Гобелены Фьонавара - Гай Гэвриэл Кей

Направляясь на такси в западную часть города, в район Хай-парка, где они вместе снимали двухэтажную квартирку, обе девушки хранили молчание. Дженнифер решила – отчасти потому, что прекрасно знала Ким, – что ей ни к чему первой заговаривать о событиях сегодняшнего вечера и о том, что им обеим, похоже, послышалось в словах старика.

Впрочем, ей было не до разговоров: пытаясь справиться с охватившей ее бурей чувств, она отвернулась к окну и смотрела, как справа от них мелькают темные силуэты деревьев на Парксайд-драйв. А когда она вылезла из машины, то ночной ветер показался ей странно, неестественно холодным, и она на мгновение застыла без движения, слушая, как по ту сторону улицы, в парке, тихо шелестит листва.

Но, оказавшись дома, они, разумеется, все-таки затеяли разговор, обсуждая возможные варианты своего завтрашнего решения, последствия которого каждая из них, похоже, вполне способна была предсказать заранее.

Дэйв Мартынюк отверг предложение Ким поехать вместе с ними на такси, хотя им было по пути, и пешком прошел ту милю, что отделяла его от Палмерстона, где он сейчас жил. Шел он энергичным, спортивным шагом, подгоняемый снедавшими его злостью и беспокойством. «Уж больно ты быстро от друзей отрекаешься!» – бросил тот старик. Дэйв нахмурился и пошел еще быстрее. «Ему-то откуда об этом знать?» – думал он.

Телефон начал звонить, еще когда он только отпирал дверь своей квартирки на первом этаже.

– Да? – После шестого звонка он все-таки успел схватить трубку.

– Ну что, доволен собой?

– Господи, папа! А теперь-то в чем дело?

– Не ори на меня. Ты ведь скорее умрешь, чем хоть раз постараешься доставить нам удовольствие, верно?

– Да о чем ты, черт побери?

– Ах, сколько в твоих словах уважения к отцу!

– Знаешь, папа, у меня нет времени на подобные разговоры.

– Еще бы! Ну так продолжай прятаться от меня. Между прочим, Винсент пригласил тебя сегодня на свой доклад, а ты даже не соизволил потом подойти к нему! Предпочел отправиться куда-то – да еще с тем самым человеком, с которым Винсент больше всего на свете мечтал познакомиться. И тебе даже В ГОЛОВУ НЕ ПРИШЛО пригласить брата пойти с вами вместе!

Дэйв осторожно перевел дыхание. Сердитые мысли о событиях сегодняшнего вечера уступили место застарелой тоске.

– Папа, пожалуйста… Все ведь было совсем не так… Маркус ушел с нами, точнее, с моими новыми знакомыми, просто потому, что ему не хотелось вести умные разговоры с учеными людьми вроде Винса. Я там был вообще сбоку припека.

– «Сбоку припека»! – передразнил его отец, произнося эти слова с сильным украинским акцентом. – Врешь ты все! Ты просто завидуешь ему, вот и…

Дэйв бросил трубку. И отключил телефон. И, страдая и раздражаясь одновременно, все смотрел и смотрел на молчавший аппарат, зная, что теперь он больше зазвонить не сможет.

Они посадили девушек в такси, посмотрели вслед сердитому Мартынюку, фигура которого постепенно исчезала во тьме, и Кевин Лэйн предложил бодрым тоном:

– Ну что, amigo, пойдем кофе пить? Нам ведь многое еще обсудить нужно.

Пол ответил не сразу, и этих нескольких мгновений оказалось достаточно, чтобы нарочитый энтузиазм Кевина начисто угас.

– Не сегодня, Кев. Ладно? Мне еще нужно кое-что сделать.

Кевин с трудом проглотил готовые сорваться с языка горькие слова и умудрился относительно спокойно сказать:

– О'кей. Что ж, спокойной ночи. Возможно, завтра увидимся. – И, резко повернувшись, чуть ли не бегом бросился к тому фонарному столбу на Блур-стрит, у которого припарковал машину. Пожалуй, только не стоило так гнать – машина буквально летела по тихим ночным улицам.

К своему дому он подъехал уже во втором часу ночи и постарался как можно тише отпереть дверь, а потом закрыть ее изнутри на задвижку.

– Да я не сплю, Кевин, – услышал он голос отца. – Не беспокойся.

– А почему, интересно, ты до сих пор не спишь, абба? – Он всегда называл отца еврейским словом «абба».

Сол Лэйн в пижаме и халате сидел на кухне за столом. Он удивленно поднял бровь и нарочито «возмутился»:

– А что, мне у собственного сына спрашивать, когда ложиться?

– У кого ж еще? – Кевин плюхнулся на стул с ним рядом.

– Вот нахал! – одобрительно усмехнулся отец. – Чаю хочешь?

– Вообще-то не возражал бы.

– Ну как доклад? – спросил Сол, поглядывая на закипающий чайник.

– Блеск! Нет, правда здорово было. А потом мы с докладчиком еще и выпили немножко. – Кевин попытался сообразить, можно ли рассказать отцу о случившемся, и решил не рассказывать. Оба давно уже привыкли оберегать друг друга от ненужных волнений, и Кевин прекрасно понимал, что подобный рассказ его старику переварить будет не под силу. Хотя, конечно, жаль. Было бы здорово, думал он с легкой горечью, если б сейчас рядом был ХОТЬ КТО-ТО, с кем можно было бы посоветоваться.