Главное задание - Андрей Львович Астахов

- Плевать мне на твои дела. Давай мои деньги, и я пойду.

- Да я ведь от души, парень. Дело-то пустяшное, а заработать можно неплохо.

- Неплохо – это сколько?

- Двадцать дукатов. Плюс бесплатно можешь у меня переночевать.

- Что за дело? – Я понял, что мне предстоит какое-то задание, которое так или иначе следует выполнить.

- Я же говорю, пустячок. Здесь неподалеку есть одна пещерка. Мы промеж себя называем ее Дерьмовой Норой. В пещерке есть источник самого настоящего акваголя.

- Акваголя?

- Ну да. Ты что, никогда не слышал про акваголь?

- Слышал, - соврал я. – Ну, и что надо сделать?

- Принести мне флягу этого самого акваголя. Есть у меня один клиент, всю плешь мне проел с этим акваголем. Найди да найди. Принесешь – отблагодарю.

- А чего сам не сходишь, если дело, как ты говоришь, пустяшное?

- Стар я стал по жаре мотаться. А послать некого. Жена у меня больна, лежит, бедняжка, не встает. А местных послать нельзя – по дороге все сами вылакают, стервецы.

- Понятно, - я почесал переносицу. – Как добраться до пещеры?

- Как выйдешь из ворот корчмы, иди по дороге вниз, к озеру. Дойдешь до озера, поверни направо и топай вдоль берега. Там и увидишь вход в пещеру.

- Ладно, принесу я твою водичку. Только запомни, станешь крутить, я тебе…

- Понял, понял. – Трактирщик протянул мне здоровенную тыквенную бутыль на ремне. – Фляжку-то не потеряй, она денег стоит.

- Не потеряю. Жди, скоро приду.

- Ага! – Трактирщик закивал. – А я тем временем денежки приготовлю.

Покинув корчму, я решил для начала найти кузницу. Задание, которое дал мне трактирщик, имело подозрительный запах, и я понял это с самого начала. То ли заметил хитрый блеск в глазах канальи-Кацбалгера, то ли предчувствие сработало. Как бы то ни было, мне нужно оружие. И единственное место в Мартенеке, где его можно раздобыть – это кузница.

Насколько я помнил историю средних веков, кузницы, как правило, располагались рядом с гостиницей – это чтобы приезжим не надо было долго искать, кто подкует им лошадей или починит оружие. Так и оказалось: обойдя корчму, я услышал звон молотка о наковальню и через минуту уже стоял под навесом у пылающего горна, рядом с кузнецом.

- Чего надо? – Тощий седой кузнец бросил в бадью с водой откованный костыль, смерил меня хмурым взглядом с головы до ног.

- У тебя есть оружие?

- Ты что, законы не знаешь? Светлейший герцог Альбано Изысканный строго-настрого запретил деревенским кузнецам ковать оружие.

- Да слышал кое-что, - я прикинулся простачком. – Но ведь что-то режущее у тебя можно купить? Хороший нож, например. Или, на худой конец, топор.

- Это есть, - кивнул кузнец. – Жди тут, я сейчас.

Он вошел в дом, а я еще раз подивился тому, насколько же алчны местные жители. Сто пудов, что у кузнеца в заначке есть и мечи, и палицы, и наконечники для копий и гизарм. Похоже, этот фрукт тоже собирается набить себе цену. Что ж, посмотрим, что он мне предложит.

Кузнец принес явно не лучшее из того, что у него было. Большой типа охотничий нож был выкован из скверного темного железа, клинок был неполированным, а рукоять обмотана пропитанной варом бечевой и неприятно липла к рукам. Заточка была хуже некуда. Под стать ножу был и топорик. Осмотрев оружие, я спросил:

- Сколько хочешь за эти штуки?

- За нож прошу тридцать соверенов, за топор сорок, - с наглым хладнокровием заявил кузнец.

- Твоим ножом только мамалыгу нарезать на блюде, - сказал я. – А топором курице голову не отрубишь. Еще что-нибудь есть?

- Ничего нет.

- Так уж и ничего?

- Слушай, приятель, или покупай, что есть, или ступай отсюда во имя Бессмертных. Мне работать надо.

- Хорошо. Я ухожу. А потом, как выдастся свободная минутка, зайду к герцогу Альбано и расскажу ему, что кузнец в Мартенеке выдает черную засохшую какашку за охотничий нож и требует за это дерьмо аж тридцать монет. То-то герцог посмеется!

- Зайдешь к герцогу? – В глазах кузнеца мелькнул нешуточный испуг. – Ты что, знаком с ним?

- Знаком. Ну так что, будем дальше тратить твое и мое время?

Кузнец схватил нож и топорик и снова убежал в дом. Не было его минут пять, и я было подумал, что он просто сбежал через другую дверь. Но в конце концов он вернулся ко мне, неся под мышкой какой-то сверток.

- Взгляни, господин, - сказал он, положив сверток на наковальню.

Я развернул грязную промасленную холстину и увидел кинжал, поразительно похожий на кинжалы кавказских горцев. Отделка рукояти и ножен оставляла желать лучшего, но обоюдоострый стальной клинок был откован на славу.

- Ну вот, это уже лучше. – Я тяжелым взглядом посмотрел на кузнеца. – А за него ты попросишь с меня пятьсот монет, верно?

- Нет, господин, - кузнец замахал руками. – Это не моя работа. Один человек несколько лет назад отдал мне его уплатой за то, что я починил его доспехи. С тех пор он и лежал у меня в чулане. Это настоящая сталь, господин, и работа хорошая. Отдам за сто соверенов, или за четыре золотых дуката, господин.

- Хорошо, беру, - я развязал свой кошель, отсчитал сто монет и вручил их кузнецу. – Буду у герцога, непременно расскажу ему, какой в Мартенеке отличный кузнец.

- Ох, спасибо, господин! – просиял кузнец. - Благослови тебя Бессмертные!

Я ушел из кузницы вполне довольный собой. Во-первых, у меня появилось оружие. Я подвесил кинжал на пояс и сразу почувствовал себя человеком. Во-вторых, я узнал курс местной валюты. Двадцать пять соверенов равны одному дукату. Это значит, что мой капитал составляет сорок шесть золотых. Посмотрим теперь, попробует ли трактирщик надурить меня при расчете. А пока надо заняться пещерой. Как там назвал ее Кацбалгер – Дерьмовая Нора? Что-то у меня все больше и больше возникало ощущение, что в мире, куда я попал, определение «дерьмовый» можно дать очень многим вещам.