Ведьмина тайна - Дарья Гущина

Цель магии – заставить ближнего

усомниться в реальности.

Амели Нотомб «Человек огня»

После ужина, вооружившись блокнотом и ручкой, я отправилась на прогулку по садовому обществу. Оказалось, двенадцатый час ночи – самое время для сбора необходимых сведений. Дачники, наконец забыв о грядках и парниках, жарили шашлыки, выпивали после бани и были чрезвычайно расположены к общению. Особенно на сакраментальную тему.

Чтобы я не заплутала в потемках, председатель выделил мне провожатого – одного из своих многочисленных внуков. Мальчишка, названный в честь деда, бойкий и вихрастый, двенадцати лет от роду, едва мы вышли за калитку, сразу раскритиковал мой «допотопный» подход к работе.

– Щас же девайсов дофига, – втолковывал он с напыщенным видом. – Даже ваши диктофоны и фотики – прошлый век! Один телефон с собой взяли – и всё! Хотя, конечно, – протянул с тяжким вздохом, явно копируя деда, – ваш сотик, уж простите, отстой.

Я, слушая его вполуха, только улыбалась да по сторонам поглядывала. Тлели летние сумерки, над домами густо стелился сизый банный дым, а воздух пропитывали запахи костра и жареного мяса. И почти с каждого двора слышался возбуждённый гвалт.

Обсуждали обитатели садового общества, само собой, одно и то же – оборотня. Писк сезона и гвоздь программы. Сегодня как раз полнолуние, и в каждом третьем дворе собрались тусить большой компанией всю ночь, чтобы лично отловить пушистого мерзавца и… Аминь.

Тимофей-младший всю дорогу с умным видом вещал про любимые девайсы с «офигенным звуком» и «крутыми подсветками», но я его не слушала – я находилась там, среди дачников, невидимым и очень заинтересованным слушателем. И только и строчила в блокноте, замирая у очередной ограды.

«У нас на Огуречной он все грядки вытоптал, скотина, на пяти участках, прям вот подряд!..»

«А у нас на Рябиновой ни разу не был…»

«А на Помидорную заходил, Петровна сама видала!..»

«А на Виноградной, у Макаровых, которые в синем доме, на стене такое написал, гадёныш!..»

Сплетни – самый лёгкий источник информации всех времён и народов, да. На правах рекламы.

За час с копейкой мы обошли всё общество. Стемнело, и на ухоженных аллеях зажглись яркие фонари. Остановившись под одним, я бегло просмотрела записи и перебила пацана, который пошёл со своими девайсами уже на пятый или шестой заход.

– Скажи-ка, парень, с телефоном ты как быстро проведёшь опрос местного населения, а?

– Э-э-э… Ну-у-у… – запнулся мой провожатый.

– Мы сейчас на какой улице находимся? – я перелистнула исписанное и открыла чистую страницу.

– На Помидорной, – послушно ответил Тимофей.

– А Петровну отсюда знаешь?

– Вот этот вот дом, – он показал на кирпичную одноэтажку рядом с нами, утопающую в разноцветных люпинах.

– А где находится Виноградная? – я начала чертить в блокноте план.

– А вам зачем? – заинтересовался мальчишка.

– Ответь на вопросы, и я с первого раза угадаю, где этой ночью появится оборотень, – я подмигнула. – Лады?

– Ну окей, – он недоверчиво кивнул. – Вот там Виноградная, слева от нас и Помидорной.

Через десять минут, внимательно изучая план нападений «превращенца», я пришла к двум выводам.

Первое: он ходил окраинами, чтобы легче было драпать. Истоптал две крайние аллеи, левая из которых упиралась огородами в дикое поле с травой-по-пояс, а правая – в лесок. Плюс пошуршал рядом с первым и последним участками на каждой садовой аллее, которые, опять же, кончались полем или леском.

Второе: «оборотень» был не один. Их двое или трое. Один ходил исключительно по крайним улицам и всегда по клубнику. Второй огородами вообще не интересовался, лишь пугал из бани или с качелей. И кто-то – или из этих двоих, или всё же третий – написал популярное матерное слово на стене дома учительницы русского языка и литературы, причём с ошибкой в окончании, что её крайне возмутило.