Избранница последнего из темных - Вероника Касс

— Ваше Величество Кириан, позвольте вам представить свою внучку, тену Катарину, — первой нашлась бабуля, тогда как король прожигал меня своим тяжелым взглядом.

Я присела, пытаясь изобразить что-то наподобие поклона, жутко злясь на саму себя за то, что так и не узнала, как правильно. Темный кивнул и сделал шаг в мою сторону.

— Покажите метку, тена Катарина, — хрипло сказал он, завораживая меня своим голосом, столько в нем было стали и силы.

— Ваше Величество, она не может. Метка находится в недопустимом месте.

— Что ты, — недовольно начал он и тут же осек себя, — тена Облэйн, я же только что вам говорил, как это некрасиво — пользоваться в своих целях сложившейся ситуацией.

Король стоял вполоборота ко мне и прожигал теперь взглядом бабулю. Он говорил деловито, холодно и отстраненно то же самое, что и минуту назад, но тогда это было более запальчиво. Сразу становилось понятно, что знакомство между ним и Анетти более близкое, чем они желали мне показать.

— Она находится вот здесь, — перебила я короля, что, наверное, было также недопустимо, и накрыла ладонью то место, где под тканью платья скрывалась моя татуировка.

Кириан резко повернул голову и опять уставился на меня своим тяжелым взглядом.

Да что же это такое? Я не барышня кисейная, чтобы вот так себя вести и реагировать, но этот мужчина выбивал из меня дух.

Наверное, потому, что он король и от него исходила просто невероятная аура силы. Да, все дело было только в этом. Именно в этом и никак не в том, что я поймала себя на желании убрать светлую прядь с его лица. Еще пара миллиметров, и та самая прядь упадет ему на глаза. Как король мог носить такую неприличную прическу?

Наверное, это было разрешено, ведь не зря мне так ни разу и не уложили волосы, лишь накручивали магией в крупные локоны. Должно быть, это что-то значило, но я ничего не знала. Совсем ничего. И этот вакуум незнания уже порядком мне надоел.

Быстрее бы расправиться со всем и засесть за продолжение дневника Катарины, а затем попытаться расшифровать вторую тетрадь. И лечь спать. Самое главное — лечь спать, ведь самая большая надежда до сих пор была на незнакомца в балахоне. Вдруг он опять придет и все мне объяснит?

Такая взрослая, Арин, а в сказки веришь.

Король тем временем колко мне улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, я позову Камиллу. В таком деле, — он опять повернулся к тене Облэйн, — я могу довериться лишь ей.

— Ваше Величество, неужели всех остальных девушек проверяли вы лично? — спросила Анетти и, когда король кивнул, а затем покрутил одно из колец на пальце, продолжила, словно что-то заподозрив: — И у всех девушек метки были на допустимых местах?

— Да, тена Облэйн, у всех до единой были метки на руках, — торжественно произнес он, будто бы уже уверился нашем обмане.

Бабуля хмыкнула, гордо задрав подбородок на его такую перемену, а я испугалась. И, как ни странно, испугалась я не того, что он не пустит нас на отбор, участвовать в котором я и так не особо-то и хотела, а того, что бабуля расстроится, если моя метка окажется ненастоящей.

Не знаю, как долго бы продлилась эта немая сцена, но дверь распахнулась и в гостиную влетела эффектная брюнетка в вишневом пышном платье, на вид того же возраста, что и моя бабуля.

— Тена Альтеро, добро пожаловать в мои покои, но постучать в двери перед этим было бы не лишним, — растянула губы в ядовитой улыбке Анетти, и я поняла, что эта брюнетка — наш враг. Я уловила волны негатива, наполнившие комнату, как будто Анетти задолжала той самой Камилле кучу денег — ну или мужа у нее увела.

— Это покои вашей сестры, тена Облэйн, не забывайте, — ядовито улыбнулась женщина, прожигая синими глазами бабулю.

— Это покои рода Облэйн, — холодно отчеканил Кириан, пресекая перепалку. — Камилла, посмотри на метку тены Катарины, чтобы мы наконец-то покинули светлых и дали им отдохнуть с дороги.

Брюнетка кивнула и гордой походкой направилась к моей комнате.

Вот это наглость. Позавидовать можно.

Я посмотрела на бабулю, та мне кивнула, и я только тогда, как послушная внучка, развернулась и пошла следом за женщиной в красном.

— Ну, показывайте, тена Катарина, — произнесла она, как только позади меня захлопнулась дверь. Но я вместо того, чтобы отодвинуть край платья, впервые задумалась о том, почему ко мне все обращаются по личному имени, а к бабуле и, получается, вот этой женщине — по имени рода.

Интересно.

— Ну и? — Женщина сложила руки на груди. — Мне сказать племяннику, что никакой метки нет?

Так вот кто она — тетка короля. Тогда понятно, откуда столько наглости и такое самомнение. Ну и я вообще-то не абы кто, а внучатая племянница королевы другой страны, и подумаешь, что не я, а всего лишь мое тело. Это совершенно неважно.

— Почему же? Все есть, тена Альтеро. — Не знаю, откуда во мне взялась такая непоколебимая уверенность в том, что метка именно та самая.