Судьба на выбор - Светлана Казакова

С началом занятий скучать Гвен стало некогда. Любопытствующие не оставляли новую учительницу в покое. Среди них вопреки предупреждениям жены старосты оказались не только отцы и старшие братья учеников, но также их матери, сестры и тетушки. Гвен стоило большого труда оставаться со всеми улыбчивой и вежливой, особенно в моменты, когда ее начинали забрасывать вопросами, которые преподавательницы в пансионе назвали бы бестактными, а то и возмутительными. Увы, деревенские жители не видели как в своих словах, так и в желании выведать всю подноготную девушки ничего странного. Приходилось постоянно напоминать себе о том, что здесь она — Гвенда Грин, скромная фермерская дочка, которая не имела многого, что доставалось некоторым ее соученицам по праву рождения, и все же не унывала и гордилась тем, что смогла получить образование. То, что письмо от настоящей Гвенды до сих пор не пришло, тревожило. Гвендолин надеялась, что оно в пути, и представляла себе почтовые кареты, отмеряющие милю за милей по дорогам королевства, и то мгновение, когда в ее руках наконец-то окажется долгожданный конверт.

Отношения с учениками налаживались со скрипом. К счастью, новых «подарков» Гвен не получала, но и других сложностей хватало. Пришлось научиться торговаться: одна история за две решенные задачи, еще одна — за выученное стихотворение. Гвен старалась не приближать к себе никого из ребят, чтобы ее не обвинили в том, что она заводит любимчиков. Впрочем, дети и сами к этому не стремились. После уроков они спешили домой, ведь у каждого помимо учебы имелись другие обязанности — приглядывать за домашней скотиной, помогать матерям с уборкой, нянчить младших братьев и сестер.

Сама Гвен проводила вечера в компании Арчибальда. Его история пока еще не приближалась к концу, но писательница уже раздумывала, в какие издательства и журналы можно отправить рукопись. При мысли о том, что кто-то чужой прочтет написанные ею строки, появлялось странное волнение, однако надежда увидеть их напечатанными придавала решимости. Иногда Гвендолин вспоминала о том молодом человеке — Криспине Дэе, но первая встреча с ним так и осталась единственной. Концертов у нее под окнами больше не устраивали, а сама она практически не выбиралась в деревню. Даже Джесмин не радовала новостями. Занятая подготовкой ко дню рождения дочь старосты теперь забегала редко, и если о чем-то говорила, то только о предстоящем торжестве. Она задумала настоящую вечеринку с танцами, играми и богатым угощением, и родители, учитывая, что дочь у них единственная и любимая, а совершеннолетие бывает лишь раз в жизни, ни в чем ей не перечили.

Так в суматохе пролетела первая рабочая неделя Гвендолин.

В выходной ее ждали на празднике у Джесмин, а в последний учебный день, закончив занятия, Гвен решила воспользоваться хорошей погодой и немного прогуляться в лесу, который почти вплотную примыкал к деревне.

Наслаждаясь теплом и свежим воздухом, наконец-то запахшим весной, она размышляла о сюжете романа, в котором наметился долгожданный финал. Арчибальд имел право на то, чтобы окончить свои скитания, обрести счастье и зажить мирной жизнью с хорошей девушкой, которая, конечно же, не будет любить его так, как Гвендолин, но зато сможет подарить ему детей.

Увлеченная своими мыслями, Гвен не сразу услышала шум и стук копыт, но, как ни странно, заметила небольшой предмет, скатившийся с пригорка к ее ногам. Выточенный из синего с золотистыми прожилками камня шар размером с некрупное яблоко темнел на снегу, и она не удержалась от того, чтобы поднять его, а когда топот и конское ржание приблизились, не задумываясь, опустила находку в карман юбки.

— Ты! — резко окрикнул подлетевший к ней всадник. Подняв глаза, Гвен обомлела, увидев сначала направленный прямо на нее пистолет, а затем и державшего его мужчину, лицо которого закрывал черный платок, так что видны были только темные глаза между краем платка и шляпой. — Верни то, что тебе не принадлежит, иначе отправишься туда, откуда не возвращаются!

Гвендолин в страхе отступила и, зацепившись за что-то ногой, полетела на землю. Почудилось, что она неведомым образом оказалась в своей же книге, вот только у нее, в отличие от Арчибальда, не имелось при себе никакого оружия. А если бы и было, пользоваться им она все равно не умела.

— Она видела это и прикоснулась, значит, может рассказать, — послышался еще один голос. — Не нужно оставлять свидетелей.

Понимая, что сбежать ей не позволят, девушка даже не попыталась встать на ноги. Уж лучше полежать в снегу, а там, может быть, что-нибудь изменится. Например, появится кто-то и спасет ее…

Если честно, Гвен сама почти не верила в это, но судьба неожиданно расщедрилась на чудо. Раздались крики, звонкий лай собак и громкий выстрел. Гвен уткнулась лицом в рукав и не рисковала поднять голову.

— Удрали, господин! — огорченно сказал кто-то.

Набравшись храбрости, Гвендолин взглянула на своих спасителей. Первым, кого она увидела, оказался молодой мужчина в охотничьем костюме и высоких сапогах. Шляпу он то ли не носил вообще, то ли она слетела во время быстрой скачки, и короткие темные волосы разлохматились, придав незнакомцу легкомысленный вид.

Второй мужчина, постарше, одетый намного проще, очевидно, был слугой и почтительно держался за спиной хозяина, когда тот наклонился к Гвендолин и подал руку.

— Целы? — Получив в ответ кивок, он ухватил ее запястье горячими, что чувствовалось даже через замшевую перчатку, пальцами и резко дернул, поднимая Гвен на ноги. — Ваше счастье, что мы оказались рядом.

— К-кто вы? — запинаясь, спросила она.

— Эмрис Торнбран. Альд Эмрис Торнбран, — уточнил незнакомец, очевидно, решив, что ей самой непросто распознать в нем аристократа. На красивом холеном лице промелькнула усмешка. — А кто вы и как забрели в мои владения?

— В ваши? — смутилась Гвен, догадавшись, что замечталась и отошла далеко от Трелони.

— Да вы, похоже, совсем окоченели! — неверно истолковал ее растерянное бормотание спаситель. — Сейчас мы это исправим.

Она ожидала, что мужчина предложит ей фляжку с чем-нибудь горячительным, чтобы согреться, и уже приготовилась вежливо отказаться, но альд Торнбран вдруг щелкнул пальцами. Глаза его, казавшиеся просто серыми, налились зеленью, и по телу Гвен словно пронесся горячий ветер. Он высушил одежду, растопил колкие снежные крупинки.

— Рисуюсь, — ухмыльнулся мужчина.

Гвендолин потупила взор и отодвинулась на несколько шагов. Несмотря на то что ее вещи высохли и должно было стать теплее, по коже побежали ледяные мурашки. Торнбран… Гвен вдруг вспомнила, где слышала его имя. С этим магом встречался альд Линтон в день ее приезда.

— Спасибо, — заставила себя произнести она. — За… все… Простите за доставленные хлопоты…

Развернулась и быстро зашагала прочь.

— Чудная, — хмыкнул ей в спину маг. И тут же скомандовал, видимо, слуге: — По коням, Джером. Я же сказал, что хочу поохотиться? По-моему, разбойники — отличная дичь.