Доктор, дым и зеркала - Влада Ольховская

Для скольких из здешних обитателей я – еда? А для скольких – игрушка, как для того сатира? Что со мной случится, если я засну? У меня ведь почти не осталось родни: мой дед слишком стар, чтобы что-то предпринять, если меня не станет. Знают ли они об этом?

Я снова и снова напоминала себе, что я – потомственная охотница, и я не просто так прибыла в Эпиону. Днем этого было достаточно, ночью – нет. С наступлением темноты я почему-то превращалась в самую обычную человеческую девушку, слабую, лишенную оружия. Тот же Флор мог вломиться в мою комнату, и что бы я делала тогда? Без оружия я могла не отбиться даже от него, не говоря уже о тех тварях, чьи массивные силуэты я видела в ресторане!

Хотелось плакать от страха и бессилия, но я крепилась, держалась из последних сил, пока не услышала странный шорох. По сравнению с другими звуками этого кластера, он был относительно тихим, но он раздавался совсем близко… в моей комнате.

Что-то ползало по моей комнате.

Эта мысль заставила меня подскочить на кровати, испуганно вглядываясь в темноту. Я надеялась, что мне чудится, не зря ведь говорят, что у страха глаза велики. Так нет же, стало только хуже: я заметила, как по полу скользнуло что-то небольшое, бесформенное, оставив за собой вязкий след. Я не смогла рассмотреть его при куцем свете далеких уличных фонариков и попыталась включить торшер. Только вот мне остро не хватало спокойствия, присущего охотникам за нечистью, и в панике я просто сшибла единственный источник света, повалив его на пол.

Теперь мне оставалось лишь сидеть на кровати, кутаясь в одеяло, и дрожать от ужаса. Чтобы включить основное освещение, мне нужно было встать и пересечь комнату. Пройти босыми ногами по полу, на котором остались скользкие следы! Да, тот уродец, что прокрался в мою комнату, был небольшим. Но я понятия не имела, что это такое и на что оно способно! Я была здесь совсем одна, мне некого было позвать на помощь…

И когда в мою дверь вдруг постучали, я подумала, что умру на месте от разрыва сердца. Вот только это был не яростный стук, с которым маньяки в фильмах ломятся в комнату беззащитной жертвы, а вполне мирные удары. За ними последовал низкий голос, чем-то похожий на звуки трубы.

– Простите, вы еще не легли спать? Мне не хочется вас беспокоить, но не могли бы вы открыть дверь?

– Вы кто? – спросила я. Прозвучало резко, но, по крайней мере, голос не дрогнул. Тот, кто является ко мне посреди ночи, может не рассчитывать на теплый прием. Вместе с тем, я не хотела, чтобы этот кто-то уходил, потому что скользкая тварь все еще таилась где-то в моей комнате.

– Я доктор Бобе, ваш сосед из триста двенадцатой.

– И что вам нужно тут в час ночи?

– Мне ужасно неловко, но, кажется, к вам пробралась моя селезенка.

– Ваша… что?!

– Моя селезенка, – терпеливо повторил он. – Откройте, пожалуйста, дверь, я заберу ее и больше не буду вам докучать.

Все это было настолько абсурдным, что пробилось даже через мой страх. Преодолев брезгливость, я спрыгнула с кровати, сначала включила свет, а потом уже распахнула дверь. Уж не знаю, каким чудом мне удалось не завопить от ужаса, но то, что я увидела на пороге, только на это и вдохновляло.

Больше всего это было похоже на груду болотной грязи, но – очень большую, с меня высотой. И если бы это была просто грязь, я бы не испугалась. Но нечто было покрыто пульсирующими сосудами, мягкими наростами, а откуда-то из глубины на меня смотрел единственный мутный глаз. Оно дышало, двигалось и, несомненно, было живым. Если бы оно решило броситься на меня сейчас, я, застывшая от изумления, и пикнуть бы не успела.

Но я его не интересовала. Из грязевой плоти вырвалось щупальце, похожее на древесный корень. Оно устремилось в угол моей комнаты, выволокло из-под комода извивающийся комок бурой слизи и всосало внутрь кучи.

– Премного благодарен, – пробубнило существо. – Это больше не повторится, просто комната долго пустовала, вот она и пробралась сюда.

Не дожидаясь моего ответа, оно поползло прочь, словно ночная охота на селезенку была тут в порядке вещей. А я осталась одна перед комнатой, исчерченной грязевыми полосами, и поняла, что меня трясет от страха и отвращения. Я вдруг очень четко представила, что было бы, если бы я заснула, а эта слизкая тварь заползла мне на лицо.

Вот тогда я и сделала то, что моя гордость наверняка мне еще припомнит. Я закрыла глаза и прошептала:

– Локи…

Он мог и не появиться. Был бы он живым, он наверняка не услышал бы этот шепот. Тогда мне пришлось бы справляться со всем одной, зато моя совесть была бы довольна: я не проявила слабость и выдержала все до конца.

Но нет, в следующую секунду он материализовался из воздуха прямо передо мной, словно только этого и ждал.

– Что, познакомилась с соседом? – усмехнулся он.

– Только не говори мне, что все это устроил ты, – нахмурилась я.

– Шутишь? Бобе – болотное чудовище, он постоянно разваливается на части, для него это нормально. А я всего лишь пытался сказать тебе, что в этом мире все время так, иначе и быть не может, если ты соберешь на одном островке земли представителей разных видов. Кстати, классная пижамка. Если бы у меня все еще была функционирующая половая система, я бы оценил.

Я только теперь сообразила, что стою перед ним в тонкой пижаме – шортиках и топе с кружевными вставками, который, в общем-то, ничего и не скрывал. Такой меня увидел и доктор Бобе, но болотному чудовищу было плевать, равно как и призраку.

Я поежилась и кивнула на комнату:

– Заходи, пошляк.

– Пошляк? О нет, сейчас я целомудреннее монашки. Хотя это вынужденное. Да ладно, не косись на меня злой кошкой, мне не помешает сделать что-нибудь полезное, а тебе нужна помощь.

– А где обязательное «я же говорил»?

– Оно не обязательное, оно по желанию, а желания у меня нет, – пожал плечами Локи. – Мы оба знаем, что я не материален и не смогу тебя защитить. Зато я смогу тебя разбудить, если будет нужно, и ты можешь спать спокойно.

Аргумент был сомнительный: я встретила этого призрака только сегодня и точно не могла доверить ему свою жизнь. Я была больше чем уверена, что меня ждет бессонная ночь как минимум сегодня… а потом я забралась в кровать и, чувствуя, что я больше не одна, мгновенно заснула.