Ничейная пешка - Павел Сергеевич Грачёв

Если до этого мужчина только кивал и улыбался, то последние его слова, судя по интонации, были вопросом. Вместо слов спасённый маг сделал движение, как будто ест что-то ложкой.

— Вы же у этих дикарей были, потом на вас исцеление наложили. Вы должны быть ужасно голодны?

*

Увидев жест Николая, незнакомка сразу поняла, в чём дело. Захмелевшая девушка резво вскочила и потянула его к одной из маленьких палаток. Серая и невзрачная снаружи, внутри она оказалась уютной и комфортной.

Чуть ли не половину пространства занимал сундук. Деревянный, с железной окантовкой, он выглядел старым, тяжёлым и надёжным. С первого взгляда становилось понятно: красный — любимый цвет хозяйки этого места. Белые подушки с красными кисточками, и чёрная шкура какого-то зверя с красной подкладкой аккуратно лежали в углу. Пол был укрыт тремя небольшими ковриками с незатейливым узором, опять же, красного цвета.

Кроме маленькой лампадки, которую девушка зажгла (как показалось Николаю простым прикосновением), на сундуке стояло средних размеров зеркальце и деревянный гребень.

— Красное дерево? — Сострил Николай. Но никто не засмеялся, включая его самого.

Сундук оказался не так прост, как выглядел: крышка не откидывалась, а легко съехала в сторону. Гостеприимная хозяйка быстро достала неглубокую пиалу с орешками и вручила гостю. И пока мужчина утолял голод, достала обычный масляный светильник, подвесила его на специальный крючок у потолка, посмотрелась в зеркало, поправила выбившуюся прядь, а затем притушила большой свет. Странная лампадка, работающая на синем растворе, уже погасла сама. Повернувшись к гостю и обнаружив пустую пиалу, она опять засмеялась, достала всё из того же сундука мешочек и насыпала добавку.

*

Вторую порцию мужчина ел гораздо медленнее. В какой-то момент их глаза встретились и это послужило сигналом для охотницы. Приманка съедена, добыча расслабилась и не ожидает нападения.

Одной рукой закинув угощение ему в рот, второй она расстегнула верхнюю пуговицу камзола. Николай понимал, что сладкий взгляд и пьяная улыбка не могут означать ничего другого, но до сих пор не мог поверить в своё счастье, поэтому просто сидел, стараясь не спугнуть удачу. Тем временем женщина осталась в блузке. Её возбуждение уже было заметно через ткань.

Не отрывая взгляд от груди, мужчина отставил угощение в сторону. Обхватив одной рукой талию, вторую он просунул под колени, и не вставая притянул женщину к себе. Та глубоко и часто задышала и, обвив руками его шею, впилась поцелуем в губы.

Молодая девушка с первых минут показала себя умелой и страстной любовницей, но минут через пятнадцать в неё как будто вселился суккуб. Её глаза широко раскрылись, и в них заплясали нехорошие чёртики. Она начала двигать бёдрами с гораздо большей частотой и амплитудой, беря инициативу на себя. Отсутствие презерватива, похоже, её вообще не заботило. Глухие постанывания становились всё громче, и, чтобы хоть как-то сдержать их, распалившаяся красавица впилась зубами в предплечье своего партнёра.

Николай не был с женщиной три месяца, и нового темпа не выдержал уже через пару минут. Несмотря на огромную усталость, навалившуюся внезапно, он с радостью готов был продолжить. Такого секса у него ещё никогда не было.

Однако, его новая знакомая (имени, правда, он до сих пор не знал) повела себя крайне странно. Восстановив дыхание, она замерла на секунду, как будто прислушивалась к чему-то, а затем, расплывшись в довольной улыбке, стала выбираться из-под мужчины и быстро натягивать разбросанную в порыве страсти одежду. Николаю ничего не осталось, как начать одеваться.

Не прошло и минуты, как герой — любовник оказался на улице с кульком орешков в руке.

— Н-да-а, ну, я прям альфонс. — Усмехнулся мужчина, бросив взгляд на зажатое в кулаке лакомство, и отправился к кострам в центре лагеря. Так было проще сориентироваться ночью в незнакомом месте.

Тело начало наливаться приятной слабостью, а веки слипаться на ходу. Похоже он переоценил свои силы, и то, что его так бесцеремонно выперли, спасло репутацию Казановы.

У огня сидел тот же разводящий, а может и начальник караула. Молча кивнув друг другу, мужчины разошлись по своим делам, вернее один остался следить за костром, а второй, с трудом переставляя ноги, поплёлся в общую палатку к раненым. Силы утекали с каждым шагом. Подойдя к своему месту, мужчина упал на лежак не раздеваясь, и мгновенно уснул.

Глава 5. Хорошие новости

Рано утром к лагерю вышел отряд из трёх человек. Перекинувшись парой фраз с караульным, двое растворились в лесу, а третьего сопроводили прямиком к палатке капитана Майриза.

Официально руководителем экспедиции считался Клаус Фетлир, да и любой магистр, в принципе, по статусу выше капитана гвардии. У чародеев Керрии нет особых привилегий по сравнению с обычной знатью, а скорее наоборот — появляются дополнительные обязательства перед Кругом и короной. Однако их положение в обществе, выше дворянского. Ведь магистр может быть герцогом, графом или, даже, королём, а вот обычный дворянин никогда не станет членом даже Малого Круга.

Обладая силой недоступной другим людям, маги с течением времени начинают относиться к простым смертным…иначе. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей, но все они воспринимают себя выше остальных. Это не плохо и не хорошо — это естественно. Простые солдаты — бывшие горожане и крестьяне, привычные к подобному отношению со стороны дворянского сословия, реагируют на это спокойно и, даже, с пониманием. Ведь любой здоровяк в дорогих доспехах на боевом коне с хорошим мечом, будет ничем не хуже местного барона. А если ему дать ещё пару десятков крепких молодчиков, то чем вам не граф? А значит, где-то глубоко внутри, самый последний слуга будет думать, что ничем не хуже своего господина…Но настоящая Сила, она иная. Ты либо владеешь ею, либо нет. А значит настоящий Маг — простому смертному неровня.

Офицеры же, особенно выходцы из богатых и знатных родов, весьма болезненно относятся к утрате своего привилегированного статуса. Всех столичных магов из академии они считают, как минимум, трусами. Как максимум, бунтовщиками и изменниками, покушающимися на незыблемые основы общества. Так и тянулось из года в год это бодание между Керрийским Великим Кругом и армией Керрии. Иногда с печальными последствиями для всей страны.

Совсем другое отношение у военных к “недоучкам”[5] — полковым чародеям и лекарям. И чем слабее был маг, чем меньше он проучился в академии, тем лучше