Куколка последней надежды - Вадим Панов

— Вы искусственно задерживаете прием Золотого Корня, чтобы демонстрировать Кортесу нормальный цвет глаз, но потом все равно вынуждены принимать концентрат. Яна, вы должны понять, что теперь нормальный цвет ваших глаз — золотой. Перестаньте мучить себя.

— Это мое дело.

Комиссар сделал маленький глоток кофе.

— Как вы думаете, Яна, Кортес полюбил вас только за прекрасную внешность?

Девушка осеклась:

— А это уже не ваше…

— Как я понимаю, вы еще не обсудили с Кортесом все стороны вашего перерождения, но рано или поздно сделать это придется. — Снова глоток кофе. — Потренируйтесь пока на мне.

Яна опустила глаза, помолчала.

— Извините.

— Ничего страшного. — Сантьяга отставил пустую кружку и присел на столешницу напротив девушки. — Итак. Как вы думаете, Яна, если бы вы выглядели не столь эффектно, полюбил бы вас Кортес?

— Мне хочется так думать.

— Замечательно, — удовлетворенно кивнул комиссар. — Следующий вопрос: через тридцать-сорок, максимум через пятьдесят лет от вашей красоты не останется и следа. Кортес вас разлюбит?

— Жестокий вопрос.

— Но важный.

— К тому времени ему это будет безразлично.

— А если нет?

Яна покосилась на элегантного комиссара. Нелюди, обитатели Тайного Города, жили долго, гораздо дольше челов. Но сколько времени отмерено навам, не знал никто. Сантьяга, например, принимал участие еще в войнах с гиперборейцами, последняя из которых закончилась много тысяч лет назад. Ему легко рассуждать о мелочи вроде пятидесяти-шестидесяти лет. Или сложно? Каково это, жить почти вечно?

— Если Кортес полюбил вас только за красоту, ему будет очень важно, как вы будете выглядеть и через десять, и через пятьдесят лет.

— Я не думала об этом, — твердо сказала девушка.

— А следовало бы, — безмятежно произнес нав. — Хотя бы для того, чтобы понять, какую глупость вы сейчас творите. — Он склонился над девушкой и внимательно посмотрел в ее синие глаза. — Вы занимаетесь никому не нужным самопожертвованием. Вы мучаете свой организм, а затем, подобно последнему наркоману, бросаетесь к ампуле с Золотым Корнем. Всю неделю, пока вы демонстрируете Кортесу свои ослепительно синие глаза, вы думаете только о том, как будет хорошо, когда…

— Замолчите!

— Как будет хорошо, когда шприц вонзится в вашу вену.

— Замолчите!!

— Я прав?

Яна попыталась вскочить, но рука комиссара грубо вернула ее в кресло. В случае необходимости воспитанный и обаятельный Сантьяга умел быть и жестким и жестоким.

— Я прав?!

Можно было бы устроить драку. Способности Яны позволяли если не победить, то, по крайней мере, попытаться победить комиссара. Но зачем?

— Я прав?

— Да, — еле слышно ответила девушка.

— Не слышу!

— Вы правы!

Яна огляделась, попыталась дотянуться до сумочки, но Сантьяга протянул ей свой шелковый платок, поднялся и вновь прошелся по кабинету.

— Возникает вопрос: сколько вы будете мучиться? Год? Два года? Месяц? Постепенно в вас будет накапливаться обида и злость по отношению к Кортесу.

— Это неправда!

— Вы страдаете, вы идете на жертвы, а он? — Сантьяга остановился. — Вы убьете свои чувства, Яна.

Девушка хотела что-то сказать, но только вздохнула.

— И что же мне делать?

— В первую очередь я отвечу, чего вам не надо делать, — комиссар вновь вернулся к предельно мягкому тону: — Не надо делать глупостей. Вы стали другой, и это необходимо учитывать и вам и Кортесу. Он это понимает.

— Вы с ним разговаривали? — удивленно спросила Яна.

— Я достаточно хорошо его знаю, — улыбнулся нав. — Куда больше вас должно беспокоить не то, что у вас золотые глаза и бритая голова, а те изменения, которые произошли внутри вас. Вы перешагнули через очень высокий порог, вышли в принципиально другой уровень, а Кортес остался прежним. Этот момент гораздо важнее в ваших взаимоотношениях, чем внешний вид.

— Но ничего не изменилось, — после паузы произнесла девушка. — Я по-прежнему в его команде.

— Теперь вы маг.

— Инга тоже маг.

— Не будем зарывать головы в песок, Яна. Даже отвергнув учение Азаг-Тота, вы сохранили колоссальные возможности, и мне кажется, что ваша попытка скрыть золотые глаза — это лишь внешнее проявление беспокойства. Вы боитесь не золотых глаз, Яна, вы боитесь признаться себе, что бесповоротно изменились, и боитесь, что Кортес не воспримет ваше изменение.

— Он все понимает.

— Он вожак вашей команды.

— И, несмотря на то, что со мной произошло, я не достигла его уровня, — громко и отчетливо проговорила девушка. — И никогда не достигну. Быть вожаком — не значит быть самым сильным и быстрым.

— Это так, — улыбнулся комиссар.

— Тогда к чему наш разговор?

— Вы могли бы построить свое будущее по-другому, исходя из изменившейся ситуации.

— Я уже сделала выбор.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Нав чуть склонил голову:

— Прекрасно. — Он рассеянно прошелся вдоль стола. — Прекрасно.

* * *

Спортивный комплекс «Олимпийский»

Москва, Олимпийский проспект,

4 сентября, среда, 18.21

Организаторы позаботились о том, чтобы пришедшим на Турнир зрителям не пришлось разрываться, выбирая, на что смотреть. Оба ринга, и северный, и южный, работали попеременно, пока на одном шел бой, служители готовили другой, и схватка на нем начиналась ровно через десять минут после завершения предыдущего поединка. Этого времени вполне хватало на то, чтобы перейти на другой конец арены, купить хот-дог или газировку у многочисленных продавцов, сделать ставку, другими словами: потратить лишние монеты на радость организаторам. Ходили слухи, что когда-то, давным-давно, на Турнире одновременно проходило до четырех боев, а тотализатор вообще был запрещен, но с тех пор, как руководством проекта занялись концы, эти варварские пережитки были решительно ликвидированы. Главные специалисты Тайного Города по шоу-бизнесу разнесли поединки во времени, разбавили напыщенных, но мрачноватых маршалов-распорядителей длинноногими красотками, ввели практику прямых трансляций наиболее интересных боев и запустили на удобренное таким образом поле пираний-букмекеров. А зрителю понравилось. Увядающий было Турнир ожил и постепенно вошел в тройку самых рейтинговых шоу Тайного Города, уступая лишь знаменитым гонкам «Сто километров Мурция» и открытому чемпионату города по элементарному покеру. Торговая марка Турнира по-прежнему принадлежала Ордену, но прибыль мероприятие стало приносить значительно большую.