Ведьма на службе - Медея Душицина

– Сойдет, – прокомментировала Маруся.

Она поставила переноску со своим котом на пол, открыла ему дверь. Белоснежный кот с несколькими серыми пятнами осторожно вышел из своего убежища. Принялся оглядываться.

– Марку драть нечего, – усмехнулась я. – Если только диван...

Маруся всегда мечтала жить со своим котом. Но так как в месте, где она жила и работала, квартира была съемной, Марк жил с ее родителями в родном городе Муси. А сейчас переехал вместе с ней в Москву.

– Работу найду, начну искать съёмную квартиру, куда пустят с котом, – сказала подруга. – Может быть, где-то будет похожий ремонт.

– Да живи пока со мной.

– Ты же знаешь, мне еще ни разу не удавалось пожить одной... То с родителями жила, то с соседками. А так хочется! – Маруся плюхнулась на диван.

– Удастся.

– Это ведьма в тебе говорит?

– Это говорит твоя подруга.

Маруся хихикнула и прикрыла глаза. Я же начала разбирать свои вещи. Они уместились в два чемодана и две спортивные сумки. Что осталось, мама обещала отправить позже – три стеллажа моих книг, и еще кое-что по мелочи.

В шкафу в прихожей обнаружился пылесос, гладильная доска и сушилка. Новые. Задумчиво почесала скулу. Они это для меня, что ли, прикупили? Какие молодцы!

Вскоре и Муся взялась за свою одежду. В первую очередь она поставила Марку лоток и миски.

– Чистая квартирка то! – заметила подруга. – Вон как тебя ждали! Я в ванной видела даже всякие средства для уборки, пачку мыла и стиральный порошок.

– Какой стиральный порошок? – насторожилась я.

– Обычный.

– Вот блин!

– Отдашь кому-нибудь, – пожала плечами Муся.

– Тебе и отдам, когда съезжать будешь.

Дело в том, что на обычные стиральные порошки у меня была аллергия. И моя семья из-за меня пользовалась только детскими.

Вспомнив про семью, тут же позвонила маме.

– Алло! – воскликнула она в трубку. – Я на работе, некогда. Скажи – как долетела?

– Ужасно! – оповестила маму я.

Зря так сказала. Мама сильно испугалась, и я мысленно дала себе подзатыльник.

– Все нормально. Просто я очень боялась, и меня накачали валерьянкой. Муся же со мной была, сообразила.

– А Муся что там делает? – поразилась мама.

– Со мной поехала.

– Тоже ментом будет?

Я закатила глаза:

– Нет. Ладно, мам, работай. Мы вещи тут разбираем.

– Гоше позвони.

– Зачем?

– Он переживает.

Я не поверила ее словам. Но братику позвонила. Гоша отозвался как обычно невежливо:

– Че надо?

– Офигел, мелкий? Как с сестрой разговариваешь? Мама сказала, что ты переживаешь, а ты мне хамишь!

– Ну ладно, прости, – пошел на попятную братец. – Как долетела?

Я пересказала свое путешествие и обругала всю систему такого средства передвижения. Ожидала, конечно, сочувствия, но Гоша только посмеялся.

– Я бы на тебя посмотрела! – прошипела я. – Сам, когда на нестрашный аттракцион сел, побелел как сугроб в феврале!

– А че как сугроб то сразу?..

– Хотела сказать как покойник, да пожалела тебя.

– Ведьма!

– Я в курсе.

Мы попрощались с Гошей. А с Марусей доразбирали вещи и направились в магазин. Я переоделась в черную футболку и такие же джинсы. Подруга меня оглядела, скрестила руки на груди и покачала головой.

– Что не так? – поинтересовалась я.

– Раньше в тебе было хоть что-то цветное.

– Очень смешно!

– Дусь, ну серьезно! Когда ты была подростком, ты тоже не отличалась любовью к ярким цветам, но у тебя было хотя бы какие-то розовые, голубые, фиолетовые вещи...

– У меня и сейчас есть.

– Раз-два и обчелся. У меня такой вопрос... Тебе в черном не жарко?

– Сейчас лето прохладное.

– А когда солнце? У тебя ведь и купальник черный.

– Да я привыкла.

На этом мы наш разговор окончили. Вообще, Муся была права. Чем старше я становилась, тем чернее была моя одежда. Не знаю, в чем причина, но с каждым годом яркие цвета мне нравятся все меньше и меньше. Я чувствую себя в них неуверенно. Не во всех, всегда найдутся исключения. Муся же в этом была моей противоположностью. Ей нравились светлые тона. Не всегда яркие, но обязательно светлые и нежные. И ткани она предпочитала воздушные, тогда как я тяжелые и плотные.

Мы обулись, погляделись в зеркало, немного покривлялись. Маруся поправила полосатые зелено-коричневые штаны, белый вязаный топ, накинула на плечи легкую рубашку. Я распустила волосы, собранные в хвост. И мы вышли из квартиры.

Супермаркет находился в нашем доме. Мы накупили продуктов, подходящий мне стиральный порошок, душевые принадлежности, и довольные пошли домой.

– Сейчас я очень рада, что согласилась с тобой поехать в Москву! – сказала Муся, когда мы поднимались на лифте.

– Мне как-то безразлично все происходящее, – призналась я. – Может я до сих пор не осознала все, а может просто приняла это как должное. Единственное, что мне здесь не нравится – это воздух, количество народа и бешеная активность. Мне бы что-нибудь поспокойнее...

– Ты привыкнешь.

– Сомневаюсь. Ты ведь знаешь, что я не умею привыкать.

– Ты не умеешь привыкать к тому, что тебе не нравится. А ведьмачить тебе ведь нравится?

– Не уверена. Я никогда не думала об этом, как о том, что может нравиться. Я просто понимала, и понимаю, что без магии не смогу. Без магии я умру. Моя жизнь превратится в унылую жвачку, от которой я расхочу жить.

Муся, услышав в моем голосе что-то нехорошее, попыталась перевести тему.

– Не киснем, да, Дуся? Все будет хорошо! Может, посмотрим сегодня фильм какой-нибудь?

Я согласилась.

Три дня выходных я с подругой обследовала местность вокруг своего дома. Неподалеку оказался пункт выдачи одного интернет-магазина. Я сразу же заказала себе восковые свечи, веники трав, соль, иглы, нож и прочее, что может понадобиться для работы с магией. Не знаю, что меня ждет, но нужно быть готовой ко всему.

Столичные цены меня не радовали. А подругу не радовало отсутствие подходящей для нее работы.

– Может, баристой? – размышляла она, когда мы зашли в кофейню возле дома.

– Тебе придется кривляться перед людьми и выслушивать их бесконечные претензии, – услышала она от меня.

Мы ели мороженое и пили капучино. За окном парило солнце, что было удивительно для лета в этом году. Люди ходили в открытых нарядах. И Маруся в честь такого солнечного дня тоже вырядилась. Надела белую тоненькую майку и миди-юбку в цветочек. Даже про украшения не забыла. Она любила бижутерию. Ну а я... А у меня из-за жары не было настроения. А когда у меня нет настроения, я хочу закрыться от всего мира. Поэтому я и закрылась кепкой, солнцезащитными очками. Если б не жара, обязательно надела бы худи! Но пришлось носить темно-серую футболку и джинсовые шорты.