Геноцид - Алексей Калугин

– Выходит, тот, кто прислал в наш мир эту странную вещь, хотел, чтобы ее нашли?

– Выходит, так, – Раф подтянул лежавшую комом в углу сеть, кинул себе на колени и стал перебирать, ища прорехи. – Если, конечно, в том мире, о котором ты все время талдычишь, не принято хранить такие вот браслеты в прозрачных пластиковых шарах.

Виираппан снова посмотрел на шар, затем на браслет, что держал в руке.

– Нет, – уверенно тряхнул он седой головой. – Ты верно сказал. Это, – он щелкнул ногтем по шару, – защитная оболочка!

– Пусть так, – не стал спорить Раф.

Потому что лично ему это было совершенно безразлично.

Найдя дыру в сети, Раф взял висевший на крючке обрывок тонкой, сплетенной из травы веревочки и принялся заделывать прореху.

Виираппан покрутил браслет в руках, затем продел в него кисть левой руки. Браслет слегка растянулся, затем снова сжался, плотно обхватив руку возле запястья.

– Смотри! – старик показал Рафу руку с браслетом.

– Здорово, – мельком глянув на странную вещь, кивнул Раф.

– Эта вещь сделана для того, чтобы носить ее на руке. – Виираппан произнес это так, будто сделал величайшее открытие, которое должно было перевернуть всю жизнь на Мелководье.

– Точно, – кивнул Раф. – Красивая штуковина.

– А ты, часом, не в курсе, как она называется? – хитро прищурился Виираппан.

– Это таймер с обратным отсчетом времени, – ответил, не прерывая своего занятия, Раф.

Старик удивленно приоткрыл рот. Он даже не сразу нашел, что сказать, настолько поразили его слова Рафа. Чтобы прийти в себя, Виираппан взял со столика чашку и залпом допил остававшийся в ней хмель.

– Ты раньше видел что-то подобное? – спросил он едва слышно, шелестящим, будто сухой тростник, голосом.

– Нет, – ответил Раф. Он быстро глянул на старика и, дабы приободрить его, улыбнулся. – Вещица и в самом деле необычная. Редкая вещица.

– В таком случае, откуда ты взял название?

– Не знаю, – безучастно пожал плечами Раф. – Само вдруг в голове появилось.

Виираппан откашлялся, расправил плечи и сразу обеими ладонями огладил бороду.

– Знаешь, как это называется?

– Что? – не понял Раф.

– То, что ты вспоминаешь названия предметов, которые, вроде бы, никогда прежде не видел?

– Не «вроде бы», а точно – не видел, – поправил старика Раф.

– Нет, именно «вроде бы», – решил настоять на своей формулировке Виираппан.

– Пусть будет «вроде бы», – не стал спорить Раф. Он вообще был не любитель споров. – И что с того?

– Это называется латентной памятью. У тебя в подсознании сохранились воспоминания о вещах, с которыми ты когда-то давно имел дело. За ненадобностью воспоминания перешли в неактивное состояние. Но как только ты видишь тот или иной предмет, они просыпаются.

– Все это, конечно, здорово. – Залатав дыру, Раф принялся дальше перебирать сеть, ища новые повреждения. – Но где и когда я мог видеть бинокль и таймер? – Раф искоса глянул на собеседника и улыбнулся. – Мне кажется, уважаемый, ты немного увлекся.

– Где ты родился? – спросил Виираппан.

– Здесь, на Мелководье, – ответил Раф.

– Кто были твои родители?

– Понятия не имею.

– Сколько лет тебе было, когда ты появился на свет?

– Не знаю.

– Но ты был уже не ребенок?

– Конечно, нет. У меня уже была своя пара плотов.

– Откуда у тебя плоты?

– Они всегда были моими.

– Это не ответ.

– Тогда я не понимаю твой вопрос.

Отложив в сторону сеть, Раф взял опустевший чайник и поднялся на ноги. Зачерпнув воды из глиняной бочки, оплетенной гибкими прутьями, Раф сделал несколько быстрых круговых движений и чуть приоткрыл дверь. Холодный ветер швырнул ему в лицо добрую пригоршню соленых брызг. Выплеснув за порог содержимое чайника, Раф поспешил захлопнуть дверь, дабы холод и сырость не проникали в надстройку. Наполнив чайник водой, Раф поставил его на горящие угли.

– Кто дал тебе имя? – задал новый вопрос неуемный Виираппан.

– Не знаю, – по тому, как резко дернул подбородком Раф, можно было догадаться, что он начинает нервничать. – Имя всегда было при мне… Да в конце концов, какое это имеет значение?

– Человек рождается блондином или брюнетом, высоким или низкорослым, толстым или худым, голубоглазым или кареглазым. Иногда даже человек может родиться с шестью пальцами на руке. Но он не рождается с именем. – Виираппан ткнул указательным пальцем себя в коленку. – Имя кто-то должен ему дать!

– Ну, значит, так оно и было, – легко согласился Раф. – Кто-то в свое время назвал меня Раффаттаном.

– Посмотри, – Виираппан стянул с руки браслет с медальоном и протянул его Рафу. – Посмотри внимательно. Что ты можешь сказать об этой вещи?

Раф даже не притронулся к браслету.

– Я уже сказал, это таймер с обратным отсчетом времени.

– Да, но для чего он предназначен?

– Чтобы знать, сколько времени осталось до того или иного события.

– И что произойдет, когда выставленное на таймере время закончится?

Тут уж Раф смекнул, что торопиться с ответом не стоит. Сначала надо бы все как следует обдумать. Рафа мало интересовало, кто выставил время на таймере и как он попал на Глубину, но поразмыслить о том, что может произойти, – Раф посмотрел на браслет, что держал в протянутой руке Виираппан, – через 22 часа 46 минут и 17 секунд, – на самом деле стоило.

– Узнаем, – сказал Раф. – Ждать меньше суток осталось. А шторм, самое малое, дня на два зарядил.

Раф снял с огня закипевший чайник, открыл крышку и всыпал в него горсть сушеного хмеля. В ненастье горячий хмель – лучшее лекарство от простуды и хандры.