В интересах государства - Алекс Хай

Дышать в темном мешке было трудно, и я приноровился не сразу. Мы ехали молча — Корф и шофер на переднем сидении, я и еще один боец — на заднем.

Мой сосед был явно наделен Благодатью — я чувствовал присутствие чужеродной силы, и моя собственная отреагировала враждебно. Едва успокоил.

— Куда мы едем?

— Увидите, ваше сиятельство. Беспокоиться не стоит.

Сперва автомобиль шуршал по грунтовке аллеи, затем выехал на асфальтированную трассу — в сторону города, судя по тому, как меня мотнуло влево. Но после нескольких поворотов я перестал ориентироваться и направления определить уже не смог.

Автомобиль, кстати, оказался интересным. Еще возле дома я успел отметить плавные линии кузова, но никакой серьезной электроники в нем явно не было. Марка оказалась незнакомой, но я увидел на капоте изящный значок в виде крылатой девушки.

— Вальтер Макарович? — глухо позвал я из-под мешка. — Разрешите вопрос.

— Конечно, Михаил.

— Вы сказали, что теперь я не смогу пользоваться электроникой. Совсем?

— Увы, да.

— Хмм… И как тогда жить?

Пистолет Пистолетыч выдержал паузу, подбирая слова.

— Привыкнешь, но не сразу, — признался он. — Ни мобильников, ни компьютеров, ни навороченных автомобилей с навигаторами у тебя не будет. Вернее, рядом с тобой они просто станут на время выходить из строя. А если переборщишь с силой, то и вовсе поджаришь. И сразу предупрежу: тебе придется хуже остальных, поскольку ты уже познал прелести мгновенной коммуникации. Отныне для тебя все будет иначе.

— Значит, люди с высоким рангом Благодати живут как в девятнадцатом веке?

— Ну, кое-какие блага прогресса у нас все же имеются. Электричество работает. Старые телефоны — тоже. Но с интернетом придется попрощаться. Впрочем, наделенные Благодатью могут освоить навыки ментальной работы и переговариваться друг с другом на расстоянии при помощи собственной силы.

Ого!

— Даже так…

— Если поступишь в Аудиториум Магико, впоследствии обзаведешься собственным секретарем, — добавил Корф. — Будет выполнять за тебя работу, которую ты сам делать не сможешь. Хотя в Аудиториуме принято… Скажем так, довольно старомодное обучение.

— Бумажные книги и конспекты?

— Да. И не только.

— Розгами, надеюсь, пороть не будут? — усмехнулся я.

— Там предусмотрены наказания похуже. А свод правил довольно строг.

— Ясно. Значит, поэтому у вас такой странный автомобиль?

— Верно.

Видимо, в этом мире под нужды наделенных Благодатью велись особые разработки. Может даже целые бренды создавали. Впрочем, судя по всему, большинство аристократов могли позволить себе большие траты.

Пока мы ехали, я размышлял, каково вообще живется одаренным в мире, где им невозможно пользоваться ни мобильниками, ни компьютерами, ни интернетом. Когда за могуществом приходится расплачиваться не просто комфортом, а откатываться в быт прошлого.

Что ж, скоро узнаю все нюансы на своей шкуре. Куда интереснее было бы понять, насколько велико расслоение между «благодатной» аристократией и обычными людьми.

— Еще вопрос.

— Вы очень любопытны, ваше сиятельство, — по голосу тайного советника я понял, что он улыбнулся. Прозвучало неожиданно тепло. — Но в твоем положении это понятно.

— Вы же проломили не все мои ментальные блоки. Как тогда выяснили, какой ритуал проводил отец?

— Это моя работа, Михаил. У таких, как я, есть способы выяснить не только ранг примененной Благодати, но и понять, на что была потрачена сила.

— Если бы я не согласился, вы бы действительно упрятали отца за решетку?

— Боюсь, что да.

— Даже зная, что в этом ритуале не было дурного умысла? — удивился я.

Корф устало вздохнул.

— Закон един для всех, Михаил. И особенно строг он к наделенной Благодатью аристократии. Если не держать в узде могущественных колдунов, мир впадет в хаос. Именно поэтому император особенно тщательно следит за одаренными. И уж тем более он не допустит, чтобы Благодать применяли во вред подданным. Чем выше положение в обществе, тем больше ответственности.

— Но мой отец никому не причинил вреда… Просто вызвал мой дух. Я и так умер в своем мире.

По движению воздуха я понял, что Пистолет Пистолетыч наклонился в мою сторону.

— Михаил, когда я ломал твои ментальные барьеры, ты шарахнул меня Благодатью не ниже четвертого ранга. Чертвертого! — громким шепотом повторил он. — Так быть не должно. У нормального человека ранг не скачет.

— Четвертого… Но как это возможно?

— Это нам еще предстоит выяснить. Одно я знаю точно: оставлять тебя среди гражданских, которые не смогут контролировать то, что с тобой происходит, небезопасно. Поэтому я забрал тебя с собой.

Я откинулся на мягкую спинку заднего сидения, все еще не веря своим ушам.

— Но ведь Око показало седьмой ранг…

— Верно. Но, поверь, ты бил четвертым.

— Ничего не понимаю.

— Теперь ты понимаешь, почему мы запретили ритуал? Ты один переполошил весь дом и заставил меня попотеть. Представь, если каждая семья решит обзавестись наследником посильнее?

— У вас появится очень много работы…

— Именно. А нам и так есть чем заняться.

Корф снова замолчал, а я переваривал услышанное. Ну и ну! Мало того, что очнулся в теле аристократа, так еще и оказался опасен для всех окружающих. В таком случае пистолет Пистолетыч был прав: меня следовало забрать, пока вышедшая из-под контроля сила не размазала кого-нибудь по стенке.

Время явно было позднее, меня ужасно клонило в сон. Желулок стонал от голода — с самого пробуждения я не перехватил ни крошки. Да и в пижаме было некомфортно. Чертов Корф, ну мог ведь дать спокойно переодеться. Почему он так торопился? Неужели несколько минут могли что-то решить?

Трудно сказать, сколько мы ехали. И только я прикорнул, как автомобиль мягко затормозил и остановился.

— Приехали, — донесся глухой голос тайного советника с переднего сидения.

Кто-то открыл дверь, бережно взял меня за плечо и помог выйти.

— К чему все эти предосторожности? — пробубнил я сквозь мешок. — Мне ведь даже разболтать некому.

— Для твоей же безопасности, — ответил Корф. — Не забывай, ты у нас необычный. И пока что секретный. В люди мы тебя выпустим только после того, как научишься контролировать свой поток силы.