Магия тёмная и загадочная - Келли Пауэлл

Она вышла в коридор и направилась вниз по лестнице, прошла через рабочий этаж и вышла на улицу. Все еще будучи в состоянии оцепенения, пару раз споткнулась о булыжники. Свежий утренний воздух заставлял глаза слезиться; она вытерла их тут же, как вышла на улицу, где располагалась часовая мастерская. На двери все еще висела табличка «ЗАКРЫТО», но Кэтрин постучала, надеясь, что кто-нибудь услышит и откроет.

Так и произошло.

– Доброе утро, мистер Нолан.

Гай не выглядел так, будто успел отдохнуть в ее отсутствие. Он был опрятен, одет в рубашку с воротником и темные брюки, а жилет дополняла золотая цепочка для часов. Но лицо было бледным, а глаза замутненными от недостатка сна.

– Мисс Дейли, – приветствовал он. – Я не знал, что вы придете так рано.

Она переступила порог и понизила голос до шепота.

– Как он?

– Лучше, чем был ночью. – Гай пристально посмотрел на нее. – Он плакал, пока не заснул.

Когда Кэтрин ничего не ответила, он развернулся и повел ее вверх по черной лестнице. Дорога была темной, тесной, ступеньки под ними скрипели. Это напомнило ей типографию, и этой мысли было достаточно, чтобы внутренности сжались. У нее есть время до конца дня, чтобы найти часы, но как она могла сделать это, если даже не представляла, где они могут быть?

Лестница привела их в узкий коридор с узорчатыми обоями. Кэтрин последовала за Гаем через открытую дверь на кухню. Это была довольно большая комната со столом и шестью стульями, камином и полками с посудой над кухонной стойкой. Медные кастрюли и сковороды висели на крючках у стены, а на плите стоял чайник с закипающей водой. Окно было приоткрыто, пожелтевший край кружевной занавески развевался над подоконником. Несмотря на то что мебель была порядком изношена, все выглядело аккуратным, безупречно вымытым и ухоженным. Кэтрин столь же внимательно заботилась о своих немногочисленных ценных вещах.

Оуэн сидел за столом, но вежливо встал, когда они вошли в комнату. На столе перед ним стояла подставка для тостов, почерневшая по краям, а в воздухе витал слабый запах гари. Утренняя газета и очки Гая лежали напротив. При дневном свете, окруженный такими обычными вещами, сам Оуэн казался менее бесплотным, чем прошлой ночью.

– Доброе утро, мисс Дейли, – тихо сказал он, опустив глаза.

– Доброе утро. – Она двинулась вперед, чтобы сесть. – Как поживаете?

– Хорошо, спасибо, – кивнул он, откинувшись на спинку стула.

Но выглядел Оуэн таким же сонным, как и Гай. Похоже, юноша был одет в одежду Гая, она немного болталась на его худощавой фигуре, но волосы были аккуратно причесаны, а глаза были не черными, как ей показалось ночью, а темно-орехового цвета.

– Я должен извиниться за свое поведение прошлой ночью. Я благодарен вам и мистеру Нолану за то, что вы так милосердно приютили меня. Но не хочу пользоваться вашей добротой, найду работу, место для ночлега и больше не буду вас беспокоить.

У девушки было чувство, что это она и Гай должны извиняться. Хотя Оуэн, безусловно, все еще лежал бы в земле, если бы не они. Как бы Кэтрин ни была этим поражена, ее мыслями все еще двигал эгоизм.

При помощи этого юноши она могла найти часы и сохранить работу.

Он не мог просто взять и уйти.

– Ваше решение делает вам честь, – сказала она ему. – Но найти работу в этом городе не так-то просто.

– Оуэн, – начал Гай, возвращаясь к своему креслу с чайником в руке. – Возможно, вы захотите сказать мисс Дейли то, что говорили мне.

Оуэн выпрямился.

– Я хотел бы выбрать фамилию. Называть друг друга по имени вряд ли уместно, ведь мы близко не знакомы.

Гай взял свои очки для чтения и устремил взгляд в газету.

– Я видел ваш череп, – пробормотал он. – Думаю, это неплохо нас сближает.

Казалось, Оуэн немного расстроился. Надеясь утешить его, Кэтрин взяла чайник и налила ему чаю.

– Конечно же, вы можете выбрать себе фамилию.

– Ну, я… Да, хорошо. Можете звать меня Смит.

– Смит? – Гай внимательно посмотрел на него через оправу очков. – Хорошо. А теперь, может быть, поведаете мисс Дейли о том, что произошло?

Кэтрин сложила руки на коленях, пытаясь не думать о собственных заботах, о которых так и хотелось рассказать. Оуэн возился со своей чашкой.

– Ночной кошмар, – пробормотал он. – Я подумал, может быть… может быть, это было…

– Воспоминание? – Эта возможность потрясла ее. – Что это было?

Его рот искривился.

– Имейте в виду, что это был сон, и притом ужасный.

Сидящий рядом с ней Гай отложил газету и мрачно посмотрел на Оуэна. Кэтрин задалась вопросом, каково ему было – привести этого юношу в свой дом, слышать, как тот плачет в ночи. Подобно тому, как дневной свет рассеивал всю странность Оуэна Смита, он также придавал Гаю Нолану вид хладнокровного человека, равнодушного к этой волне перемен.

Ссутулив плечи, Оуэн взял кусочек тоста и заговорил.

– Я гулял, не знаю где, и кто-то сзади схватил меня, потащил в переулок. Я почувствовал у шеи что-то острое. – Он прижал пальцы к впадине на горле, как будто искал шрам, но бледная кожа была гладкой, без следов. – А затем проснулся.

– И вы не видели человека? – спросила Кэтрин.

Оуэн покачал головой.

– Как я могу быть уверен, что это вообще происходило? – Он уставился на кусочки тоста на своей тарелке, голос стал тихим и сдавленным. – Почему кто-то убил меня?

Вздохнув, Гай снял очки.

– Послушайте, – сказал он. – Нам пока не нужно волноваться. Слава богу, у нас нет убедительных доказательств того, что вас убили.

Его слова могли прогнать ночной кошмар прочь, если бы сцена, которую описал Оуэн, не казалась такой реалистичной. Кэтрин налила себе чая с молоком, крохотная чайная ложка звенела о стенки чашки.

– Есть способ выяснить это, – проговорила она.

Оуэн встретил ее взгляд, лицо было печальным.

– Как, мисс Дейли?

Она слегка улыбнулась ему.

– По записи о вашей смерти.