«Попаданец» в СС. Марш на восток - Максим Шейко

Весна 1941 года все уверенней вступала в свои права, но в Европе пробуждающаяся после зимней спячки природа радовала далеко не всех. Теплые весенние ветры отчетливо веяли новой войной.

– Генерал Гальдер, я хочу знать, как то, что сейчас творится на Балканах, укладывается в прогнозы ОКХ[14]?

– Вполне укладывается, мой фюрер.

– Неужели? – Голос Гитлера обильно приправлен сарказмом.

– Именно так. Англичане делают именно то, что мы и ожидали – стараются навязать нам войну на периферии. В районах со слабо развитыми коммуникациями и инфраструктурой, что лишит нас нашего преимущества в мощи и мобильности и позволит англичанам в полной мере реализовать их превосходство на море.

– Да что вы говорите? Гальдер! Я не хуже вас знаю, чего хотят англичане! Я хочу знать: что, по вашему мнению, нам теперь делать? По требованию ОКХ мы отказались от прямого воздушного наступления против Англии. Отказали в помощи нашим союзникам-итальянцам в Африке. И что в итоге – англичане разбили итальянцев в Африке и, самое позднее через несколько месяцев, полностью оккупируют все итальянские колонии. А теперь они еще и высадились в Греции! Вы и ваши хваленые аналитики представляете, чем это нам грозит? Или мне напомнить вам, что теперь до нефтепромыслов Плоешти может достать любой британский бомбардировщик?

– А количество истребителей и тяжелых зенитных орудий в люфтваффе небезгранично. Мы не можем одновременно прикрыть Фатерлянд, оккупированные страны Европы, будущий Восточный фронт, а теперь еще и Балканы в придачу! – Геринг меньше всего на свете любил признавать ограниченность своих возможностей в чем бы то ни было, но упустить такую возможность лягнуть «сухопутных» генералов он просто не мог.

– Во-первых, требования ОКХ были всецело поддержаны и утверждены вами, мой фюрер. Во-вторых, правильность наших расчетов полностью подтверждается ходом событий и разведданными, поставляемыми Абвером и РСХА. И, наконец, в-третьих, действия англичан ожидаемы и в какой-то мере, как ни странно, выгодны нам. – Гальдер предпочел никак не реагировать на выпад «борова».

– Выгодны?! Нам?!!

– Да.

– Поясните, генерал. И предупреждаю: ваши объяснения должны быть ОЧЕНЬ убедительными.

– Конечно, мой фюрер. Все дело в том, что у Британии недостаточно сил для открытого противостояния с нами. То есть они не могут осуществить высадку во Франции, например. В таком случае мы их просто сомнем, так как наши сухопутные и военно-воздушные силы намного превосходят британские как в численном, так и в качественном отношении. Поэтому единственный шанс нанести нам хотя бы локальное поражение заключается для англичан в том, чтобы вести боевые действия там, где мы не сможем в полной мере реализовать эти свои преимущества, вернее, первое из них.

В этом отношении Балканы являются практически идеальным местом для приложения военных усилий Британии. Этот регион достаточно беден дорогами и также слабо связан путями сообщения с центральными областями Европы. То есть, с точки зрения англичан, нам будет достаточно сложно перебросить в этот район крупную группировку войск и абсолютно невозможно развернуть там главные силы наших сухопутных войск и авиации. В основном по причине сложностей со снабжением. Также нам будет крайне затруднительно использовать в этом гористом и бездорожном регионе высокую подвижность и ударную мощь наших механизированных соединений.

К тому же не следует сбрасывать со счетов исторический интерес Британии к этому уголку Европы. В конце концов, у англичан есть достаточно недавний опыт создания Салоникского фронта во времена Великой войны.

– Да и Дарданелльская операция в пятнадцатом году проводилась по инициативе в первую очередь Черчилля, который теперь возглавляет британское правительство и, по данным РСХА, практически единолично определяет внешнюю политику и основные направления военной стратегии Британской империи. – Гальдер невозмутимо кивнул шефу РСХА, благодаря его за полезный, но не обязательный аргумент.

– Хорошо, генерал. То, что высадка англичан на Балканах, для вас не новость, я уже понял. Но я по-прежнему не понимаю, какая в этом выгода для нас! Мы отказались от любых вспомогательных операций за пределами Европы, в том числе и весьма перспективных. Отказались ПО ВАШЕМУ требованию! Мы фактически перешли к обороне в воздухе, не нанося даже ударов возмездия по Британским островам в ответ на их ночные террористические налеты на наши города и ограничившись лишь атаками на конвои в Ла-Манше. Все это делалось с одной-единственной целью, на которой ОКХ неустанно настаивал, – сосредоточить максимум сил для восточного похода. И вот теперь, буквально накануне нашего выступления, британцы высаживаются на Балканах и ставят под угрозу все наши операции!

– Требования ОКХ были направлены лишь на максимально эффективное выполнение задач, изложенных в директивах ОКВ[15]о подготовке восточного похода. – Гальдер упорно не желал брать на себя всю ответственность за сложившуюся ситуацию, справедливо указывая Гитлеру на его непосредственное участие в принятии судьбоносных решений. Такой подход фюреру никогда не нравился. Ситуация грозила закончиться скандалом, и Гейдрих вновь поспешил на помощь начальнику штаба сухопутных войск.

– Мой фюрер, в том, что ситуация сложилась именно так, виноваты в первую очередь итальянцы. Именно их идиотское по сути и бездарное по исполнению нападение на Грецию дало англичанам возможность закрепиться в данном регионе. Если бы не это обстоятельство, то война была бы ограничена рамками североафриканского побережья.

Гитлер, скрипнув зубами, сжал кулаки и, в упор уставившись на Гейдриха, проговорил, словно с усилием цедя каждое слово:

– Не напоминайте мне о них, Рейнхард! Я не хочу сейчас ничего слышать об этих макаронниках! Я хочу знать: как теперь выбраться из сложившейся ситуации с наименьшими потерями? Итальянцы не в состоянии удержать греческий фланг, это совершенно очевидно. Значит, нам придется вмешаться, либо выделив армейский заслон и соответствующие силы люфтваффе для прикрытия румынских нефтепромыслов и транспортного пути по Дунаю, либо атаковав британские и греческие силы. В первом случае мы ослабим свою ударную группировку на востоке, во втором – неизбежна потеря времени на перегруппировки и, соответственно, задержка с началом восточной кампании.

– Совершенно верно, мой фюрер. – Всем своим видом Гальдер излучает уверенность и спокойствие, резко контрастируя с нервно-возбужденным Гитлером. – Именно поэтому я и сказал, что высадка англичан на Балканах в какой-то мере выгодна нам. Вернее будет сказать, что их высадка в этом районе является для нас более предпочтительной, чем, скажем, в Норвегии или на Пиренейском полуострове.