Зов страсти - Маргарита Чижова

Мой эльфийский наставник не уклонялся от беседы и даже обрадовался, когда я подсела к нему ближе, развернувшись лицом к походному костру.

— Признаю, что напрасно вспылила. Теперь я уверена: при встрече Валтаир сумеет все объяснить. Он мог повредить руку и смолчать об этом из скромности. Или понадеялся на красноречие друга, стесняясь так откровенно говорить со мной о своих чувствах. Да мало ли, какая может быть причина!

Капитан Ролло скептически приподнял бровь, давая понять, что все сказанное мной — чепуха:

— Стоило довериться цветам и ехать в Юастам-Кибит. Я предупреждал, но вы отмахнулись от моих слов.

— Укоряйте сколько хотите, только мое решение останется неизменным. Я должна объясниться с Валтаиром. И больше никогда так не делайте! Ваш поступок причинил мне боль.

Капитан сорвал травинку и, повертев ее двумя пальцами, бросил в огонь:

— Если бы я хотел сыпануть горсть соли на вашу сердечную рану, то поделился бы своими мыслями касательно этих писем. Но не буду. Вы все равно не поверите, мы разругаемся и на какое-то время перестанем общаться. А это серьезно повредит нашему общему делу.

— У нас есть общее дело?

— Разумеется.

— И какое же?

— Не-пред-ска-зу-е-мость! — напомнил капитан Ролло. — Придет день, и вы сами ответите себе, без моих подсказок.

— Это касается принца Нартила?

— Да. Возможно, чуть позже я попрошу вас о небольшой услуге. Или же справлюсь сам.

— Что вы планируете делать, когда мы доберемся до Синистрама?

— Искупаюсь, выпью чего-нибудь согревающего и хорошенько высплюсь.

— Я говорю о другом.

Эльф пожал плечами и неохотно произнес:

— Если у меня не останется иного выхода, придется вызвать вашего избранника на дуэль. Хотя, признаюсь честно, не имею желания его убивать.

— Даже не думайте о таком! — выкрикнула я, задыхаясь от возмущения. — Слышите? Я вам запрещаю!

— А что вы планируете делать? — нахмурился изгнанник. — Огорошите милого недоброй вестью: "Я предназначена принцу Нартилу. Извини, что так вышло..."? Или станете упрямо молчать, изо дня в день мучая себя и его?

— Я не знаю... — По спине побежали мурашки. — Должен быть какой-то выход.

— Когда на шее захлестывается петля, выходов только два: или разорвать ее, или повиснуть ногами вниз.

— Три, — я посмотрела на капитана с вызовом. — Третий: дождаться помощи. Ведь кто-то другой может сорвать петлю, не так ли?

Улыбка осветила лицо лорда Ролло:

— Есть леди из меди, есть леди из стали! Каблук их остер, как стилет. Любовь их — качели. Любовь их — метания. Капкана зубчатый браслет...

Я онемела, невольно заслушавшись: голос капитана был не таким чарующе золотым, как у прославленного барда Ингримиэля, но слова шли глубоко из сердца.

— Я прежде не слышала эту балладу. Как она называется?

— "Сказание о странствиях леди Кэсси".

Мое искреннее удивление капитан воспринял с иронией:

— Укоренилось мнение, что дело рубак — махать клинком, а переплетать слова надлежит поэтам с тонкими запястьями. Мой двоюродный племянник — превосходный музыкант, однако почти не покидает дворец и лишен жизненного опыта, позволяющего вольно и правдиво говорить о любви, разлуке или воинской доблести. Я восхищаюсь его талантом певца и никогда не откажу в помощи. Ингримиэль был одним из немногих, кто поддерживал меня в годы изгнания, и ему я обязан своим возвращением.

Меня осенила догадка:

— Так вот о чем шла речь в записке лорда Рихаза! Баллада о севере, которую спел Ингримиэль, была вашим посланием королю Лилий! Он догадался, что поэт лишь повторяет ваши слова, обдумал их и вернул вас из ссылки!

— Мы с королем заключили сделку.

— На балконе вы обмолвились, что везете перстень...

— Тише... — укоризненно шепнул капитан.

— А еще вы говорили, будто превосходно осведомлены о нравах зеленокожих!

— Тише, — повторил лорд Ролло. — Как гласит древняя мудрость, не подпускай куницу к затылку, а леди к делам высокой руки.

— Но вы подпустили! Не случайно, а умышленно. Значит, это наше общее дело! Мы должны исполнить королевскую волю. И я имею право знать, что он вам приказал.

Капитан задумчиво следил за тем, как огонь пляшет на тонких, изогнутых веточках. Потеряв терпение, я взяла эльфа за рукав:

— Ну же, не молчите!

— Мне нужно время, чтобы во всем разобраться.

— В чем? Вы ищите заговорщиков, которые замышляют недоброе и хотят как-то навредить королю? Верно?

— Отчасти.

— Вам нравится мучить меня недомолвками! — я отвернулась, обиженно поджав губы. — Играйте сами в свою игру. Я ухожу спать.

Поднявшись, я сделала шаг в сторону кареты. Лорд Ролло вскочил и попытался удержать мою руку, но в этот раз мне удалось переиграть наглеца. Пальцы эльфа лишь скользнули по ткани накидки.

— Леди Кэсси, — горячо прошептал капитан. — Будь у меня ответы... Клянусь, я...

Такой решительный, остроязычный с другими, сейчас он, словно робкий юноша, выглядел смущенным и растерянным. Выиграв несколько мгновений, эльф торопливо продолжил:

— Мораль — чудовищно неудобная штука. Она причиняет страдания не хуже тесных сапог. И выбор, на первый взгляд очевидный, может оказаться ловушкой. Я бы хотел поделиться с вами тем, что тяготит мое сердце, но в другое время и при других обстоятельствах.

Мы смотрели друг другу в глаза: он не решался обнять меня, а я, мечтая прижаться к его груди, оставалась неподвижной, словно вросший в землю камень. Время замерло и лишь треск сгорающих в костре веток отсчитывал для нас проведенные в полузабытье мгновения.

— Спокойной ночи, лорд Ролло, — я качнулась к нему, приподнялась на цыпочки и поцеловала в щеку.

— Тихой ночи, леди Кэсси, — Синие глаза капитана озарило безбрежное счастье, теплая и нежная улыбка эльфа вознаградила меня за смелость.

Устроившись на ночлег в карете, я еще долго смотрела в темноту. Неподалеку шумно фыркали кони, перекликались птицы и стихший на закате ветер, снова набрав силу, гулял по маленькому лагерю. На излете ночи певец весны — жаворонок — завел свою свадебную песнь, от которой мне сделалось и радостно, и тоскливо одновременно.

Ее грубо оборвал топот копыт и приглушенные мужские голоса.

Я испугалась, решив, что погоня настигла нас и вот-вот грянет бой, но приоткрыв дверь и выглянув в щелку, сразу же успокоилась. Прибывшие эльфы оказались моряками с "Белой Ладьи", примчавшимися на помощь своему капитану. Лорд Ролло вышел к ним навстречу и крепко обнял каждого.