Баньши Ветра - Алина Сконкина

Полукровка оглядела остальных пассажиров и поняла, что полёт интересен лишь ей. В основном на корабле находились взрослые люди, Фиама была младше всех. Даже молодой парень, которого выбрали вместе с Фиамой – и чьё имя она благополучно забыла – выглядел лет на пятнадцать. Ему что-то рассказывали двое юношей постарше. Мужчина двадцати-двадцати пяти лет, читал книгу, другие смотрели за багажом и следили за работой механизмов. Были ещё такие, кто яро обсуждал строение летательного аппарата, какие в нём плюсы, а какие минусы.

Отвернувшись от скучных людей, Фиама вновь посмотрела на шпиль Башен и внезапно осознала: она единственная девушка на дирижабле, не считая проводницы. Дочь ашуры принялась искоса осматривать пассажиров, но среди них не оказалось ни одной девушки, женщины, старушки на худой конец. В голову закрались неприятные мысли – что если она села не на тот дирижабль или, что ещё хуже, женщин магии не учили. Но она же прошла экзамен! Никто и слова не сказал, что она девушка. Фиама вспомнила, что на экзамене тоже сидели только парни и они странно на неё косились. От нервов руки принялись чесать и заламывать пальцы. Что делать, если сейчас, когда цель так близка, её развернут и отправят домой? Мать она уже не догонит. Фиама растерялась.

Поток её мыслей прервался, кожу обдало ледяной моросью. Дирижабль вошёл в густое облако, то самое, которое полукровка приметила в дороге, по пути к остановке. Лететь на открытой палубе дирижабля, почти так же, как плыть в лодке в густом тумане, за одним исключением, Фиама в лодке не плавала и не знала какого это. Девочка щурилась, пыталась разглядеть что-нибудь, но не могла. Как в белом мареве ориентировался рулевой она не знала. Дальше двух метров от носа всё тонуло в белоснежной пелене. Магия, мысленно констатировала Фиама.

Дирижабль набирал высоту, почувствовала полукровка, но из облака не вылетал. Фиаму не оставляло чувство, будто что-то идёт не так и пилот вскоре скажет нечто вроде «спасайся, кто может, а кто не может, завидуй спасающимся», но через несколько мгновений, показавшихся Фиаме вечностью, гигантский воздушный шар дирижабля пропорол верхние слои пушистого белого озера и вылетел из тумана неведения.

По левому борту пассажирам открылся вид на… почву, с торчащими из неё корнями и камнями. Фиама скривилась. Стена земли медленно опускалась, из-за шара полукровка не могла разглядеть, когда начнётся трава или хотя бы доски станции. Она опустила голову, едва не свесившись за борт и рассмотрела внизу, под слоем земли несколько строений, которые свисали вниз, как готические замки Сейтан Хейма. Строения походили на гигантский стеллаж, с огромными площадками, которые держали колонны, вбитые в нижнюю часть островов. Фиама выгибала шею, желая рассмотреть, как можно больше, но произведения гениальной мысли архитектора уползали, сменяясь видом на землю. Полукровка смогла заметить постаменты в центре, пруды или статуи разнообразных крылатых зверей и великолепную лепнину. Дочь ашуры заинтересовалась, каково предназначение «подземных» строений.

Когда лучи солнца вспыхнули, осветив нижний край воздушного шара, Фиама увидела долгожданный вид, словно в песнях бардов: земля, небесный океан и снова земля, земля ещё выше, чем океан облаков. В свете клонящегося к западу солнца сияли шпили высоких башен, таких же прекрасных, как резиденция Поднебесного Правителя, только ближе.

Дирижабль немного поднялся над платформой, а затем опустился на неё не очень ровно, так что всех пассажиров слегка подбросило. Фиама не обращала на это внимания. Она вцепилась в фальшборт и смотрела вперёд. Остров, на который приземлился дирижабль, находился чуть ниже основного комплекса парящих островов Академии магии Воздуха. Само здание Академии располагалось на центральном и самом большом острове. От него к остальным вели каменные и подвесные мосты. С острова-платформы к основному вёл деревянный мост, выглядел он достаточно крепко, чтобы выдержать сразу пятнадцать человек и ещё две телеги, набитые с горкой продуктами, и лишь слегка поскрипывал, напоминая, что он всё же не каменный.

Люди внизу забегали, готовясь принять пассажиров, а когда все покинули летательный аппарат, его стали осматривать на предмет поломок и дефектов, но Фиама этого не замечала, как и бросаемых на неё удивлённых и недобрых взглядов.

Она сошла по трапу вниз и, заворожённая видом, отправилась вперёд. Полукровка двигалась по аллее идеально ровно подстриженных кустов зелёного и малинового барбариса, дорожка под её ногами была вымощена светлым и тёмным камнем, сочетающимся в сложном узоре. Низко, едва не до самой земли, подстриженный газон стоял зелёным, а дальше росли маленькие аккуратные конусы пихты и туи, за ними простирался светлый парк с высокими, ухоженными деревьями. Ни одного кривого ствола, ни одной поваленной ветки, ни одной кучи собранной листвы – всё выглядело идеально. На широких перекрёстках установили фонтанчики, а вокруг разместили скамейки, вазоны с цветами, и разбили клумбы.

В родном саду Фиама никогда не видела такого порядка. Крестьянам некогда заниматься такой ерундой, они работали на урожай, а не красоту. И всё же Фиама не могла оторвать взгляда от этой геометрической педантичности. Впереди сверкало в лучах солнца здание, более напоминающее дворец из детских сказок: множество башен с общими первыми этажами, между башен перекрытия и лесенки с арками, огромные окна из которых парусами раздувались занавески. Фиама взглянула на них и поняла, что несмотря на высоту чувствовала себя тепло и комфортно. Дул лёгкий ветерок, прохладный, но не ледяной, больше не ощущалась зябь от влажных облаков, дышалось легко. Это точно магия, подумала дочь Шанны.

Чем ближе она подходила к зданиям, тем лучше могла их рассмотреть и оценить своё пристанище на ближайшие четыре года. Безумно длинные, вспарывающие глубокое синее небо башни были выполнены из серого камня с голубоватыми черепичными крышами, которые отражали во все стороны лучи солнца. Все они соединялись между собой общими первыми этажами, что позволяло зимой перебегать из одной башни в другую в закрытом от мороза помещении, а не по улице, или отрытым переходам между башнями. Огромные окна первых этажей украшали цветные витражи, изображавшие сцены из истории Аэфиса и Ханаэша. Почти везде главными действующими лицами были люди, судя по одежде маги Воздуха, повелевающие стихией. Комплекс башен как бы парил над землёй и летал, порхая, точно бабочка крыльями, лёгкими занавесками. Центральный вход на первый этаж украшал портик с колоннами и антаблементом.

Пять равных по размеру и толщине башен располагались особняком от всех остальных, и соединялись галереей, ведущей к первым этажам основного комплекса. Должно быть, там живут начинающие маги, но почему тогда башен пять? Подумалось Фиаме.

Вокруг прохаживались люди в похожих одеяниях фиолетового цвета с серебристыми лентами и оторочкой. Фиама брела наугад и вертела головой, стараясь всё как можно тщательнее рассмотреть. Окружающий вид заворожил её, и девушка совсем забыла о насущном. После экзамена говорили что-то о декане, который должен зачислить новеньких по прибытии в Академии. Где искать этого декана? Фиама постаралась собраться с мыслями. Ей нужно спросить дорогу, однако кругом сплошь юноши и мужчины, подходить к которым замкнутая девочке тринадцати лет страшилась. Засмотревшись стриженными кустами и сверкающими башнями, полукровка упустила из виду парня, которого зачислили вместе с ней. Он скорее всего знал, куда идти, или не побоялся спросить дорогу. Фиама мысленно корила себя и нервничала ещё сильнее.