Золотошвейка для оборотня - Li Litvinenko

— Э-ге-гей! — Прыгала в реку и потом в воде ждала веревку, которую ей кто-нибудь, сбросит, чтобы забраться обратно.

— А вдруг, — Стика похолодела от пришедшей в голову мысли. — Вдруг она выпала во сне и утонула? Или выбросилась… — Спик в ужасе прижала ко рту ладошку. — Она так боялась отбора! А я не успокоила и не поддержала её. Шутила и насмехалась над её страхами.

Губы девушке затряслись, она начала беззвучно плакать, прижав к груди сжатые в кулаки руки. Спика побежала в сторону лестницы, придумываю в голове новые версии пропажи подруги, одна другую страшней. Когда она оказалась у дверей главной наставницы, в её фантазиях Сбежу как раз доедал двухголовый дракон.

Через десять минут весь монастырь метался в тревоге.

Реку обыскивали орки- охранники, они на лодках плавали под стеной и длинными жердями — щупами проверяли дно. Берега проверяли гномы, как раз чинившие в монастыре крышу. Все десять рыскали по высоким камышам полностью их скрывавшим. Они все измазались в береговом иле и грубым словцом поминали вертлявую воспитанницу. Наставницы отправились на Людской мост и в торговые ряды на обоих берегах, поспрашивать, не видел ли кто чего.

Варди лично осматривал место, где обычно читала Сбежавшая. А ведь он знал, что она здесь прячется, и его не раз посещала мысль запереть лестницы, поднимавшиеся на крепостную стену. Теперь если девушка погибла, упав во сне в воду, ответственность за это будет лежать на его совести. Нет, судить его за несчастный случай с проклятой никто не будет, до них никому нет дела. Просто тролль сам себе не простит, что недостаточно оберегал своих воспитанниц.

В голове всплыли воспоминания об их со Сбежей первой встрече. Маленькая, очень бедная деревня. Ранняя весна, только начала выбиваться из земли первая трава. Солнце ещё не в силах прогреть воздух и по утрам изо рта идет пар. Сбеж, её называли каким-то другим именем, которое он не захотел запоминать, стоит за забором, огораживающим покосившуюся избенку. Худая девочка в нищенском платье с аккуратными заплатками, за ушами по бокам две тонкие, светлые косички, которые так туго заплетены что смешно топорщатся в разные стороны. Бледное лицо с красивыми глазами цвета бледных нефритов и смешные ушки с острыми кончиками. Из ворота платья, большого для неё торчит тонкая шейка и под кожей выстыпают острые ключицы.

Её не выпускали со двора, чтоб не разносила заразу. Если б не два обещанных золотых, дом давно бы сожгли, вместе с единственной оставшейся в живых обитательницей. Заплатив старосте, Варди открыл калитку. Малышка испугалась, не ожидая от незнакомца ничего хорошего. Она быстро юркнула в дом. Тролль скатал в моток чистую одежду для девочки и пошел следом. Болезни он не боялся, тролли небыли восприимчивы к Красному мору. Еще до того как он открыл дверь, его носа коснулся отвратительно- сладкий запах мертвечины. По словам старосты, её мать, вдовая крестьянка и ещё двое детей умерли ещё позавчера.

— Эй, малышка! Не бойся, я принес тебе поесть и чистое платье. — Варди замотал нос и рот шарфом, в доме стоял жуткий смрад. — Ты любишь красивые платья? Это красивое, тебе понравится.

Он попытался выманить её мягкой речью, но ребенок не выходил, где-то прячась.

— Посмотрите в сундуке, достопочтенный господин. — Прокричал подсказку, кто-то из местных, собравшихся на улице.

Тролль осмотрел комнату. На широкой кровати три тела прикрытые, слава небесам, одеялом. Стол и пара стульев у окна с цветочным горшком барадейника. А вот и сундук, за печкой. Он подкрался и резко откинул крышку. Она лежала, свернувшись клубочком, чтоб поместится в небольшом, грубой работы, сундуке с зажмуренными глазами, как будто надеялась на то что её не заметят. Варди протянул ей сверток:

— Вот одевайся, и пойдем, покормлю тебя.

Девочка замотала светлой, с рыжинкой головой.

— Нет? Тогда так… — Он хотел как можно скорее покинуть деревню и еще скорей этот пропахший смертью дом. Народ получил деньги и неизвестно что им теперь взбредет в головы.

Варди завернул, сопротивляющегося ребенка в скатерть, которая лежала под девочкой, оторвав от края сундука, цепляющиеся за него, тонкие пальцы. Выйдя из дома, он развязал на лице шарф и полной грудью вдохнул чистый воздух. Хорошо, что он не успел еще позавтракать. Тролль положил спеленатую ношу в повозку и поехал из деревни, не на кого не глядя и не попрощавшись. Люди, косясь с опаской, отступали с его пути как можно дальше.

— Помойте её в реке и сожгите её одежду. На ней может быть зараза. — Крикнул довольный староста, ему в след.

— Поджигай! — Скомандовал он, уже односельчанам.

За поворотом дороги, где до него, все еще отчетливо, доносился запах дыма, девочка освободилась и прыгнула в высокие кусты терна, росшие по обочине дороги. Она рванула в сторону деревни, видимо намереваясь вернуться.

— Стой глупая, убьют же тебя. — Давно не приходилось бегать представительному троллю, но у ребенка ослабленного болезнью, сил было ещё меньше. Пойманную, обессиленную пичугу, он нес назад, подмышкой, тяжело дыша. — Ну что не случается — к лучшему, — Сипел загнанный тролль. — Вот пока гонялся за тобой, имечко подобрал подходящее — Сбежавшая, из созвездия Большой Медведицы! Звучит!

Вард вынырнув из воспоминаний, наклонился, подобрав с подушки, брошенной у стены на камни, её шаль. Золотой фантик выпал зашелестев, из тонких складок и гонимый ветром полетел в сторону лестницы. Он сделал несколько быстрых шагов, догоняя и наступил на него туфлей.

— Так, так, так! — Вертел тролль в пальцах, неожиданную находку. Запах дорогого шоколада, отчетливо слышался от блестяшки. Такое лакомство продаётся на другом берегу, в лавке заносчивой эльфийки. Когда Золотошвейный приют только открылся, он собирался делать у неё заказы на праздники. Но та была сильно высокомерна при общени, и тролль оставил эту затею. Конфеты, отличного качества, он покупал здесь у человечков и гораздо дешевле. Вопрос — как, такое редкое лакомство попало к Сбеж?

Находка заставила его другими глазами оглядеть пол вокруг. И потом он заметил мешочек с искусной, но явно не местной вышивкой. А через час из города примчалась запыхавшаяся наставница Вирода и сообщили ему очень интересную новость.

— Кузнец-гном, завсегдатай «Речной таверны», мочившийся с Людского моста в реку (эту подробность очевидцу можно было бы, и упустить) видел, как девушка прыгнула со стены монастыря в воду к ждавшему её в лодке оборотню.

— Это как он (наверняка пьяный), с моста, понял, что в лодке оборотень? — Спросил, недоверчивый Варди.

— Так тот перекинулся в волка, когда ловил её в реке.

— Допустим, я поверил. Дальше? Что с девушкой? — Торопил тролль, прохаживаясь нервно по своему кабинету, где выслушивал наставницу.

— Они поднялись в лодку и уплыли. Девушка была в порядке и целовалась с этим мерзавцем! — Уже громче и зло, закончила Вирода. — И когда успел окрутить глупышку?

— Да, успел… — Дождавшись пока наставница покинет комнату, проговорил в размышлении дядюшка Варди. — Накануне отбора и совершенно бесплатно!