отмахиваюсь я. — Ты вообще первым делом должен был спросишь: это ты избила короля? И я бы тебе ответила: да, я ушатала его твоим тапком. Но, положа руку на сердце, это не я. Его скосила настойка, которую доктор выписал Катарине. Коктейль «спящий засранец». И он вылакал весь флакон, — добавляю я страшным шёпотом. — Фелисия сказала: это чревато.

— Нет, — упрямо машет фей салатовыми кудряшками. — Это другая настойка, не та, что должны были давать тебе. И не вызывает она никаких расстройств живота, — уверенно заявляет он. Метнувшись за пузырьком, вытрясает на ладонь последнюю каплю. — Видишь? — растирает и предъявляет мне.

— Ого! Да она светится как токсичные отходы.

Но Карл заставляет меня ещё и нюхать это фосфоресцирующее безобразие.

— Можно подумать, я что-то понимаю, — склоняюсь я, потягивая носом. — Пахнет твоей грязной рукой, грибами и какими-то травами.

— Не какими-то, — вытирает он руку о штанину. — Тебя, то есть Катарину, хотели опоить сон-травой. Медвежьим корнем.

— Ну, логично, да, пусть бы девчонка хоть выспалась, — с умилением смотрю я на посвистывающего во сне самодержца. И даже немного жаль, что мучительные часы в сортире ему не грозят. У меня, можно сказать, только появилась надежда одержать и тактическую, и стратегическую победу, а он чего-то не того нахлебался. — А вот я не вижу разночтений, — оборачиваюсь к Карлуше, ещё не сдаваясь. — Их могли и смешать.

— Да нет же! — кипятится неугомонный фей. — Это чистая сон-трава. Та, что позволяет заглянуть в чужую память. Во сне. Кто-то хотел вызнать через тебя правду. Выяснить, что произошло на эшафоте. Потому что произошло многое.

— Именно тот момент, когда я оказалась в теле Катарины?

— Да, трава действует очень коротко. Тебе же предлагали эту настойку вчера?

— Да я почём знаю! У меня там провалы в памяти. Но сегодня с утра мне навяливали её точно.

Ну, начинается! Скандалы. Интриги. Расследования. Дворцовые тайны. Перевороты. Нигде людям спокойно не живётся.

— И как этот пузырёк оказался у короля?

— Это ты сама у него спросишь. А как оказалась здесь, я тебе расскажу. Потом. Время дорого. Он уже вот-вот проснётся, — косится фей на беспокойно сменившего положение короля.