Исцеление смертью - Джеймс Дэшнер

Минхо с Ньютом не успели ответить — вернулся Крысюк. Но судя по выражению их лиц, они были заодно с Томасом. На все сто.

В комнату стали входить новые люди, одетые в мешковатые зелёные комбинезоны с логотипом ПОРОК на груди. До Томаса вдруг дошло, что в этой игре — в этом так называемом эксперименте — всё было продумано до малейших деталей. Похоже, даже само название организации само по себе тоже служило Вариантой. Слово явно носило зловещий характер, и тем не менее им то и дело твердили, что ПОРОК — это хорошо. Конечно, это тоже Варианта — посмотреть, как мозг исследуемого будет реагировать на постоянно повторяющийся злобный раздражитель.

С самого начала вся эта затея была ребусом, игрой в угадайку.

Врачи (судя по словам Крысюка, это именно они и были) заняли свои места — по одному у каждой койки — и принялись возиться со свисающими с потолка жуткими масками, поправляя трубки, подкручивая рукоятки и щёлкая какими-то переключателями.

— Мы уже определили койку для каждого из вас, — сказал Крысюк, заглядывая в бумажки на планшетке, которую держал в руке. — В этой комнате останутся... — И он назвал несколько имён, среди которых были Соня и Арис, но ни одного приютеля. — Тех, кого я не назвал, прошу за мной.

Томасу показалось, что происходящее приобрело несколько странный характер: несмотря на всю свою серьёзность, ситуация стала слишком обыденной, заурядной. А ещё она походила на разборки в шайке, когда гангстеры называют поимённо пойманных с поличным предателей «семьи», собираясь их «замочить». Юноша не знал, что ещё ему остаётся делать, кроме как подыгрывать по мере сил и воспользоваться первой же возможностью, чтобы сделать ноги.

Неназванные, в том числе и Томас, последовали за Крысюком. Опять прошли длинным безоконным коридором к другой двери, где им зачитали ещё один список. На этот раз среди других прозвучали имена Ньюта и Котелка.

— А чёрта с два я на это пойду! — заявил Ньют. — Ты сказал — нам разрешается выбрать, и вот тебе мой проклятый выбор!

Он бросил на Томаса яростный взгляд, красноречиво говоривший, что пора бы им что-то предпринять, да поскорее, не то он за себя не ручается.

— Очень хорошо, — согласился Крысюк. — Ты всё равно скоро изменишь точку зрения. Будь при мне, пока я не распределю всех.

— А как насчёт тебя, Котелок? — спросил Томас, стараясь скрыть изумление, охватившее его при виде такой покладистости Крысюка.

Повар внезапно смутился.

— Я... думаю... Наверно, разрешу... пусть сделают...

Томас был потрясён.

— Ты чего, мозгами поехал? — осведомился Минхо.

Котелок потряс головой и слегка ощетинился:

— Я хочу вспомнить! Знаете что — решайте-ка за себя и не лезьте не в своё дело!

— Не задерживаемся, — одёрнул Крысюк.

Котелок поторопился исчезнуть за дверью — наверно, у него не было охоты лишний раз ссориться с друзьями. Томас смирился. Всё равно сейчас ему надлежит волноваться прежде всего о себе самом. Надо найти способ сбежать отсюда. Если ему это удастся, тогда он сможет спасти всех.

Коридоры, двери, снова коридоры... Имена Минхо, Терезы и Томаса прозвучали только у последней двери. С ними были также Харриэт и ещё пара девушек из группы Б. Пока что Ньют оставался единственным, не согласившимся на процедуру.

— Нет уж, спасибо, — сказал Минхо, когда Крысюк жестом пригласил всех войти в помещение. — Благодарю покорно за приглашение. А вам, ребята, — он насмешливо помахал рукой, — желаю как следует развлечься на этом маскараде.

— Я тоже отказываюсь, — объявил Томас. Его нервы уже были на взводе: пора что-то предпринять, пока не поздно.

Крысюк долго в упор смотрел на Томаса ничего не выражающим взглядом.

— С вами всё в порядке, мистер Крысюк? — вежливо поинтересовался Минхо.

— Меня зовут помощник директора Янсон, — сказал Крысюк тихим и сдавленным голосом, словно ему стоило немалых трудов сохранять спокойствие. Он не спускал глаз с Томаса. — Будьте добры выказывать уважение старшим.

— Если ты перестанешь обращаться с людьми, как с животными, то, может, я и пересмотрю свою точку зрения, — отбрил Минхо. — И какого ты так уставился на Томаса, а?

Крысюк... то есть Янсон, наконец удостоил Минхо взглядом.

— Такого, что мне придётся о многом подумать. — Он выпрямился, помолчал. — Ладно, очень хорошо. Мы разрешили вам выбрать самим и не будем менять наше решение. Заходите все внутрь, начнём процедуру с теми, кто не отказался.

Томас снова напрягся, по его телу прошла дрожь; он чувствовал: приближается решающий момент. Судя по лицу Минхо, у друга было то же самое ощущение. Ребята переглянулись, еле заметно кивнули друг другу и последовали за Крысюком в палату.

Она ничем не отличалась от предыдущих: шесть коек, висячие маски над ними. Машина, по-видимому, управляющая операцией, уже гудела и попискивала. Около каждой койки стоял человек, одетый в такой же зелёный комбинезон, что и врачи в первой палате.

Томас осмотрелся и от неожиданности у него зашлось дыхание. У койки в самом конце ряда, одетая в зелёное, стояла Бренда. Темноволосая, совсем юная, моложе всего остального персонала, она выглядела куда чище, чем та замурзанная девчонка, которую Томас помнил по испытаниям в Топке. Она быстро кивнула ему и перевела взор на Крысюка. А потом, прежде чем кто-либо успел что-либо сообразить, она уже кинулась через всю комнату к Томасу и схватила его в объятия. Он обалдел, но на объятия ответил и не хотел их размыкать...

— Бренда, что ты делаешь?! — прикрикнул Янсон. — Вернись на свой пост!

Она прижала губы к уху Томаса и зашептала так тихо, что он едва мог расслышать:

— Не верь им! Ни за что не верь им! Только мне и канцлеру Пейдж, Томас! Только нам, и больше никому.

— Бренда! — Голос Крысюка срывался на визг.

Тогда она отпустила Томаса и сделала шаг назад.

— Извините, — пробурчала она. — Просто сильно обрадовалась — он справился с третьей фазой. Простите, больше не повторится.

Она прошагала обратно к койке, а когда повернулась к приютелям лицом, оно уже приняло бесстрастное выражение.

— У нас нет времени на подобные выходки, — отчитал девушку Янсон.

Томас не мог отвести от Бренды глаз. Он растерялся, не знал, что и думать обо всём этом. Он и так не доверял ПОРОКу. Что же, значит, они с Брендой по одну сторону баррикад? Но почему она работает на них? Она больна или нет? И кто такая канцлер Пейдж? Может, всё это только очередной тест? Ещё одна Варианта?