Метка Зверя: Ассимиляция - Игорь Лебедев

По внутренней связи раздалось оповещение об остановке, и толпа направилась на выход. Несмотря на крохотные размеры вокзала, а может благодаря им, здесь ощущался уют. Хотя, скорее всего, тут замешано личное отношение. Родной город как-никак.

Единственное, что портило атмосферу это расклеенные на стенах флаеры и плакаты призывающие раскрыть свои способности, узнать судьбу итд итп. Сколько же шарлатанов после послаблений развелось. Закрыли бы их и дело с концом, но нет, они все плодятся и множатся. Колдуньи, гадалки, экстрасенсы, битвы между ними и призывы к участию в этих дурацких шоу.

Но эти мелкие прыщи на теле архитектуры никак не могли сравниться с самым настоящим шрамом. С гигантского баннера, расположившегося над выходом на посетителей взирала смазливая рожа человека-амфибии.

— И здесь этот гамадрил… — пробормотал Валентин, опуская взгляд и наблюдая, как столь знакомая ярко-оранжевая альпинистская куртка просочилась к выходу среди остальных.

Сплюнув с досады, студент встал в очередь на досмотр. Двигалась она, по правде сказать, крайне медленно. И чего спрашивается, переполошились? Взрыв-то в Москве произошел, а не тут!

Минут через пятнадцать подошла и его очередь. Проверив документы, его сначала пропустили через большой металлодетектор, затем обработали ручным, под конец обыскали, причем с рядом находившейся собакой.

Заглянули и в пакет, не удержавшись от вопроса, откуда у студента деньги на такую «роскошь». Им-то какое до этого дело? И все же парень удовлетворил их любопытство, сославшись на кредит.

Интересно, как только та девушка прошла через все эти круги ада так быстро или лишь его удостоили таким повышенным вниманием?

Поймав себя на мысли, что она не выходит у него из головы Валентин поразился самому себе, попутно кивая в такт зачитываемым стражами порядка инструкциям.

Выйдя на улицу, Ломов вдохнул холодного воздуха и, отходя подальше от людского потока, достал смартфон, намереваясь сообщить бате о своем прибытии, но не тут-то было. Проклятие фамилии добралось и до него. Не мог заряд сесть менее чем за сутки, а значит он сдох.

И почему ему так не везет с техникой? Причем с самого детства! Если вспомнить, то тогда особенно обидно было. Стоило второй приставке сгореть, как родители наотрез отказались покупать новую, а друзья, зная об его «одаренности» не подпускали к своим, жлобы суеверные!

Да и вообще детство было так себе. Из-за большой любви к отцу мать никогда не препятствовала методам его воспитания. Вспомнить хотя бы когда батя его в мокрый песок закапывал и оставлял так на пару часов закалки ради.

Дикость? Возможно. Но Валентину все-таки хотелось верить, что отец своё дело знал. Да и результат налицо, так что ему не на что жаловаться. Хотя тогда он этого не понимал и что есть сил старался увиливать от такого рода тренировок, до поздней ночи пропадая с друзьями.

Из-за вот таких непростых отношений Ломову не очень-то и хотелось звонить бате. Поэтому сейчас в глубине души он даже тихо радовался поломке. Можно было бы конечно попросить прохожих, но… кстати, а куда это все подевались?

Парень покрутился на месте, но на всем протяжении взора так никого и не заметил. Чего это они все попрятались? Время-то далеко не позднее. Да, уже стемнело, но муниципалитет на освещение не скупился, а потому отсутствие людей на улицах выглядело, мягко говоря, странным.

Проходя через пустой, тихий парк, студент занервничал. Ни влюбленных парочек, ни мам с ребятишками — никого. Еще бы туману сюда напустить и вылитый сайлент хилл выйдет! Стоило только подумать об этом, как рядом раздался звук лопающегося стекла и одна из ламп погасла.

— Тьфу! Напугал-то как, фонарь долбанный! — Сказал парень и судя по раздавшемуся неподалеку мужскому мату не его одного.

Слава тебе Господи, хоть какие-то люди, а то уж он начал думать, что в другой мир попал.

Бодрым шагом, направившись на звук, студент запоздало обратил внимание на табличку с текстом: «По газону — ходить не резонно, каждый пройдет — и не будет газона!».

Нехорошо как-то вышло. Ну, ничего уже не поделать. Раздвинув кусты, парень увидел парочку ребят в форме. Один постарше, другой помладше.

— Не матюгайся, Володь. Тут же дети ходят. Подумай, какой пример ты им подаешь? — обратился старший к молодому.

— Да ну тебя, Коль. Какие к черту дети в такой-то час?

Первый – Владимир, а второго, значит, Николаем звать. Понятно – сделал себе пометку студент.

— Ты сам еще ребенок!

Воспользовавшись образовавшейся заминкой в разговоре, Валентин выступил на светлый участок со словами:

— Здаров, мужики! — сказал он и, убедившись, что привлек их внимание, с улыбкой спросил — Не в курсе, что тут творится? Приезжаю в родной город, а тут, будто филиал Чернобыля открыли!

— Ты с таким не шути! — Ответил Николай, напустив строгости в голос. Впрочем, не сказать, что это возымело на Ломова какой-то эффект. До бати ему было далеко. Тот так сказануть мог, что в калач свернуться захочешь.

Тем не менее, Николай отчасти был прав. Не самое удачное сравнение, учитывая, что в городе присутствует АЭС. Остановленная и превращенная в музей, но все же…

— Понял, сглупил, признаю, но что все-таки случилось-то?

— Ничего хорошего — буркнул он, но чутка помолчав, добавил — Маньяк у нас объявился. Мы вот, нашим помогаем за порядком следить – Николай кивнул на ленту дружинника обвязанную вокруг рукава на плече— а, ты что здесь в такое время забыл? Разве тебе не говорили, что по вечерам лучше не шляться?

Ну да, что-то такое парень слышал тогда на вокзале, но не обратил на это должного внимания, пропустив информацию мимо ушей. Хотя маньяка они точно не упоминали!

— Прогуляться хотел, свежим воздухом подышать. Время-то детское — признался Валентин. Хотя, по правде говоря, он самую малость слукавил. Была у него и еще одна причина. Ему попросту не хотелось идти домой к отцу, но посторонним точно не следует об этом знать.

— Тогда лучше с нами прогуляйся — предложил Николай.

— Да ладно вам, мужики, чай не маленький!

— Не маленький он — передразнил его старший — а знаешь ли ты, что среди жертв и покрепче тебя люди попадались и им, как понимаешь это не шибко помогло. Так что не спорь!

Взвесив все за и против, Ломов и вправду решил не спорить. Что-то застращали они его слегка этими слухами, и теперь продолжить гулять в одиночку ему казалось не самой удачной идеей. Более того, положив руку на сердце, ему было откровенно стрёмно оставаться одному.

Ничего, поиграет в героя как-нибудь в другой раз, а пока лучше прислушаться к голосу разума. Так, втроем они и продолжили патрулирование. Улицы все также были пусты, поэтому неожиданно выступившая под свет фонарей одинокая фигура, тут же привлекла их внимание.

Повернутый к ним спиной человек медленно брел вперед, неловко переваливаясь с боку на бок. Создавалось впечатление, что тот еле стоит на ногах. Было в нем и еще что-то неумолимо странное, о чем Ломову оставалось лишь догадываться, покуда они не нагнали его.