Где наша не пропадала! - София Ваго

— Ириш, ты чего? Которые гнались за нами на гелике. Сейчас они проедут и мы рванём к нашему повороту.

— Оу! Похоже, я, погрузившись в воспоминания, пропустила всё самое интересное.

— Ты из-за своего юродивого что-ли взгрустнула? Ну больной он. На головушку и палку свою-вертухалку. Наплюй! Найдём здорового. Того самого. Даже в сто крат лучше. Вот увидишь!

— Не-е-е-т, я пас. С меня этого хватит.

— Неее зарекайся, — она с хитринкой посмотрела на меня.

Я закатила глаза. Нет уж, я больше в ЭТО не ввяжусь. А дети … Можно ведь и усыновить ребёнка из детского дома. Без наличия мужа сложнее, но осуществимо. Не обязательно рожать, тем более от кого попало. Я улыбнулась. Да, после развода займусь этим вопросом.

Мы взяли пакеты с позвякивающим содержимым и мелкими перебежками словно школьницы, которые украли бутылку Жигулёвского у бати, постоянно оглядываясь, побежали за угол магазина, к машине. Меня пробрало на дикий истеричный ржач.

— Ася, нам по 35 лет, а мы с тобой занимаемся всякой ерундой, — сквозь слёзы выдавила я.

— Ир, ты меня знаешь, я за любой кипиш, но сейчас душа требует градуса и баньки. Поэтому сегодня так, — она выглянула из-за угла, мимо заправки пронёсся тонированный в хлам гелендваген и из него орала песня “Мага”

— Всё, туристы на родину поехали, давай быстрей отсюда сматываться!

Мы пристёгиваемся в тачке, как Ася что-то поняла и посмотрела на меня: 

— Но я с удовольствием вернулась бы в город и напихала твоему будущему бывшему муженьку в панамку! —  она направила на меня свой указующий перст, — знай об этом.

— Обойдётся!

Машина выехала на дорогу, которая ведёт к моей деревне. Домишко там не сильно большой, но жить можно даже зимой. Два этажа, три комнаты и кухня. Ездила я туда сравнительно часто из-за бабули, и чаще всего с Асей и Саньком: речка, баня, шашлык, ягоды, грибы —  всё как положено. 

Энергетика у этого места просто бешеная. Подруга не упускает пошутить, мол, моя бабушка каким-то образом заколдовала это место, ибо деревья уже который год плодоносят, цветы стабильно цветут, хотя мы их и не сажаем —  можно было бы списать всё на то, что они многолетники, но наша соседка, тётя Нина, сказала, что это не так, и те цветы, что дала ей моя бабушка тоже цветут каждый год. Да та же Виктория радует нас ягодами и не зарастает сорняками. Чудеса! 

Помню, как провела здесь несколько месяцев, когда бабуля пропала. Было очень морально плохо, потому что моя единственная кровиночка просто исчезла... Это произошло четыре года назад. Помню как сейчас. В воскресенье я гостила у неё, а в понедельник поехала в командировку прямо с дачи. Тогда же она перестала отвечать на звонки. Я запаниковала и поехала к ней во вторник, но дома никого не оказалось. Тогда я написала заявление о пропаже человека. Полиция и волонтёры прочесали каждый уголок нашей местности, но так и не нашли её. 

Ася тоже жила здесь продолжительное время, когда умер Владимир. Саньку, или как просил его называть Владимир - Александру Владимировичу, их сыночку, тогда было всего два с половиной года. Наверное, я впервые увидела как моя всегда неунывающая подруга плачет. И её тихие слёзы были громче любой истерики. Да, это было тяжёлое время для всех нас. 

Я посмотрела в окно и поняла, что мы уже на подъезде к дому. На душе стало легче.