Подземелья Альгоры - Дем Михайлов

Присмотревшись, я почувствовал, как моя бурная радость начала испаряться.

Уж больно мощной и неприступной выглядела дверка — сколоченная из плотно пригнанных деревянных досок и пущенных поперек кованых железных полос. На толстых металлических петлях висел огроменный навесной замок типа «амбарный, тяжелый и обломитесь все». Что характерно — ключа не было.

— Ну не может же быть все так плохо, — едва слышно простонал я, протягивая дрожащую руку к дужке замка. — Сезам, не будь козлом, откройся! Ну что тебе стоит, а?

Хоть я и вор, но замки вскрывать не умею. Нет ни соответствующих умений, ни набора отмычек.

Не понадобилось ни то ни другое — едва мои пальцы коснулись дужки замка, она… попросту исчезла, рассыпавшись горстью бурой ржавчины. Остальная часть замка рухнула вниз и, не долетев до пола, превратилась в небольшое темное облачко, мягко осевшее на камни.

— О как, — изумленно прошептал я.

На этом представление не кончилось — что-то протяжно заскрипело, натужно застонало, дверь вздрогнула, с перекосившихся досок одна за другой отлетели немедленно рассыпавшиеся в труху железные полосы, и кажущееся столь неприступным сооружение рухнуло на порог, превратившись в груду обломков.

Препятствие исчезло. Проход был открыт.

— Вот это да… — опять не сдержался я, ошарашенно пялясь в темный дверной проем. — Сезам, если что — я просто шутил. Ты не козел, однозначно!

И тут же мысленно выругался — буквально несколько минут назад, когда цеплялся за скользкую стену, я дал себе зарок сохранять тишину. Ни к чему привлекать к себе лишнее внимание. Но забылся и опять начал шуметь. Что взять с городского да избалованного… Ну да ладно, вернемся к нашим баранам.

Черт… когда же в последний раз эту дверку открывали? Сколько десятилетий назад? Или во влажном воздухе канализации все сгнивает в несколько раз быстрее?

На моей карте отобразилась дверь и часть узкого коридора за ней. У карты зрение было получше, чем у меня. Лично я видел только темноту. Никакой светящейся плесени там не было и в помине. Темно, хоть глаз выколи!

Шагнув внутрь еще неизведанного коридора, я замер на месте и несколько минут напряженно думал, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации.

Идти вслепую? Осторожно двигаться вперед, придерживаясь за стены? А если там яма в полу? Ухну туда, и кранты котенку…

Навык картографа на зачаточном уровне, карта показывает только стены, изображение крайне схематичное — в общем, доверия к предлагаемой скудной информации абсолютно никакого.

Зрение на нуле — не вижу пальцев на вытянутой вперед руке. Да уж… Ночью в Вальдире никогда не бывает кромешной темноты — но это снаружи, под светом луны или звезд. А здесь, в мрачном подземелье, темнота еще как бывает.

Постояв столбом, я крайне задумчиво почесал затылок и отшагнул назад, на границу тьмы и света — как бы пафосно это ни звучало.

Опустившись на колени, «запустил» ладони в груду обломков, оставшихся от рассыпавшейся двери, и с надеждой обреченного принялся их тщательно рассматривать.

Несколько целых и довольно толстых дубовых досок с пометкой «влажное» и «трухлявое». Великолепно… что еще?

Древесный мусор — три-четыре горсти мелких деревянных обломков и длинных щепок, с теми же пометками, что и сохранившиеся доски. Хотя на паре щепок были другие метки: «заостренные» и «сухие». Можно кому-нибудь в глаз их воткнуть…

Два очень небольших железных огрызка, самый крупный чуть длиннее моего указательного пальца. Подсвеченные системой метки также вдохновляют — «ржавое», «бесполезное» и «только на перековку».

Четыре позеленелых медных гвоздя. Что, на всю дверь только четыре гвоздя пустили? Фига себе экономия! Или остальные были железными и тоже проржавели?

Оставшийся на земле мусор замерцал и бесследно исчез. Там была лишь ржавчина, ошметки плесени и труха.

Всю найденную «добычу» я бережно перегрузил в мешок, хотя и не представлял, как могу ее использовать. Учитывая мою невообразимую нищету, я не откажусь ни от чего. К тому же это не «реал» и двухметровые дубовые доски великолепно уместились у меня в рюкзаке.

Усевшись на невысокий порог, я подпер щеку кулаком и задумался пуще прежнего.

Ну не хотелось мне бродить в потемках! Чревато это…

А как добыть свет? Никак… если только не шарахнуться головой о каменную стену, чтобы выбить из своего дурного лба хоть немного искр… а потом лечь на землю и блаженно наблюдать за ними, дожидаясь, пока пройдет эффект оглушения.

Выбить искры… а куда их выбить? В воздух?

Стоп! В моем потолстевшем рюкзаке появилось немного Дерева…

А что делает дерево? Оно быстро растет, неплохо плавает и хорошо горит…

В лихорадочном темпе перерыв рюкзак, я быстро нашел две самые многообещающие щепки — без ужасной метки «влажное». К ним присоединился один из железных обломков, который я зажал в руке и тут же ударил им о стену. Звук вышел звонким, кратким эхом отозвавшись по всем подземным окрестностям. Лишь бы чертовы «няфы» не услышали.

Звук был. Искр не было. Не отчаиваясь преждевременно, я достал копье и его наконечником долбанул по куску железа. Звук вышел еще более музыкальным, у копья на одну единицу убавилась прочность, а в воздухе мелькнуло с десяток слепящих белых искр.

Бинго!

Будем надеяться, что физические и химические законы в Вальдире прописаны не столь жестко, как в реальном мире.

Ладно, искры я добыл, может, удастся с их помощью зажечь одну из щепок. Получится лучина. Очень маленькая. Сгорит быстро, да и света много не даст. Нужно что-нибудь посолидней…

Что ж, тогда мы пойдем другим путем.

Аккуратно убрав все предметы обратно в рюкзак, я выудил оттуда дубовую палку (одну из украденных еще в Яслях) и небольшой холщовый мешок, в котором некогда хранилась нехитрая деревенская снедь.

Короткое и резкое движение, сухой отрывистый треск и дубовая палка оказалась разделена на два относительно равных по длине обломка. Ухватив мешок обеими руками за горловину, я что есть силы рванул ее в разные стороны, одновременно произнеся:

— Ткань! — Мешок затрещал и разорвался.

Я знал, что дерево легко ломается — для различных игровых нужд, а вот насчет ткани уверен не был и решил подстраховаться. А то не дай бог, система решит, что я решил уничтожить мешок, и испарит его.

Получилось удачно — у меня в руках оказался внушительный лоскут с обозначением «рваная холщовая ткань». Нам и рвань сгодится. Главное, что она абсолютно сухая.

Рванув еще раз, я разделил имеющийся лоскут на две части, одну отложил, а другой кусок сложил в несколько раз и принялся обматывать навершие последнего дубового обрубка.

Все-таки Вальдира любит своих жителей! И экономит их время!