В тени дракона: Господин Теней - Марк Геннадьевич Кузьмин

А Гарри мало того, что добровольно согласился отрабатывать там, так еще и сделал это ради подарков. Один был для Гермионы, а теперь второй он сделал для Генни. Нет, то, что он зарылся в теплицы, было неудивительно: он всегда рвал жилы ради нее... Это все равно было очень приятно, но главное, что он понял, как ей хотелось такой же букет, как у Гермионы…

Теперь ей даже было стыдно, что для него подарок она приготовила довольно средненький и купленный чисто потому что не знала, что дарить.

- Спасибо… - сказала она себе под нос. – Оденься уже!

- А, точно, - только сейчас Гарри понял, в каком он виде перед ней. – Сейчас.

Он взял футболку и стал одеваться…

- Подожди, - резко сказала она. – Что это?

Что-то странное привлекло ее внимание.

Она подошла к нему и посмотрела на грудь повнимательнее.

Какая-то деталь резанула ее глаза. Не будь у нее драконьего зрения, то, может, и не заметила бы, но сейчас…

Пальцы коснулись его и стали очерчивать контуры…

Какой-то участок его кожи был… светлее, чем остальное тело. Гарри довольно бледный, у него какая-то странная непереносимость солнца, из-за чего он сгорает быстро. Особая бледность была на левой стороне груди, идет от плеча, а затем опускается ниже к животу и правому боку. Она провела пальцами по этому следу.

- Это похоже на… шрам… - нахмурилась она.

Вот только не было никакой деформации кожи, мышц или костей при заживлении. След был довольно большим и выглядел просто как полоса куда более бледной кожи, но напоминал собой шрам от чего-то огромного и смертельного. Это точно не та алебарда - слишком большой, да и сам след не ровный, а какой-то рваный и кривой, словно… гигантский шип или коготь вспорол торс…

- Откуда это...? – спросила Генни, подняв голову.

- Не… знаю… - ответил Гарри, будучи также озадачен.

- А… ой… - она только что осознала, что опять подошла и сейчас они еще ближе друг к другу, чем раньше.

Внутри нее что-то защемилось и начало гореть, когда она так близко видела его лицо перед собой. Какой-то инстинкт возник внутри сознания и начал подталкивать ее сблизится еще сильнее.

«Он пахнет чаем и морем…» - неожиданно пронеслось у нее в голове.

В следующий миг послышался какой-то шум из коридора, и Генни тут же пришла в себя.

- Ой! – только и сказала она, отскочив от него. – Извини! Я свой подарок потом занесу! Спасибо, я пошла!

И деревянной походкой она покинула его комнату и умчалась к себе. Закрыв дверь, она рухнула на кровать и постаралась справиться с эмоциями, которые заполонили ее сознание. Раньше она старательно подавляла это, но сейчас уже не могла так сделать.

- Что это было?

Она не понимала, и это ее пугало.

Некоторое время ей понадобилось, чтобы успокоиться и вернуть трезвость мыслей, и она старательно не думала о том, как все это выглядело со стороны и что она делала. Ее больше волновал тот «шрам». Или это какая-то корявость в пигментации кожи, о которой сам Гарри не знал, или очередные проявлении того «Тени», который как-то связан с Гарри.

Озахар сказал, что его бывший ученик имеет какой-то интерес и планы на ее Гарри. Именно он спас его от смерти и вернул к жизни. Он говорил, что тут вмешалась Сила Теней, которая не дала телу умереть после разрыва сердца, а после каким-то образом залечились его раны, и он вернулся к жизни.

Что именно случилось, она не знает. Оз точно знает, но не говорит.

Ну и ладно. Сейчас она вряд ли что-то узнает, а потому будет ждать.

Достав из сумки ту глупую плюшевую игрушку, она обняла ее и развалилась на кровати. Девушка лежала, смотря на роскошный букет, и мысли ее были только об одном человеке.

- Глупый брат… - с легкой улыбкой прошептала она. – Спасибо…

***

Когда Генни ушла, я выдохнул.

Такого проявления эмоций от нее я никак не ожидал и был просто не готов.

Нет, я знал, что она обрадуется. Гермиона несколько раз упоминала, как сестренка поглядывала на ее букет, поэтому с выбором подарка я определился быстро. Пришлось, конечно, побатрачить еще месяц, но я так уже привык к этим отработкам, что у меня вполне могла развиться какая-то дебильная форма стокгольмского синдрома.

Зато букет вышел выше всяких похвал, и его я сумел уменьшить, сохранить и незаметно закинуть в комнату Генни, пока она убиралась.

Но вот реакция вышла куда более… «бурной».

То, что ей понравится, я не сомневался, но вот до обнимашек я думал, не дойдет. Да еще и таких…

Это было очень смущающе и близко.

«Черт, а я никогда и не замечал, какая она красивая… СТОП! Меня несет куда-то не туда! Габсбурги в предках, что ли, отметились? Или египетские фараоны? (1) - вздохнул я. – Или это какая-то извращенная форма нарциссизма, все же мы близнецы…»

Шутки шутками, но такого я точно не ожидал и растерялся.

Ну, а дальше…

Подойдя к зеркалу, я снова посмотрел на свою грудь.

Там можно разглядеть едва заметный след будто от какого-то шрама. Словно меня ранили, но размеры тут такие, будто мне должно было пол торса оторвать. На спине никаких следов не видать.

Генни сказала, что мне в тот момент пробило грудь алебардой, но это точно не она. Не нужно быть гением или разбираться в оружии, чтобы понять разницу между следами от ран.

- Но мой ли это шрам?

В голове тут же вспыхнул мой недавний сон, где я видел… что-то… Я там лежал и истекал кровью, вокруг кто-то сражался, и… меня унесли…

Но меня ли?

Мои ли это воспоминания или чьи-то другие?

Я не могу сказать наверняка, но это пугает меня еще сильнее.

- Что со мной происходит?

Вопрос, на который я не могу найти ответа.

- Лучше не